В своем последнем интервью, которое адвокат дал корреспонденту «Часкора» незадолго до своей смерти, он рассказал, почему милиция боится признать существование в нашей стране сильного нацистского подполья, банд уровня организованных преступных группировок.
В своем последнем интервью, которое адвокат Станислав Маркелов дал корреспонденту «Часкора» незадолго до своей смерти, он рассказал, почему милиция боится признать существование в нашей стране сильного нацистского подполья, банд уровня организованных преступных группировок.
— За что отправлен в СИЗО Алексей Олесинов?
— Он проходит по уголовному делу о потасовке у клуба «Культ». Мне кажется, это сделано для того, чтобы в деле был хотя бы один обвиняемый. В ту ночь Олесинова действительно задерживали у клуба, с него было взято объяснение, и его отпустили. Ему даже не был выписан административный штраф. Олесинов был в числе примерно 40 человек, которых не пускали в «Культ» по дресс-коду. Там была драка с охраной, но драка началась с того, что охранник ударил Алексея по лицу. И в то время когда у клуба случилась поножовщина, Олесинов давал объяснения в ОВД «Таганское».
— Почему именно Алексей?
— В ходатайстве о взятии Олесинова под стражу указано, что он, по мнению милиции, является лидером антифы. Вообще с 2008 года милиция впервые начала серьезно заниматься преступлениями на почве межнациональной ненависти. Чтобы как-то «уравновесить» это, они решили бороться и с антифой. Олесинов — яркая фигура, на него было достаточно оперативного материала… И конечно, им милиция ограничиваться не собирается. Несмотря на распространяемые нацистами слухи, Олесинова не били, не издевались над ним. Условия содержания у него настолько хорошие, насколько могут быть в тюрьме. И вся Бутырка смеется над тем, насколько глупо сфабриковано дело. Сокамерники его прозвали Хулиганом, потому что он — единственный человек в Бутырке, ранее не судимый и до суда взятый под стражу по статье «Хулиганство». Предсказать развитие дела Олесинова сложно, потому как у милиции есть желание повесить на Алексея побольше всего.
— Милиция действительно начала бороться с нацистами?
— Дела заводятся, нациков сажают… Но МВД говорит об отдельных проявлениях агрессивного националистического хулиганства. МВД боится признать существование в нашей стране сильного нацистского подполья, банд уровня организованных преступных группировок. Потому что если это признать — нужно говорить и о том, что в свое время целый значительный пласт преступности был упущен. Кроме того, ксенофобские, националистические, да и непосредственно фашистские настроения в МВД вполне распространены. И появление в последнее время в рядах московской милиции всё большего количества кавказцев ситуацию не меняет. Быть милиционером в России непрестижно, так что служить туда зачастую идут уже озлобленные люди. И подверженные ксенофобским предрассудкам, распространенным в обществе. Кроме того, с олигархами и ОПГ милиции не всегда дают бороться, а вот на диаспорах отыгрываться разрешают. Например, взять наркобарона не дают, потому как у него крыша, а вот четырех его сбытчиков-мигрантов — пожалуйста…
— А как обстоят дела с антифа-движением в России?
— На мой взгляд, у нас оно существует не в лучшем виде. Есть радикальный молодежный фронт, занятый насильственными действиями, но практически нет не то что умеренных, а вообще легальных антифашистских организаций. А они важны, потому как большая часть общества насилие не приемлет. Нужны общественные объединения, которые бы проводили в жизнь, пропагандировали антифа-ценности: интернационализм, социальную справедливость, равенство, важность социальных прав… А в России нет даже толкового антифашистского журнала. Нет открытых кафе, клубов, магазинов, связанных с антифа. Не будет хорошо отлаженной пропаганды — будут появляться всё новые и новые фашисты. И чтобы выбить почву из-под ног нацистов, нужно проводить и работу по социализации иммигрантов.
— А чем вызвано желание милиции бороться с нацистами?
— Потому что «есть тело, есть дело». Раньше наци занимались избиениями, калечили иммигрантов. И милицию это особо не волновало, в чем-то даже вызывало понимание. И раньше фашистские группировки часто были не очень законными силовыми структурами, подконтрольными правоохранительным органам. А сейчас идут убийства, и их нужно раскрывать. Правда, расследуются они не всегда адекватно — уже немало случаев, когда их списывают на кого попало. И пока сложно оценить, насколько эффективно милиция за фашистов взялась. Весной была целая серия арестов, оперативных мероприятий. Летом уровень националистических преступлений в Москве снизился. Но осенью оказалось, что радоваться рано, статистика вернулась почти на весенний уровень. Оказалось, что летом причина спада была скорее не в задержаниях, а в каникулах и отпусках.
