Мучимая антизападной паранойей, Москва пытается строить разного рода геополитические химеры, которые в лучшем случае окажутся историческим недоразумением, в худшем — будут повёрнуты против нас самих.
Шанхайская организация сотрудничества — это огромные территория и население, гигантские запасы природных ресурсов, очень мощный экономический и военный потенциал, выгодное стратегическое положение. Перспективы ШОС кажутся замечательными. Правда, только в том случае, если страны-члены смогут договориться об общих целях. А это в свою очередь возможно только в том случае, если такие цели вообще существуют.
«Шанхайская пятёрка» (Китай, Россия, Казахстан, Киргизия, Таджикистан) была создана в 1996 году с узкой утилитарной целью — урегулировать пограничные проблемы между Китаем и странами бывшего СССР. Особенностью внешней политики Китая является то, что он имеет территориальные претензии ко всем без исключения своим соседям, причём на территории некоторых из них он претендует целиком. Бывшие советские республики, а ныне страны СНГ решили, что с добрым соседом лучше общаться вместе. Это решение оказалось достаточно эффективным, пограничные проблемы были в целом урегулированы (по крайней мере на ближайшие лет двадцать). Разумеется, у всех четырёх стран СНГ Китай забрал по куску территории, но несколько меньшему, чем планировал изначально.
После этого сложилась достаточно тривиальная ситуация — цели, ради которых создавалась организация, достигнуты, а распускать её не хочется. В этом плане Шанхайскую организацию можно считать аналогом НАТО и СНГ, которые также выполнили свои задачи и теперь годами мучительно ищут смысл существования.
НАТО, как известно, утратив смысл существования, стало расширяться. То же случилось и с «Шанхайской пятёркой», которая, переименовавшись в ШОС, приняла в свой состав Узбекистан. Наблюдателями при ШОС стали Иран, Монголия, Индия, Пакистан, Афганистан, Туркмения, Белоруссия и Шри-Ланка. При этом, однако, общих целей обнаружено так и не было.
Россия явно склоняется к тому, чтобы превратить ШОС в военно-политический блок, противостоящий (скорее всего, неофициально, но всем всё понятно) НАТО. Почему мы должны противостоять НАТО, до сих пор никто вразумительно (без эмоций и лозунгов, а рационально) объяснить не сумел, но стремление есть. Москва хотела бы объединить ШОС и ОДКБ, но партнёры пока сопротивляются.
Очень показательная история получилась с военными учениями ШОС двухлетней давности «Мирная миссия — 2007». Участвовавшие в ней китайские войска относились к Ланьчжоускому военному округу и дислоцированы в Синьцзяне. Естественно, попасть в Челябинскую область, где проходили учения, им было ближе через Казахстан, но он их не пропустил. Пришлось китайцам делать гигантский крюк через Маньчжурию и Забайкалье.
Главным энтузиастом (кроме Москвы) военного блока является остающийся в статусе наблюдателя Иран, для которого реализация данного варианта сняла бы проблему американской агрессии. И возложила бы на ШОС ответственность за борьбу Ирана с Израилем и экспорт исламской революции.
Пекин, возможно, не совсем против военного союза. Но его политика, в отличие от политики Москвы, абсолютно рациональна и прагматична. Он, исходя из экономических соображений, не хочет ссориться с Западом, при этом ничего не имея против того, чтобы с Западом ссорилась Россия. Поэтому Пекин склоняется к тому, чтобы в ШОС доминировала экономическая составляющая. Самое главное для Китая, конечно, нефть и газ. Обеспечение себя энергоресурсами для него постепенно становится вопросом жизни и смерти. ШОС в этом плане для него идеальна. Все страны организации, кроме Узбекистана, граничат с Китаем, поэтому поставки возможны по безопасным наземным коммуникациям. Сегодня большую часть нефти Китай получает по морю из стран Персидского залива и очень боится, что ВМС США перекроют пути этих поставок. Ещё одним плюсом энергетического рынка в рамках ШОС является то, что несколько поставщиков нефти и газа (Россия, Казахстан, Узбекистан, в перспективе — Иран и Туркмения) будут бороться за одного покупателя (Китай). Совершенно очевидно, что в таких условиях цену будет диктовать именно покупатель, особенно учитывая беспрецедентно жёсткий стиль ведения китайцами любых коммерческих переговоров.
Кроме того, экономический формат выгоден Китаю тем, что его мощнейшая экономика с демпинговыми ценами на товары просто «втягивает» в себя экономики остальных стран — членов ШОС, заодно разоряя их производителей. В Киргизии подобный процесс уже, видимо, принял необратимый характер. Но и для других стран, включая даже Россию, подобное «экономическое сотрудничество» несёт прямую угрозу государственному суверенитету. Наконец, страны ШОС для Китая — важнейший транзитный коридор для связи с ЕС.
Страны Центральной Азии оказываются зажаты между двумя гигантами, преследующими разные цели. Если Казахстан и Узбекистан ещё имеют некоторую свободу манёвра, то Киргизия и Таджикистан могут только ожидать своей участи. Решать будут Москва и Пекин при некотором участии Астаны. Возобладает концепция той стороны, которая сильнее и прагматичнее. То есть китайская. Причём потом в ШОС может появиться и военная составляющая, но уже в том виде, как это будет интересно Китаю, а не России.
Впрочем, России ШОС мало. Она уже 10 лет как алчет треугольника Москва — Дели — Пекин. Об абсолютной химеричности этого построения «Частный корреспондент» уже писал, повторяться нет смысла.
Однако Москва не только не успокоилась насчёт треугольника, но и решила пристегнуть к нему Бразилию, создав БРИК.
Собственно, выдуман БРИК отнюдь не у нас. Эта чисто мысленная конструкция была представлена в аналитической записке банка Goldman Sachs ещё в ноябре 2001 года. По мнению банкиров, суммарный ВВП этой четвёрки к 2050 году должен превысить суммарный ВВП «Большой семёрки». Естественно, никакого политического объединения Бразилии, России, Индии и Китая в записке не предполагалось. Но Москва решила превратить искусственную конструкцию, придуманную на Западе, в реальный союз. Разумеется, против Запада.
Кроме самой России, никого больше в БРИК антизападная составляющая союза не интересует, тем более если она является самоцелью. Реальных же объединяющих целей в этой химере ещё меньше, чем в ШОС. То есть их практически невозможно выдумать, даже если очень напрячься. Москва, правда, придумала для БРИК идею создания новой резервной валюты в качестве альтернативы доллару, но партнёры вежливо промолчали.
Конечно, у России и Бразилии много общего: огромная территория, значительная часть которой не освоена из-за крайне сложных природных условий, гигантское количество природных ресурсов, очень большое социальное расслоение и сильнейшая коррупция, достаточно мощная, хотя и отстающая от Запада в качественном отношении, промышленность, теоретически способная производить почти всё. С другой стороны, есть, например, два государства, имеющие тоже массу общего: они, находясь на краю Азии, длинными полосками вытянулись вдоль моря, бедны природными ресурсами, при этом имеют очень мощные армии, громившие многократно более сильных агрессоров, в обеих странах очень много русскоговорящих. Угадайте, кто это? Не буду томить: это Израиль и Вьетнам. Может быть, создать ИВ? Или ВИ? Правда ведь бред?
Впрочем, БРИК в одном отношении выгодно отличается от ШОС. Эта химера до такой степени химерична, что даже вреда принести не сможет.
