Подписаться на обновления
15 ноябряЧетверг

usd цб 67.9975

eur цб 76.7556

днём
ночью

Восх.
Зах.

18+

ОбществоЭкономикаВ миреКультураМедиаТехнологииЗдоровьеЭкзотикаКнигиКорреспонденция
Литература  Кино  Музыка  Масскульт  Драматический театр  Музыкальный театр  Изобразительное искусство  В контексте  Андеграунд  Открытая библиотека 
Виктор Топоров   четверг, 15 октября 2009 года, 09:39

Белеет парус одинокий
Тамара Катаева про Бориса Пастернака. Сучий язык


   увеличить размер шрифта уменьшить размер шрифта распечатать отправить ссылку добавить в избранное код для вставки в блог






Это интересно! Это оригинально! Это талантливо! Чего ж вам боле? Двум разам не бывать, третьего не миновать. Чувствую, что Тамара Катаева уже пишет третью книгу. Про Маяковского или про Набокова? А может быть, про Розанова? Я бы поставил на то, что про Набокова, но поставил бы не слишком серьёзную для себя сумму.

Узнав из СМИ о том, что Тамара Катаева (автор «Анти-Ахматовой») выпустила новую книгу, я не то чтобы ахнул, но изумлённо выматерился. Вроде бы даже вслух.

Дикие животные, сбежав из частного зоопарка украинского олигарха, мигрируют с юго-запада страны на северо-восток, убивая на своём пути всё живое. И время от времени получая отпор. Двух кенгуру-вампиров, кстати, уже тоже убили…

Потому что пребывал до тех пор в неколебимом убеждении: не только «Анти-Ахматова», но и сама Катаева — проект одноразовый.

Более того, именно сингулярностью авторского отношения Тамары Катаевой к объекту безжалостной вивисекции, этой славной молодой женщиной предпринятой (сингулярностью, подлинные причины которой мне неведомы), я и объяснял сам факт написания и хлопот по изданию этой скандальной книги.

Публикации которой я и сам как мог посодействовал, сначала безуспешно попытавшись издать её в «Лимбусе», где служил тогда главным редактором, а затем — пару лет спустя — снабдив её благожелательным предисловием.

Упоминаю об этом отнюдь не из тщеславия (и вовсе не из раскаяния!), но только затем, чтобы передать меру моего изумления самим фактом выхода новой книги Катаевой, да не про Ахматову или (для равновесия) про Цветаеву, а про Пастернака!

А не пора ли нам взяться за Вильяма нашего, так сказать, Шекспира?

Ну или за главного его переводчика?

Хотя понятно, что Борис Леонидович Пастернак (как Пётр Ильич Чайковский в анекдоте армянского радио) знаменит не только этим.

Этим???

Тамара Катаева, при всей своей с негодованием отмечаемой её оппонентами «гинекологической» зацикленности, настолько невинна, что самим названием новой книги — «Другой Пастернак» — поневоле говорит ужасные вещи.

Это у Трифонова когда-то была «Другая жизнь» и у какой-то советской писательницы — «Другая женщина», а сегодня такие словесные формулы воспринимаются исключительно в гомоэротическом ключе.

«Другой Петербург» и «Другая любовь» двух известных питерских содомитов, искусствоведа и археолога соответственно.

Что, в свою очередь, восходит к «Другой стране» темнокожего американского писателя-гомосексуалиста Джеймса Болдуина.

А «другой» Пастернак?

«В третий раз разведенец и дожив до седин, жизнь своих современниц оправдал он один… Но для первой же юбки он порвёт повода — и какие поступки совершит он тогда!»

Правда, и сам Пастернак признавался (и подтверждают исследователи), что влюбился он не столько в увядающую красавицу Зинаиду Нейгауз, сколько в её мужа, гениального пианиста Генриха, но увёл-то всё-таки не мужа у жены, а наоборот!

На «другого» явно не тянет.

