Светлана Руднева: «Только одна женщина из десяти отказывается от аборта»
Число абортов в России в этом году может увеличиться в два-три раза. Итог печален: уже со следующего года количество новорожденных в стране может уменьшиться на 200 тысяч.
25-летняя сотрудница информационного агентства Елена П. две недели назад сделала аборт. До сих пор она не может сдержать слез, вспоминая, что избавилась от долгожданного малыша. «С мужем давно планировали ребенка, — говорит Елена. — Когда забеременела, я так радовалась. Я и подумать не могла, что по животу ударит работодатель. Но когда я сообщила начальнику своего отдела о своем счастье, он рассвирепел. Кричал, мол, сейчас тысячи безработных талантливых журналистов, а я буду в декрете сидеть и только место занимать. Потом он немножко остыл и сказал, что если я всё же надумаю рожать, то могу рассчитывать только на часть оклада — около 9 тыс. рублей. А тут еще у мужа с бизнесом проблемы начались — кредиты отдавать нечем. Мы прикинули и поняли, что ребенка позволить себе не можем… В больнице творился настоящий кошмар. Желающих сделать аборт было очень много — целая очередь выстроилась. У меня началась истерика: постоянно привозили женщин после операции, бросали их на кровати и накрывали одеялами. Они стонали и охали. А мимо нашей палаты чинно ходили барышни с огромными животами. Было жутко».
Несостоявшихся из-за кризиса мам в стране тысячи. Об этом можно судить хотя бы по тому, что за последние два месяца число запросов в поисковых системах на слово «аборт» возросло в 10 раз. Все женские форумы пестрят однотипными сообщениями. «Девочки, помогите мне, пожалуйста, — обращается к форумчанам Марина К. — Я беременна, срок полтора месяца. Мы с парнем решили делать аборт. Причины простые: мне 19, ему 20, мы оба студенты, я не работаю, его из-за кризиса тоже сократили, денег самим не хватает. Это окончательное решение. Я против, но уже ничего не изменится. Подскажите, какой аборт делать лучше — вакуумный или медикаментозный?»
Примечательно, что на решении сделать аборт настаивают в тяжелые времена именно мужчины. «Они больше подвержены панике, — рассказывает акушер-гинеколог Евгения Назимова. — Сильный пол более остро переживают кризис. Мужчинам свойственно драматизировать обстановку. Кроме того, они боятся позора. Мол, родил малыша, а прокормить его не смогу».
Сами женщины винят во всем не супругов, а государство. «У меня чувство, как будто меня обманули, — признается 30-летняя Ирина Л., менеджер по продажам рекламных площадей. — Весь прошлый год власти через СМИ, через рекламу призывали нас беременеть. А когда я понесла, попала под сокращение. И тут же выяснилось, что денег, предложенных мне властями в виде пособий и материнского капитала, никак не хватит на то, чтобы продержаться в тяжелое время. Кричали «рожай-рожай», а как кризис грянул — мы оказались никому не нужны».
Специалисты убеждены: рост числа абортов закономерен. «Так происходило во все кризисные времена. В 1999-м, в год, следующий за дефолтом, число родившихся составило 1,214 млн. Это на 69 тысяч меньше, чем годом ранее, и абсолютный минимум за всю новейшую историю России. При этом каждая 11-я россиянка в возрасте до 29 лет в течение года после дефолта сделала аборт, — рассказал в интервью «Часкору» заместитель председателя комитета Госдумы по охране здоровья Сергей Колесников. — То же самое происходит и сейчас. Работают социально-биологические механизмы. Например, у самки норки в зависимости от того, сколько у нее накоплено жира и какие погодные условия, закладывается внутриутробно 8—10 щенков, а может остаться 1—5, а может вообще всё рассосаться».
Но женщина не норка, просто так плод у нее не рассосется. И в этом кроется еще одна проблема. Мамочки, забеременевшие еще в тот момент, когда о кризисе вслух не говорили, сейчас хотят сделать аборт, что крайне опасно. По закону безопасно прервать беременность можно только на сроках до 12 недель. Но в нашей стране закон всегда легко обойти. В московском ГУВД полагают, что в столице уже появились подпольные абортарии. В конце декабря прошлого года в мусорном контейнере на Анненской улице было обнаружено пять трупов младенцев. В том же пакете находился и абортный материал, что указывает на то, что младенцев, по всей видимости, выкинули в контейнер работники нелегального абортария.
Но сложность демографической ситуации не только в этом. С 2009 года начинается так называемый благоприятный репродуктивный период у тех, кто родился в 90-е годы. А их очень мало. Даже если решить проблему с абортами, ситуация мало изменится. Рожать просто некому.
Последствия этой тенденции трудно переоценить. Клиентка черного абортария вряд ли когда-нибудь сможет иметь детей. Это серьезный удар не только по здоровью нации, но и по демографической программе. «Мы увидим сильное снижение рождаемости через 7—8 месяцев», — рассуждает Евгения Назимова. В будущем году количество новорожденных в стране может сократиться на 100—200 тыс. человек. Такие данные приводят в Центре экологии и демографии человека. Преломить тенденцию получится не раньше чем через 7—10 лет. По крайней мере окончательно демографические последствия кризиса 1998 года были преодолены лишь в 2006 году.
Эксперты пока не видят реального выхода из сложившейся ситуации. Однако сократить миллионное паломничество россиянок в абортарии все-таки можно. «В первую очередь надо объяснить людям, что не надо беременеть, если они не уверены в своем будущем, — рассуждает Сергей Колесников. — Я понимаю, это противоречит демографической политике государства, но это необходимо. Ведь аборт — это калечащая операция, которая негативно влияет и на психику, и на здоровье женщины. Необходимо также защищать семьи финансово. Давать семьям жилплощадь, ввести погашения квартирных кредитов при рождении детей — не за счет материнского капитала, а из других источников, чтобы мамы понимали: если они родят ребенка, то у них хотя бы будет место, где жить».
Но власти предпринимать какие-то шаги не спешат. В департаменте здравоохранения Москвы отвечают: нет статистики по абортам, а пока нет данных — нет и проблемы. Опять поздно спохватимся.
