Пятничное утро, Москва. Молодые ребята в респираторах и хоккейных масках растягивают баннер с мартышкой, у которой вскрыта черепная коробка. «Нет вивисекции! Остановите жестокость над животными! «Бристоль-Майерс» спонсирует убийства!» — раздаётся со всех сторон. Это акция против российского отделения фармацевтической компании Bristol-Myers Squibb, которая является ключевым партнёром печально известной лаборатории HLS, расположенной в Великобритании.
История противостояния зоозащитников и лаборатории HLS насчитывает уже 10 лет. В 1999 году группа активистов инициировала кампанию Stop Huntingdon Animal Cruelty (SHAC), что можно перевести с английского как «Остановите жестокость к животным в Хантингдоне». До этого они добились закрытия кошачьего питомника Hillgrove и фермы Consort Kennels, где выращивали гончих. Зоозащитники провели серию мощных акций, включающих ежедневные пикеты, общенациональные демонстрации и даже ночные дежурства. Во время кампании участники Фронта освобождения животных вломились в помещения фермы и освободили 26 щенков, которые впоследствии нашли новый дом у сочувствующих активистам англичан. Через 10 месяцев общественного давления ферму закрыли, а оставшихся собак отпустили на волю. Проанализировав результаты кампании, противники жестокости над животными пришли к выводу, что основным потребителем продукции фермы была лаборатория HLS, которая размещала большинство заказов на щенков.
Компания Huntingdon Life Sciences (которая по иронии судьбы имеет в названии словосочетание «наука о жизни») — крупнейшая в Европе лаборатория, занимающаяся опытами над животными. Фирма владеет 70 тыс. существами, среди которых кролики, кошки, хомяки, собаки, морские свинки, птицы и обезьяны. Лаборатория существует за счёт заказов крупных коммерческих объединений, производящих товары массового потребления: сигареты, бытовую химию, пестициды, лекарства, гербициды, пищевые красители и добавки, подсластители и генетически модифицированные организмы (ГМО). По подсчётам, каждые три минуты внутри стен HLS умирает животное, а за день набирается около 500 трупов. У лаборатории десятки клиентов, однако, по мнению зоозащитников, только несколько из них дают 45% денежных вливаний. В «большую тройку» партнёров HLS и входит Bristol-Myers Squibb.
За эти годы виварий понёс существенные потери. Активисты при помощи дотошных журналистов смогли вытащить грязное бельё на суд английской общественности. Они несколько раз проникали в помещения лаборатории, снимая происходящее на скрытую камеру. Ужасные кадры пыток попали на телевидение: живым кроликам закапывали в глаза химические реагенты, которые буквально выедали мозг животных. Ещё одним распространённым опытом является так называемый ЛД-50, когда группе млекопитающих вкалывали смертельные дозы препаратов до тех пор, пока половина испытуемых не погибнет. Эти химические соединения при попадании в организм вызывают невероятные мучения, многие животные гибнут просто от боли. Бывшие сотрудники лаборатории, которые не смогли больше терпеть подобных издевательств над живыми существами, внесли важный вклад в расследование, рассказав об этих антигуманных экспериментах прессе. Затем последовала серия обличающих публикаций и грандиозный скандал, в результате которого многие фирмы отказались от сотрудничества с HLS. Виварий потерял около ста своих клиентов, а стоимость его акций резко упала. В 2005 году Нью-Йоркская фондовая биржа (NYSE) впервые в истории отменила торговлю акциями компании, против которой велась общественная борьба. И это свершилось благодаря совместным усилиям 2 млн человек со всего мира, которые подписали петицию против HLS.
Сейчас SHAC действует в трёх направлениях: они организуют протестные акции против компаний, которые вкладывают свои деньги в развитие HLS, поставщиков «живого товара» и финансовых структур в лице крупных банков, пайщиков и маркетмейкеров. Участники SHAC добиваются массового бойкота лаборатории, акцентируя внимание на том, что, «делая бизнес вместе с HLS, вы становитесь соучастником преступления». Похоже, что доводы активистов дошли до ушей предпринимателей. По мнению эксперта, имя которого не раскрывается, потеря всего двух клиентов приведёт к банкротству лаборатории. Кроме того, этому способствует неблагоприятная ситуация на рынке из-за мирового кризиса. Управляющий HLS Брайан Касс отказывается как-либо комментировать положение компании, называя её будущее «неопределённым».