Я пошёл было в книжный магазин — не купить, так полистать, но в Петербург «Другого Пастернака» на тот момент ещё не завезли.

А пресса пока в основном безмолвствовала.

И безмолвствует до сих пор.

Чувствуется, что изряднопорядочные действуют по своей всегдашней методе: учинить для начала обструкцию — с тем чтобы заголосить «Караул!», только когда (и если) заговор молчания окажется сорван.

Экземпляр «Другого Пастернака» мне доставили из «Астрели» пусть и с опозданием, но с курьером.

Формула «один пил чай с сахаром, а другой — с удовольствием» здесь вполне уместна.

Едва приступив к чтению и постепенно погрузившись в него, я изумился ещё сильнее.

Строго говоря, не перестаю удивляться до сих пор.

В «Анти-Ахматовой», состоящей, с одной стороны, из как бы вересаевского внешне бесстрастного подбора разоблачительных и саморазоблачительных цитат (цитат вроде бы хвалебных, но слагающихся в своей совокупности в картину объективно ужасающую), а с другой — из тенденциозных, скандальных, а порой и попросту вопиющих высказываний самой Катаевой, я высоко оценил прежде всего «вересаевскую» составляющую.

И, приступив к работе над рукописью, наказал редакторам — и лимбусовскому, и приглашённому с филфака СПбГУ внешнему — свести катаевские комментарии к минимуму. Тогда как сами редактора нашёптывали мне, что лучше обойтись без этих комментариев вовсе.

Впоследствии, выпустив «Анти-Ахматову» в другом издательстве, Катаева в свою очередь свела к минимуму уже намеченные нами и согласованные с ней самой сокращения.

Книгу это, на мой взгляд, изрядно подпортило.

Хотя и помогло «Анти-Ахматовой» вызвать всеобщее возмущение такой силы, что изряднопорядочным сразу же стало не до бойкота моментально выбившейся в бестселлеры книги.

И вдруг «Пастернак».

«Другой Пастернак».

«Пастернак», в котором подбору и «разговору» цитат отведено даже не второе и не третье, а четвёртое место!

В том числе и по отведённой печатной площади.

Потому что на первом месте здесь авторские размышления Тамары Катаевой, начиная с вынесенных на «спинку» (и в аннотацию) хвастливых слов:

«Перефразируя Толстого, Катаева говорит о своих книгах: «В «Анти-Ахматовой» я любила мысль народную, а в «Другом Пастернаке» — мысль семейную».

А на втором месте — «вставные новеллы» (вернее, протороманы; «Другого Пастернака» в целом Катаева жанрово определяет как «роман-монтаж»): всё та же «мысль семейная» применительно к жизни и творчеству Льва Толстого (!), Ф.М. Достоевского, В.В. Розанова, В.В. Набокова, В.В. Маяковского и даже Иосифа Бродского.

А на третьем месте — катаевская аналитика и психоаналитика, включая литературно-критический и библиографический разбор-разгром полного собрания сочинений Бориса Пастернака, выпущенного Е.В. и Е.Б. Пастернак.

И только на четвёртом — цитаты (впрочем, далеко не столь убийственные и однозначные, как в «Анти-Ахматовой»).

Ничего себе?!

Но это ещё цветочки!

Ягодки начинаются с наблюдения (потрясения): Тамара Катаева научилась писать хорошо.

Замечательно хорошо!

Читаешь — не оторваться.

Притом что книга вышла, судя по всему, в авторской редакции (то есть в отсутствие редактора) и в ней попадаются, пусть и не часто, анекдотические стилистические и логические ошибки.

Скажем, о «Жюстине» маркиза де Сада говорится, что её «поругали и поругали».

В том смысле, что её подвергали систематическому поруганию.

Отдельно стоящая фраза «Дети расширяют сознание» говорит скорее о наркозависимости детей, чем о родительском счастье, которое тут имеет в виду Катаева.

