Еще полгода назад то от одного коллеги, то от другого я всё время слышала: «А ну ее, вашу журналистику, пойду сериалы писать, там платят больше». Теперь все эти люди стали безработными сценаристами. Впрочем, если бы они не ушли из СМИ, стали бы безработными журналистами.
Признаться, весной я тоже начала было подумывать, не поменять ли профессию. Ну вот, допустим, проведу я в профессии лет двадцать и дослужусь до Панюшкина. И что? Ну да, можно вместо постов в ЖЖ писать колонки для «Ведомостей»: наивные работодатели, готовые платить обозревательскую зарплату за, по сути, жежешные лытдыбры, найдутся всегда. Да, Панюшкин никогда не останется без работы. Но у него никогда и не будет собственной яхты. А я, может, как раз хочу не работу, а яхту.
Воображение подогревали рассказы киношных старожилов. Вот, например, сценаристка Зоя Кудря больше прославилась не своим творчеством, а своими интервью, в которых она рассказывала, что в России сценарий полнометражного фильма стоит от 30 до 100—120 тыс. долларов. Сериалы дешевле: от 6 тысяч за серию, если сериал на 12 серий. Если это четырехсерийный телевизионный художественный фильм, то от 15 тысяч за серию.
Да что Кудря, если вчерашний выпускник ВГИКа получает 3—4 тыс. долларов за серию! Это ж сколько Панюшкиных понадобится, чтобы такие деньжищи заработать?
Вот и отправились мои коллеги стройными рядами вместо репортажей про обманутых дольщиков писать сценарии про прекрасных нянь, развеселых ментов и отчаянных домохозяек. Из оставшихся в СМИ все мало-мальски пишущие подались в редакторы (ну хорошо, в замредакторы), а писать статьи стали вообще непонятно кто. И причем, что характерно, у каждого из этих непонятно кого в столе лежал черновик будущего сценария.
Наверное, еще года два-три — и в стране просто кончились бы все люди, умеющие писать по-русски. Но тут пришел кризис, сказал: «Горшочек, не вари!» И все кинофабрики разом перестали варить телемыло. 70% кинопроектов остановлено. Телеканалы не закупают новые сериалы. Армагеддон. Выжженная земля.
Первой рухнула «Амедиа». Александр Акопов недели три раздавал интервью, рассказывая, что компания закрыла 79 проектов, выгнала 120 сотрудников из 150 и виноват в этом кризис, зараза такая. А то бы, сами понимаете, мы бы о-го-го! При этом Александр Завенович почему-то лучился счастьем и прямо-таки любовался собою, заявляя, что больше всего от кризиса пострадал он сам, урезав свою зарплату до 7,5 тыс. рублей.
Акопову можно было бы даже посочувствовать, если бы не тот факт, что зарплаты и гонорары в «Амедиа» начали задерживать еще год назад.
На арендованном «Амедиа» шарикоподшипниковом заводе были успешно применены американские конвейерные технологии производства телемыла. Акопов неоднократно заявлял, что автор фильма — продюсер, а на сценариста или режиссера можно выучить даже обезьяну. Поначалу всё доказывало его правоту: «Амедиа» делала один успешный проект за другим. «Моя прекрасная няня» и «Не родись красивой» вытянули канал СТС в лидеры, а по Москве так даже и в тройку лидеров, что позволило каналу красиво произвести модное IPO.
«Амедиа» одновременно запустила десятки проектов. Клоны «Лоста» «Рейс 1503» и «Тунгусский метеорит», мелодрама «Супермаркет», детективы «Нераскрытое» и «Судебная колонка», четыре полнометражных фильма, анимационная сказка… Писались сценарии, проводился кастинг, строились декорации. Сотни тысяч долларов тратились на зарплаты американских специалистов по телепроизводству.
И вдруг дрессированные обезьянки начали подводить своего дрессировщика. Некоторые проекты вышли в эфир и с треском провалились, как, например, «Тридцатилетние». Другие были просто не приняты каналами ввиду их, чего греха таить, низкого качества. Со времен «Не родись красивой» компания не произвела ни одного хита. Причем никаким мировым кризисом тогда еще и не пахло.
Что же позволяло компании держаться на плаву? А кредиты. Когда у Акопова спрашивали, не боится ли он вылететь в трубу, он отмахивался — дескать, у нас уже и так долгов больше 40 миллионов, нам кредиторы не дадут загнуться.