Россия недавно включилась в международную борьбу против HLS. Большинство отечественных партнёров лаборатории занимаются выпуском лекарств. В марте 2006 года прошла первая акция перед столичным офисом компании Astellas Pharma. Обычно российские зоозащитники проводили свои театрализованные пикеты в рамках всемирных недель действий против вивисекции. Цели для атаки выбирались из списка, который висит на портале www.shac.com. «Мы не поддерживаем насильственные методы. Следует разделять деятельность SHAC и Фронта освобождения животных, который может действовать независимо от остальных. С каждым разом наши акции собирают всё больше и больше человек, люди интересуются происходящим, читают наши листовки. Мы предлагаем людям бойкотировать продукцию заказчиков услуг HLS. Кроме того, бойкоту подлежат держатели акции лаборатории», — рассказала «Часкору» Анастасия, одна из организаторов пикета против Bristol-Myers Squibb.
Зоозащитники распространяют особый список компаний, которые не испытывают свою продукцию на животных. Подобные товары называются «этичными» и имеют надпись «Vegan» или «Vegetarian» на упаковке. В России одной из таких фирм стала сеть магазинов по продаже косметики ручной работы Lush, которая решительно заявила об отказе тестировать свою продукцию на животных. «Мы не просто не покупаем сырьё, которое испытывается на животных, но вообще не работаем ни с одной компанией, репутация которой испорчена причастностью к вивисекции. Мы тщательно отслеживаем происхождение ингредиентов. Мы считаем, что это негуманно. Не все результаты тестов, полученные в итоге экспериментов над животными, справедливы и для людей. Подобная информация может быть недостоверной. Альтернативы существуют — мы тестируем свою продукцию на волонтёрах или клеточных культурах», — рассказали «Часкору» в российском офисе Lush. Зоозащитники и ряд учёных считают, что человечеству давно пора отказаться от вивисекции, ведь современная наука даёт массу возможностей избежать этой варварской операции. «Культура клеток берётся из человеческого организма и выращивается отдельно. Это позволяет понять, как вещество подействует именно на живую ткань человека. Однако есть и минусы — ведь это только ткань и трудно предугадать, как поведёт себя химическое соединение в целом организме», — считает Анастасия.
Однако результаты экспериментов над животными тоже крайне неточны. По мнению некоторых учёных, можно говорить о том, что они точнее, чем просто мысленные предположения. 97% всех субстанций, которые были заклеймены как опасные по отношению к беременным женщинам, на самом деле безопасны. Такими веществами были названы, например, кислород, некоторые витамины, фрукты и вытяжки из овощей. А к ряду опасных химических соединений животные намного более устойчивы, чем люди. А 70% вредных лекарств безопасны для беременных шимпанзе. Портал www.zhestokosti.net приводит ужасающие факты: с 1950 по 1960 год в результате применения препарата талидомида в качестве успокоительного средства для беременных женщин более 10 тыс. детей были рождены с уродствами (отсутствием конечностей). А в 60-е в Великобритании погибло 3500 больных астмой, использовавших изопреналиновые аэрозольные ингаляторы. И вся эта продукция была одобрена к применению лабораторией HLS. Александр Никольский, доктор биологических наук, профессор РУДН, прокомментировал для «Часкора» эту ситуацию: «Я думаю, что только 20% случаев вивисекции не могут быть заменены. Всё остальное, по моему мнению, вполне может быть эмулировано при помощи компьютерных программ. Ведь в подавляющем большинстве случаев речь идёт о допустимом вреде. В конечном итоге продукцию всё равно тестируют на людях. Когда специалист создаёт новый продукт, то он примерно представляет относительную степень вредности. И те эксперименты, которые он ставит на животных, как раз предусматривают вот это предварительное знание. Сама постановка эксперимента основана на предварительном знании. Я думаю, что люди должны взять ответственность на себя и ставить подобные опыты на себе».
«Хотелось бы развивать наши активистские стратегии, ведь в России дела обстоят не лучше, чем в Европе. Просто никто этим не занимался, никто не расследовал деятельность лабораторий. Зверства творятся повсюду, в том числе и в России», — сокрушается Анастасия. В планах активистов — обширные пропагандистские кампании, которые рано или поздно приведут к закрытию не только HLS, но и всех лабораторий, причастных к вивисекции. «Будем бороться до конца. Ведь животные — самые бесправные существа на планете, которые никак не могут заступиться сами за себя. Кто же сделает это, если не мы?» — заявляют зоозащитники.
Акция в Москве