Опытный редактор непременно подсказал бы Тамаре Катаевой, что, презрительно заклеймив Ольгу Ивинскую «санитаркой-звать-Тамаркой» (из некогда знаменитой песни про «санитарную машину «Студебеккер»), она практически обрекает себя на применение того же обидного прозвища к ней самой.

Да и посоветовал бы всё же не встревать хотя бы в разговор о принципах формирования и подготовки академического издания.

Ну и объяснил бы что нужно про название «Другой Пастернак»…

А от книги тем не менее не оторваться!

И в первую очередь не потому, что написанное и смонтированное Катаевой верно или хотя бы справедливо (оно, скорее всего, и не совсем верно, и, главное, несправедливо).

А потому, что Катаева (детский педагог, как её дразнили) научилась писать не просто хорошо, но и талантливо.

Талант исследователя (пусть и неотшлифованный) чувствовался уже в «Анти-Ахматовой».

Талант писателя (в специфическом изводе «писатель в формате ЖЗЛ») прорезался только сейчас.

«Как частный человек, Евгений Борисович Пастернак достоин всяческого уважения, и со страниц книг, которые он составлял и комментировал, появляется образ правдивого, трудолюбивого, благодарного сына и милого человека. В этом качестве он заслуживает полагающегося отношения (и даже больше, чем он просит, — деликатной отстранённости, неприлично же пристально наблюдать и судить незнакомого человека, ведь как частный человек он относительно мало с кем знаком).

Но, вступив в качестве автора — и героя — в литературный контекст, он не может рассчитывать на иное место, кроме как Женёнка, взявшегося судить персоналии мировой литературы с точки зрения добродетельного сына, защищающего никого не интересующую честь безымянной мамочки».

Блистательный — во всей своей полусознательной эпатажности — пассаж! Блистательное рассуждение!

Время (не путать с времечком) генерируется отдельными личными — и личностными — усилиями и транслируется от человека к человеку; и это, в отличие от жужжания в ЖЖ, процесс героический и едва ли не интимный…

86-летнего сына Бориса Пастернака и Евгении Лурье, человека весьма и весьма уважаемого, так и будут именовать Женёнком на всех шестистах страницах книги: мол, если позиционируешь себя любимым сыном, то и зовись так, как тебя называл любящий отец.

И кстати, любящий он отец или нет, это мы ещё разберёмся, обещает Катаева.

И — со всею невозможностью и немыслимостью — разбирается…

Кстати, в процитированном пассаже тоже есть стилистическая ошибка: образы со страниц книги не «появляются», а «встают».

Но, как сказал бы один из персонажей книги, эту рыбку проглатываешь, даже не замечая.

Суконный — или птичий — или сюсюкающий — язык нашего «профессионального» литературоведения одинаково отвратителен во всех трёх вышеописанных подвидах.

А вот в литературоведении неформальном встречается порой, начиная с двух книг Н.Я. Мандельштам, куда более привлекательный эстетически, хотя и довольно сомнительный этически, откровенно провокативный стиль, который, по аналогии с птичьим языком, следовало бы назвать языком сучьим.

Н.Я. Мандельштам начала, М.В. Розанова подхватила (называю только удавшиеся попытки).

Злоязычие обеих вдов вошло в легенду.

А у Розановой с Синявским был и такой коронный номер (наблюдал собственными глазами на знаменитом устричном балу «Независимой газеты» в 1992 году): супруги вдвоём выходят на сцену. Муж долго молчит. Наконец произносит: «Я вот думаю, если уж обзавёлся собакой, то зачем гавкать самому?»

И передаёт слово жене, которая не умолкает затем в течение получаса.

Сучий язык.

Не обязательно правдивый, но злой, цепкий, неистощимо изобретательный.

К сучьему языку и прибегает — уже во второй книге, и на сей раз успешно — Тамара Катаева.