Теперь вы понимаете, почему Александр Акопов так радуется кризису и почему он интервью раздает направо и налево? Он не перед зрителями объясняется и не перед уволенными сотрудниками. А перед кредиторами, которые, в отличие от зрителей, могут не только каналы переключать. Придут к Александру Завеновичу с утюгом или с чем они там сейчас ходят, спросят: «Где деньги?» А он: «Ребята, вы что, кризис на дворе, вон у меня зарплата триста старых, докризисных баксов». И пойдут они, солнцем палимы…
Кто же еще пострадал от кризиса, кроме сценаристов и кредиторов Александра Акопова? Ну конечно, актеры. Тот же Акопов жаловался, что при запуске канал СТС платил «Амедиа» 30 тыс. долларов за серию «Моей прекрасной няни», а сейчас платит 200 тысяч, причем большая часть из 170-тысячной прибавки уходит на оплату гонораров звезд. Причем звезд, зажженных именно этим сериалом.
Подруга, которая работает в небольшой кинокомпании, рассказывает: «Представь, берем парня, только что из ГИТИСа, снимаем его в сериале, он честно работает за 800 долларов за съемочный день. Предлагаем ему новую роль, он требует 1500 за день». Еще один знакомый режиссер рассказывал, как он приглашал молодого актера на его первую роль в сериале. Актер почитал договор (до чтения сценария дело не дошло) и отказался: «Я посчитал — на покупку квартиры не хватает». И ушел в другой сериал, в тот, где на квартиру хватит. А мы потом удивляемся, кто все эти юноши-девушки, которые в журнале «7 дней» позируют в своих новых апартаментах.
Словом, давно надо было объяснить господам актерам, что не в деньгах счастье. Продюсеры собрались и договорились между собой снизить гонорары актерам вдвое. Правда, тут же составили список из примерно ста персон неприкасаемых. Ну и слава богу, а то я уж было за Сергея Безрукова начала беспокоиться.
Что же будет с кино и телевидением? Торренты и DVD их били-били, не добили, может, кризис добьет? Или, может быть, начнется конкуренция, сценаристы начнут писать интересные сценарии, актеры начнут работать над ролью, а режиссеры — строить глубинные мизансцены вместо дебильных «восьмерок»?
Черта с два. Мой прогноз — ничего нового не будет. Ни с кино, ни с ТВ. Потому что производителям по большому счету плевать на результат. Они свои прибыли получают еще на стадии производства, получая деньги на кино от государства, а на сериалы от телеканалов. Более того, кризис позволит им увеличить прибыль за счет снижения затрат. Вон Сельянов сразу сказал — всё, баста, буду всем платить не больше 30—40% от того, что платил до кризиса.
Недавно я познакомилась с одним продюсером (не будем называть фамилий). Его последний приключенческий фильм с кучей спецэффектов и Дмитрием Нагиевым с треском провалился.
Так вот, этот самый продюсер мне рассказал: в прошлом году в России было снято 250 фильмов. В прокат вышло 89. Прибыль принесли два — «Любовь-морковь» и «Бой с тенью — 2». И тут же добавил, что государство обязательно должно помогать российским продюсерам во время кризиса и выделять больше денег на производство отечественных фильмов.
Я спросила у продюсера, зачем он занимается этим бизнесом, если он такой… как бы помягче сказать, убыточный. А продюсер улыбнулся так хитро и сказал: «Просто люблю кино».
Разговаривали мы в его Porsche Cayenne. На нем был хороший костюм, на руке тяжело поблескивал «Ролекс». И я подумала: «Черт возьми, какой он все-таки молодец! И совсем не боится кризиса».
Сюжет ТК «Вести» о дефиците кадров в киноиндустрии | Российской киноиндустрии не хватает опытных режиссеров, грамотных операторов, профессиональных гримеров, квалифицированных костюмеров. Общий дефицит кадров оценивается в 40%. Сегодня во ВГИК - вузе, который собственно эти кадры и готовит - говорили о необходимости создания профессиональной академии. |
Статьи по теме:
- Вечно живые
- НТВ против Бородулина
- Круговорот звезды в природе
- Волчание ягнят
- Кризис в теле
- Дневник мертвой газеты
- А щепки-то летят
- Кризис как тест
