Печатный станок в США работает с такой интенсивностью, что это вызвало беспокойство за судьбу доллара у великих мира сего. Уоррен Баффет призывает администрацию президента Обамы опомниться, а нобелевский лауреат Джозеф Стиглиц хочет строить новую резервную систему, не привязанную к американской национальной валюте.
Дефицит федерального бюджета США в этом году достигнет 13% ВВП. Чтобы оценить размер дыры в государственных финансах Америки, достаточно вспомнить, что до сих пор рекордным для мирного времени был шестипроцентный дефицит. В абсолютных цифрах всё выглядит ещё страшнее — 1,8 трлн долларов (для сравнения: весь ВВП России чуть больше 2 трлн).
Пока экономика США катилась по наклонной плоскости, критики курса на безудержное наращивание госдолга составляли явное меньшинство. С появлением первых симптомов какой ни на есть стабилизации ситуация изменилась. С призывом притормозить печатный станок выступил, в частности, большой почитатель президента Обамы инвестгуру Уоррен Баффет.
Доллар может рухнуть
Недавно Баффет через газету The New York Times обратился с открытым письмом к конгрессу США. Великий инвестор умоляет избранников народа осознать: судьба национальной валюты висит на волоске. Он пытается объяснить им, что государственные финансы Соединённых Штатов ещё никогда не находились в столь плачевном состоянии, как сегодня.
Баффет в своё время поддержал политику администрации Обамы по антикризисному накачиванию экономики деньгами. С его точки зрения, для предотвращения краха банковской системы все средства хороши. Однако сегодня его беспокоит, что в руководстве страны игнорируют побочные явления, к которым неизбежно приводят стимуляторы.
Ожидается, что за этот год чистый суверенный долг США вырастет до 56% ВВП (докризисный уровень — 41%). Баффет признаёт, что в мире полно стран, где относительная задолженность государства выше (он приводит в пример Японию и Италию). Он пишет: «Нам неизвестно, при каком уровне долга мир потеряет доверие к американской валюте. Но если такая денежная политика, как сейчас, продлится ещё несколько лет, мы об этом неизбежно узнаем».
Сейчас печатный станок в США работает как пулемёт. Расходы федерального правительства составляют 185% от его доходов, напоминает Баффет. Никакое оживление экономики не поможет радикально сократить этот разрыв. Нужно менять налоговую систему и пересматривать структуру государственных расходов. Для этого потребуются героические усилия и мощная политическая воля. Но другого выхода у страны нет.
В своём открытом письме глава фонда Berkshire Hathaway цитирует Кейнса, духовного лидера инфляционистов: «Посредством инфляции правительства могут незаметно, исподтишка, непублично отобрать у граждан существенную часть их доходов <…> Инфляция направляет всю энергию экономических законов на службу делу разрушения, причём делает всё так хитро, что увидеть это почти невозможно». «Мы не хотим, чтобы наша страна превратилась в банановую республику, подобную той, какую описывает Кейнс»? — комментирует Баффет.
Доллар уже рухнул
Свои просьбы к парламентариям и денежным властям Баффет сопровождает бесчисленными оговорками. Он не считает, что финансовое положение США безнадёжно, а репутация погублена. Он даже не против того, чтобы абсолютный размер долга продолжал увеличиваться. Он подчёркивает, что, несмотря на рецессию, ни одна экономика мира всё равно не в силах даже близко сравниться с американской по мощи и влиянию.
Нобелевский лауреат Джозеф Стиглиц, один из самых цитируемых экономистов в мире, в отличие от Баффета, махнул на американскую экономику рукой. Выступая на ооновской конференции в Бангкоке, он заявил, что опираться на доллар опасно и рискованно. Вложения в доллар перестали приносить доход, констатировал он. Глобальная валютно-финансовая система, где доллар исполняет роль мировой резервной валюты, расшаталась и распадается на глазах.
С точки зрения Стиглица, вопрос не в том, нужно ли переходить к новой, не основанной на долларе мировой финансовой архитектуре. Системы, где резервной валютой был доллар, уже, по сути, нет. У мира есть выбор: либо сознательно выстроить новый финансовый порядок, либо оказаться под обломками старой системы и срочно конструировать что-то взамен явочным порядком. В наше время, считает нобелевский лауреат, невозможно поддерживать общемировую финансовую систему, привязанную к одной-единственной национальной валюте, особенно в обстановке, когда экономическое будущее страны, печатающей эту валюту, неясно и темно.
Баффет прав, Стиглиц — нет
Частный консультант из Москвы Григорий Сапов считает, что политика решения всех проблем путём наращивания долга, проводившаяся со времён президентов Джонсона и Никсона, подошла к концу. За последние 30 лет федеральный долг США вырос в 10 раз, причём на последние 10 лет приходится половина этого прироста. Это означает, что для достижения тех же целей, что и раньше, администрации требуются всё большие и большие вливания.
Если денежные власти США не перестанут наращивать долг, то нарисованная Баффетом перспектива вполне реальна, полагает Сапов. Если же перестанут, то какие-то компании и даже целые сферы экономики должны будут обанкротиться. Последние заимствования пошли отчасти на помощь жертвам кризиса на рынке недвижимости, а именно ипотечным и инвестиционным банкам, продававшим структурированные инструменты, основанные на ипотечных закладных, отчасти — на компенсации компаниям типа GM. Если бы денежные власти не стали наращивать долг, все эти компании и банки должны были бы обанкротиться — в частности, страховая компания AIG, значительная часть акций которой принадлежит Баффету.
По мнению Сапова, то, что ситуация тревожная и доллар в опасности, — это вполне реалистичная и конструктивная позиция. А вот то, что доллар уже потерял доверие рынков, — это демагогия. В этом разница между реалистом Баффетом и демагогом Стиглицем.
Бессмысленно, разъясняет Сапов, говорить о крахе доллара, если GM и все остальные хотят получить поддержку в долларах, если антиглобалисты требуют субсидий и помощи в долларах и даже Северная Корея калькулирует свои шантажистские требования к Японии и Южной Корее в долларах. Когда в России, высшие чиновники которой активно выступают за новую резервную валюту, обсуждается переход к политике внешних займов, тоже фигурируют суммы в долларах. Доллар, уверен Сапов, будет резервной валютой до тех пор, пока имеет смысл само выражение «резервная валюта». Если доллар рухнет, то рухнет и вообще вся система международной торговли и финансов.
Перспектива близкого краха доллара, отмечает Сапов, крайне выгодна должникам. В этой ситуации самое умное, что могли бы сделать американцы, — это нараздавать много-много долларов, а потом закрутить эмиссионный кран. Доллар подорожает, и должникам нужно будет отдавать доллар более высокой покупательной способности. Финт в том, что разговоры о падении — и особенно драматическом падении — покупательной способности доллара стимулируют склонность к безудержным займам. Ведь отдавать (как думают заёмщики) придётся в драматически обесценившихся долларах. Поэтому раздать доллары под причитания о неизбежном крахе, а потом резко ужесточить денежную политику было бы очень элегантно, намекает частный консультант.