Нам остаётся разобраться, по праву она так поступает или не по праву.

Тем более что «по праву рождения» ей — не дочери, не сестре, не куме, не сватье и уж тем более не вдове какой-нибудь литературной знаменитости (а всего-навсего однофамилице) — такого не дано.

А только по праву таланта.

Сучий язык, кстати, явление далеко не обязательно гендерное.

Сучьим языком написаны обе книги Аркадия Белинкова — и про Тынянова, и в особенности про Олешу.

Стилистически и, так сказать, логико-стилистически Катаева ближе всего как раз к Белинкову (которого, скорее всего, не читала).

Лучшее же определение катаевского стиля дал, пожалуй, сам Пастернак, негодуя в одном из писем к Цветаевой на собственного отца:

«Он обращается ко мне как к разоблачённому недоразуменью».

Именно так и обращается Катаева к фигурантам своей книги — хоть к Ирочке Емельяновой (дочери Ольги Ивинской), хоть к самому Льву Толстому.

Как к разоблачённому недоразуменью.

В иных случаях — разве что как к недоразоблачённому недоразуменью, но это дело, на её взгляд, поправимое.

Ваша свобода — это наша недоработка.

В обширной (и основательно освоенной) библиографии «Другого Пастернака» зияет досаднейшая лакуна.

Не упомянут роман Алексея Иванова «Блуда и МУДО».

Должно быть, он просто не попался Катаевой на глаза.

Меж тем именно в этом романе впервые описан, а главное, назван феномен, которым, собственно, и занимается Катаева в рецензируемой книге.

Феномен «сложного семейства», или, если угодно, неформального гарема (о гареме «скромного мусульманина» Катаева как раз пишет, сетуя на то, что Пастернак по советским законам и неписаным правилам был лишён возможности официально обзавестись таковым).

Феномен сильного и самостоятельного мужчины, занимающегося — наполовину по стечению обстоятельств, наполовину по собственному выбору — жизнеобеспечением (как экономическим, так и моральным) целой вечно голодной оравы.

Целой оравы жён, детей, любовниц; нынешних мужей бывших жён; будущих мужей нынешних любовниц; детей будущих мужей нынешних жён; братьев и сестёр этих мужей; детей этих братьев и сестёр и т.п. и т.д.

Причём происходит всё это пожизненно, а порой и посмертно (по смерти владельца «гарема»)…

Алексей Иванов назвал такую конфигурацию «фамильоном».

Тамара Катаева написала роман-монтаж о пастернаковском «фамильоне».

Критически сопоставив его с «фамильонами» перечисленных выше героев её протороманов.

Сопоставив не в пользу пастернаковского.

Но каждый раз находя убедительные доводы в пользу правомерности того или иного конкретного сопоставления.

Скажем, толстовством старших Пастернаков морально оправдывается сравнение Ирпеня и двух переделкинских дач с Ясной Поляной.

А коллизией с присуждением Нобелевской премии за роман «Доктор Живаго» (и неприсуждением за «Лолиту») — сравнение пастернаковских Seitenspruenge («ходки на сторону» — нем.) с набоковскими.

А соперничеством с Маяковским за звание «лучшего и талантливейшего» — сравнение (в относительных, а не в абсолютных цифрах; Маяковский зарабатывал гораздо больше) тех расходов, на которые сетовал ещё Архилох:

Копишь деньги, копишь усердно и долго,
А потом спускаешь в живот какой-нибудь шлюхе.

Все эти сравнения проведены Катаевой ярко и на свой лад убедительно, хотя сами протороманы написаны всё на том же вопиюще сучьем языке.

Главный сюжет книги, разумеется, — внутренняя расстановка сил (и ситуативные перестановки) в рамках самого пастернаковского «фамильона».

И здесь, наряду со всегдашней оскорбительной резкостью, Катаева демонстрирует решительный отход от пастернаковедческого канона.

