Оценивая результаты независимости, необходимо сравнивать их не только с желаемым — реформами в Польше, Венгрии, Чехии, странах Балтии, но и с положением Украины в СССР, а также с происходящим у её соседей по постсоветскому пространству.
Политика Кремля в отношении Украины в советское время всегда была весьма жёсткой, гораздо более жёсткой, чем в Прибалтике, Закавказье и в самой России, любые проявления либерализма, особенно намёки на национальное возрождение, беспощадно пресекались. Поэтому распад СССР породил сначала завышенные либерально-политические ожидания, а затем, наоборот, апокалиптические сценарии.
В отличие от своих западных соседей, украинское государство и общество оказались перед необходимостью проводить не только посткоммунистическую, но и «постимперскую» трансформацию, то есть осуществлять одновременный переход к демократии и рынку, создание государственных структур и формирование украинской политической нации. Заметим, что на Западе на это ушли столетия.
Успехи
Главным приобретением стала сама независимость, о которой мечтали целое столетие и которая, казалось, так и останется неосуществимой мечтой. В 1918 году Украинская Народная Республика, возглавляемая социалистической Центральной радой, была уничтожена Красной армией, направленной социалистом Лениным. В 1991 году украинские национал-демократы и национал-коммунисты воспользовались ситуацией, сложившейся в результате провала путча в Москве.
К успехам также следует отнести отсутствие межнациональных столкновений. Этому способствовало то, что на Украине был принят так называемый нулевой вариант предоставления гражданства, то есть его получили все те, кто проживал на территории республики. Украинский национализм (в академическом понимании этого термина) не был тем узким этнонационализмом, каким его иногда считают, он был национализмом «политическим», «территориальным», inclusive (т.е. включающим все этнические группы на определённой территории).
В 1994 году произошла первая на территории СНГ мирная передача власти на выборах новому президенту и новому парламенту. 1996 год — компромиссное, мирное принятие конституции.
Кучма, несмотря на опасения по поводу его пророссийскости, решал проблемы укрепления украинской государственности эффективнее, чем Кравчук: были ослаблены сепаратистские силы в Крыму, в 1997 году подписаны полномасштабный договор с Россией (признавалась наконец территориальная целостность Украины) и Хартия об особом партнёрстве с НАТО. Балансируя между Россией и Западом, но при этом осторожно продвигаясь на Запад, Киев в 1996 году провозгласил своей стратегической целью интеграцию в европейские и евро-атлантические структуры. Кучма даже написал на русском языке книгу под характерным названием «Украина — не Россия» (это тогда всё ещё приходилось объяснять).
Политологи говорят о том, что на Украине есть плюрализм по определению — pluralism by default. Он связан с тем, что Украина — разная: разные группы, разные регионы. Даже в условиях нараставшего авторитаризма президента Кучмы существовал определённый баланс в политической системе Украины. Кучма выиграл проведённый грязными методами референдум 2000 года о расширении его полномочий, но Конституционный суд снял два самых опасных для демократии вопроса (о роспуске парламента и утверждении конституции на референдуме) и постановил, что результаты референдума должны быть утверждены парламентом. И Кучме не хватило четырёх голосов! Поэтому в начале 2000-х годов, когда казалось, что действительно есть тенденция к сползанию в авторитаризм, многие политологи всё-таки говорили о том, что демократизация на Украине имеет серьёзные перспективы. И первой ласточкой стал успех «Нашей Украины» на парламентских выборах 2002 года, а затем «помаранчевая революция» против фальсификаций, которая показала, что на Украине президент не может просто так навязать стране политика, избранного им в преемники. После этого в ходе выборов власть и оппозиция уже трижды менялись местами: выборные механизмы стали работать. По рейтингам Freedom House, да и не только его, Украина является наиболее продвинутой к демократическим стандартам страной СНГ.
Украинский язык ещё с 1989 года был утверждён как государственный. А когда-то, в 70-е, когда один из авторов этих строк учился в Киевском государственном университете им. Тараса Шевченко, услышать там украинскую речь можно было в основном на факультете украинской филологии. Украинская культура вышла из коридора советских идеологизированных условностей. Мы наконец-то можем узнать, что на самом деле происходило в истории нашей страны. Идея о славянском братстве перестала быть краеугольным камнем гуманитарного знания, люди почувствовали, что они в Европе. Конечно, это привело к известной доле ура-патриотизма, но главное, что есть свобода и плюрализм мнений, а значит — возможность дебатировать на ранее запретные «националистические» темы.
Потери
Экономика Украины сильно упала в 90-е годы. Это в свою очередь повлияло на углубление социальных проблем. А следующим звеном в цепи стала «утечка мозгов». Тем не менее решение многих из этих экономических, вполне естественных для любого государства переходного периода, проблем может быть найдено.
Во всяком случае, в 2000-е годы (до начала кризиса) темпы экономического роста были одними из наиболее высоких в Европе. Но этим не воспользовались для структурных реформ, и теперь падение в ходе экономического кризиса — одно из самых глубоких.
Время показало, что президент с большими полномочиями не может ими воспользоваться во благо общества. Если Кучма постепенно сползал в авторитаризм, то в 2005 году были надежды, что Ющенко использует свои (тогда ещё широкие) полномочия для реализации радикальных, но необходимых для общества реформ. Но этого не произошло. Таким образом, он обеспечил демократические правила игры, но не долгожданное реформирование самой системы.
В постпомаранчевые годы Украину также постигли сильная региональная поляризация и политическая нестабильность. Руководители секретариата президента Кучмы использовали в 2004 году план по поляризации страны. Тогдашних руководителей не устраивал будущий сильный президент: ни Ющенко, ни Янукович. И поэтому была искусственная тактика поляризации страны, с тем чтобы протолкнуть поспешную конституционную реформу. В конечном счёте события вышли из-под контроля даже тех, кто осуществлял этот план. А потом началось противостояние в самой власти по линии «президент — премьер».
Нереализованные возможности
До сих пор ветви власти ведут борьбу за доминирование в конституционной системе. Так и не были решены проблемы местного самоуправления, судебной системы. Не было предпринято никаких решительных мер по борьбе с системной коррупцией (пожалуй, за исключением поступления в вузы по результатам тестов и упрощённой системы налогообложения для малого бизнеса).
Снова обратимся к событиям после «оранжевой революции». Одним из факторов победы Ющенко стала успешная мобилизация населения под лозунгами, общими для запада и востока страны: борьба с коррупцией, верховенство права, европейские ценности. Но не удалось демократизировать власть изнутри, обеспечить верховенство права и реализовать принцип «закон один для всех». И как раз это вызывает теперь наибольшее разочарование. Даже не социально-экономические проблемы, а то, что не удалось выполнить обещания по восстановлению справедливости. «Наша Украина» могла стать широкой правоцентристской партией европейского плана и выступать объединяющим фактором. Но это не удалось, и она фактически снова стала партией с узкой национал-демократической нишей. Да и в целом партии так и не стали идеологическими, по-настоящему европейскими. Нет сильных ни социал-демократической, ни либеральной, ни правоцентристской партий. Так что ниши эти пока не заполнены, а вот кто это задание выполнит, всё ещё остаётся под вопросом.