Евгения Лурье у неё не художница (пусть и дилетантка) и тонкая творческая натура, но бездельница, паразитка и пиявка, лишь для виду и форсу «пачкающая красками траву».

Женёнок и его жена-филолог — заведомые ничтожества и публикаторы-фальсификаторы.

Ольга Ивинская — «весёлая» (и алчная!) маркитантка.

Симпатизирует, да и то с оговорками, Катаева лишь второй жене поэта — Зинаиде Нейгауз.

С оговорками, но всё же настолько, чтобы не привести анекдотическое свидетельство своего знаменитого однофамильца.

Пастернак с Катаевым дежурят на крыше в ночной Москве (чтобы гасить зажигательные бомбы). Налёт немецкой авиации встречен залпами ПВО. Кругом рвутся снаряды и бомбы. Женщины с детьми за неимением более надёжного убежища прячутся в подвале.

— Вверху — зенитка, а внизу — Зинаидка, — явно не зная, что страшнее, печально каламбурит поэт.

Почему книгу «Другой Пастернак» пытаются замолчать, понятно.

Почему это на сей раз может получиться, тоже понятно: рынок перенасыщен книгами о Пастернаке (одна Наталья Иванова написала целых три!), а Пастернак, в отличие от Ахматовой, фигура не столько культовая, сколько полукультовая.

То есть, конечно, тоже культовая, но без массовой подпитки истерической ордой поклонниц, аналогичной ахматовской.

Без прикормленного окололитературного быдла.

И антибыдла.

Те же, для кого Пастернак воистину культовая фигура, или повязаны круговой порукой, или принадлежат к литературному полубыдлу.

«Женёнок», «маркитантка» и прочее в том же роде послужат для первых (а вторым они это постараются без лишнего шума втолковать) стоп-сигналами.

Ну и читайте Лазика Флейшмана с Ромой Тименчиком (называю их так фамильярно исключительно по старой памяти): у них такого нет и не может быть, потому что не может быть никогда!

А я бы порекомендовал «Другого Пастернака» не столько поклонникам Пастернака (или его противникам), сколько — в полном соответствии с катаевским замыслом — людям, интересующимся «семейной мыслью» в общелитературном её преломлении.

И поклонникам (возможно, пока лишь латентным) сучьего языка.

Это интересно!

Это оригинально!

Это талантливо!

Чего ж вам боле?

Двум разам не бывать, третьего не миновать.

Чувствую, что Тамара Катаева уже пишет третью книгу.

Про Маяковского или про Набокова?

А может быть, про Розанова?

Я бы поставил на то, что про Набокова, но поставил бы не слишком серьёзную для себя сумму.




ОТПРАВИТЬ:       



 






Читать? А зачем?

Открытость к диалогу с миром

У Довлатова есть такая история, как кто-то, отчаявшись, что ребенок не читает, воскликнул: «ну как можно жить, не читая «Преступление и наказание»!» — получил мгновенный ответ от художника и остроумца Вагрича Бахчаняна: «Можно. Вот Пушкин не читал Достоевского — и ничего». Можно не читать «Преступление…», скажу шепотом: «Можно и Пушкина не читать», потому что не в чтении дело — а в открытости к диалогу с миром, в желании выйти за пределы своего представления о жизни, в желании понять другого.

09.11.2018 19:00, Татьяна Морозова


Книгу вроде «Лолиты» сегодня было бы невозможно издать

Порнография или шедевр?

Автор в «Экспрессен» перечитывает «Лолиту», успевшую стать классикой, и рассуждает о том, что сегодня появление такого романа было бы невозможно. Хорошо это или плохо? С одной стороны, «Лолита» — вдохновенная исповедь педофила. С другой — удивительная лингвистическая сокровищница, пусть сам Набоков и сокрушался, что вынужден довольствоваться «второсортным английским» вместо русского.

30.10.2018 19:00, Ян Градвалль (Jan Gradvall), inosmi.ru


«Какое счастье жить в одно время с Толстым!»

Воспоминания современников о писателе

Как Лев Толстой охотился на медведя и чуть не погиб, заливался слезами, слушая Чайковского, работал в поле и редактировал свои произведения. Портал «Культура.РФ» собрал воспоминания современников о писателе — субъективные и трогательные.

18.09.2018 19:00, Татьяна Григорьева, culture.ru


Образование в семье Набоковых

Самое счастливое детство начала ХХ века

Основным источником вдохновения для Владимира Набокова всегда оставался он сам. Его инструментами были языковое чутьё, которое делало возможным игру слов и смыслов, свобода неожиданных ассоциаций и память, позволявшая доставать из запертых комнат и подвергать тщательной инвентаризации мельчайшие детали. Автор щедро одаривал героев романов собственными воспоминаниями и деталями жизненного пути, смутными ощущениями и мыслями, а в автобиографиях, русской и английской, описал собственное взросление.

11.09.2018 19:00, Алиса Загрядская, newtonew.com


Предотвращенная дуэль Пушкина

Как писатель Лажечников отговорил Пушкина драться

В среду 27 января 1837 года, в половине пятого вечера, секунданты прибыли на назначенное место. Погода была мрачной, дул сильный ветер. Место дуэли было непригодным — слишком много глубокого снега. Решено было расчистить полоску, длиною ровно в 20 шагов — именно с такого расстояния должны были стреляться два обезумевших родственника — Пушкин и Дантес.

10.09.2018 19:00, Андрей Р., moiarussia.ru


Цветаева-мать

Жизнь Ариадны Эфрон

Мать с детства объясняла ей, какая это честь – быть дочерью Марины Цветаевой. Попутно обвиняла в смерти сестры и заставляла заботиться о маленьком брате. Родившись в роскоши в Москве, Ариадна Эфрон дважды отсидела в лагерях и умерла на казённой койке, похоронив перед этим всю семью.

04.09.2018 19:00, Алена Городецкая, jewish.ru


Писатели-школьники

Как прошли школьные годы знаменитых писателей

Александр Пушкин тепло отзывался о времени, проведенном в Царскосельском лицее, хотя не отличался ни высокой успеваемостью, ни хорошим поведением. А какими были школьные годы у других классиков русской литературы? Как дразнили Гоголя, почему Чехову прочили карьеру священнослужителя, за что отчислили Цветаеву и какие оценки получал Маяковский — читайте в материале.

01.09.2018 19:00, Мария Соловьёва, culture.ru


«Мир уродлив и люди грустны»

Иосиф Бродский о Серёже Довлатове

Сергей Довлатов был единственным писателем-современником, о котором Иосиф Бродский написал эссе — в годовщину смерти писателя 24 августа 1991 года.

28.08.2018 19:00, izbrannoe.com


Максим Горький: «Россияне работать не любят и не умеют»

Запись в дневнике писателя Максима Горького от 16 марта 1918 года

Известная часть нашей интеллигенции, изучая русское народное творчество по немецкой указке, тоже очень быстро дошла до славянофильства, панславизма, «мессианства», заразив вредной идеей русской самобытности другую часть мыслящих людей, которые, мысля по-европейски, чувствовали по-русски, и это привело их к сентиментальному полуобожанию «народа», воспитанного в рабстве, пьянстве, мрачных суевериях церкви и чуждого красивым мечтам интеллигенции.

18.08.2018 19:00, Николай Подосокорский, philologist.livejournal.com


Факультатив по истории

Путеводитель по Италии от русских писателей

Блок, Ахматова и Есенин рассказывают, чем пахнет в Венеции, почему опасен Палермо и что посмотреть во Флоренции, - в самом эмоциональном путеводителе по родине Данте.

12.08.2018 19:00, Оля Андреева, diletant.media






 

Новости

Умер Стэн Ли
Сооснователь Marvel Comics Стэн Ли умер в возрасте 95 лет, передает портал TMZ со ссылкой на дочь покойного.
XXII ежегодный Фестиваль камерной музыки «Возвращение» проводит краудфандинговую кампанию
Концерты должны состояться в Московской консерватории 8, 10, 12 и 14 января.
Российский фильм «Ампир V» первым в мире выходит на криптобиржу, листинг подтвердила EXMO
Первым в мире кинопроектом, который прошел листинг на крупнейшей в Восточной Европе криптобирже EXMO, стал фильм Виктора Гинзбурга “Ампир V” (2019) по роману Виктора Пелевина. Об этом было официально объявлено сегодня, 8 ноября, на конференции по блокчейну и криптовалютам Blockchain Life 2018 в Санкт-Петербурге.
Умер создатель мультфильмов «Остров сокровищ» и «Приключения капитана Врунгеля» Давид Черкасский
В Киеве умер советский и украинский художник-мультипликатор, режиссер и сценарист Давид Черкасский. Об этом в фейсбуке сообщил его друг Александр Меламуд.
IPChain представила первую биржу интеллектуальной собственности IPEX и краудинвестинговую платформу CO-FI
Ассоциация IPChain (Национальный координационный центр обработки транзакций с правами и объектами интеллектуальной собственности) презентовала первую в мире биржу интеллектуальной собственности IPEX и первую в России цифровую краудинвестинговую платформу для кредитования под залог интеллектуальной собственности CO-FI.

 

 

Мнения

Иван Бегтин

Слабость и ошибки

Выйти из ситуации без репутационных потерь не удастся

Сейчас блокировки и иные ограничения невозможно осуществлять без снижения качества жизни миллионов людей. Информационное потребление стало частью ежедневных потребностей, и сила государственного воздействия на эти потребности резко выросла, вызывая активное противодействие.

Владимир Яковлев

Зло не должно пройти дальше меня

Самое страшное зло в этом мире было совершено людьми уверенными, что они совершают добро

Зло не должно пройти дальше меня. Я очень люблю этот принцип. И давно стараюсь ему следовать. Но с этим принципом есть одна большая проблема.

Мария Баронова

Эпохальный вопрос

Кто за кого платит в ресторане, и почему в любой ситуации важно оставаться людьми

В комментариях возник вопрос: "Маша, ты платишь за мужчин в ресторанах?!". Кажется, настал момент залезть на броневичок и по этому вопросу.

Николай Подосокорский

Виртуальная дружба

Тенденции коммуникации в Facebook

Дружба в фейсбуке – вещь относительная. Вчера человек тебе писал, что восторгается тобой и твоей «сетевой деятельностью» (не спрашивайте меня, что это такое), а сегодня пишет, что ты ватник, мерзавец, «расчехлился» и вообще «с тобой все ясно» (стоит тебе написать то, что ты реально думаешь про Крым, Украину, США или Запад).

Дмитрий Волошин

Три типа трудоустройства

Почему следует попробовать себя в разных типах работы и найти свой

Мне повезло. За свою жизнь я попробовал все виды трудоустройства. Знаю, что не все считают это везением: мол, надо работать в одном месте, и долбить в одну точку. Что же, у меня и такой опыт есть. Двенадцать лет работал и долбил, был винтиком. Но сегодня хотелось бы порассуждать именно о видах трудоустройства. Глобально их три: найм, фриланс и свой бизнес.

«Этим занимаются контрабандисты, этим занимаются налетчики, этим занимаются воры»

Обращение Анатолия Карпова к участникам пресс-конференции «Музею Рериха грозит уничтожение»

Обращение Анатолия Карпова, председателя Совета Попечителей общественного Музея имени Н. К. Рериха Международного Центра Рерихов, президента Международной ассоциации фондов мира к участникам пресс-конференции, посвященной спасению наследия Рерихов в России.

Марат Гельман

Пособие по материализму

«О чем я думаю? Пытаюсь взрастить в себе материалиста. Но не получается»

Сегодня на пляж высыпало много людей. С точки зрения материалиста-исследователя, это было какое-то количество двуногих тел, предположим, тридцать мужчин и тридцать женщин. Высоких было больше, чем низких. Худых — больше, чем толстых. Блондинок мало. Половина — после пятидесяти, по восьмой части стариков и детей. Четверть — молодежь. Пытливый ученый, быть может, мог бы узнать объем мозга каждого из нас, цвет глаз, взял бы сорок анализов крови и как-то разделил бы всех по каким-то признакам. И даже сделал бы каждому за тысячу баксов генетический анализ.

Владимир Шахиджанян

Заново научиться писать

Как овладеть десятипальцевым методом набора на компьютере

Это удивительно и поразительно. Мы разбазариваем своё рабочее время и всё время жалуемся, мол, его не хватает, ничего не успеваем сделать. Вспомнилось почему-то, как на заре советской власти был популярен лозунг «Даёшь повсеместную грамотность!». Людей учили читать и писать. Вот и сегодня надо учить людей писать.

Дмитрий Волошин, facebook.com/DAVoloshin

Теория самоневерия

О том, почему мы боимся реальных действий

Мы живем в интересное время. Время открытых дискуссий, быстрых перемещений и медленных действий. Кажется, что все есть для принятия решений. Информация, много структурированной информации, масса, и средства ее анализа. Среда, открытая полемичная среда, наработанный навык высказывать свое мнение. Люди, много толковых людей, честных и деятельных, мечтающих изменить хоть что-то, мыслящих категориями целей, уходящих за пределы жизни.

facebook.com/ivan.usachev

Немая любовь

«Мы познакомились после концерта. Я закончил работу поздно, за полночь, оборудование собирал, вышел, смотрю, сидит на улице, одинокая такая. Я её узнал — видел на сцене. Я к ней подошёл, начал разговаривать, а она мне "ыыы". Потом блокнот достала, написала своё имя, и добавила, что ехать ей некуда, с парнем поссорилась, а родители в другом городе. Ну, я её и пригласил к себе. На тот момент жена уже съехала. Так и живём вместе полгода».

Александр Чанцев

Вскоре похолодало

Уикэндовое кино от Александра Чанцева

Радость и разочарование от новинок, маргинальные фильмы прошлых лет и вечное сияние классики.

Ясен Засурский

Одна история, разные школы

Президент журфака МГУ Ясен Засурский том, как добиться единства подходов к прошлому

В последнее время много говорилось о том, что учебник истории должен быть единым. Хотя очевидно, что в итоге один учебник превратится во множество разных. И вот почему.

Ивар Максутов

Необратимые процессы

Тяжелый и мучительный путь общества к равенству

Любая дискриминация одного человека другим недопустима. Какой бы причиной или критерием это не было бы обусловлено. Способностью решать квадратные уравнения, пониманием различия между трансцендентным и трансцендентальным или предпочтениям в еде, вине или сексуальных удовольствиях.

Александр Феденко

Алексей Толстой, призраки на кончике носа

Александр Феденко о скрытых смыслах в сказке «Буратино»

Вы задумывались, что заставило известного писателя Алексея Толстого взять произведение другого писателя, тоже вполне известного, пересказать его и опубликовать под своим именем?

Игорь Фунт

Черноморские хроники: «Подогнал чёрт работёнку»...

Записки вятского лоха. Июнь, 2015

Невероятно красивая и молодая, размазанная тушью баба выла благим матом на всю курортную округу. Вряд ли это был её муж – что, впрочем, только догадки. Просто она очень напоминала человека, у которого рухнули мечты. Причём все разом и навсегда. Жёны же, как правило, прикрыты нерушимым штампом в серпасто-молоткастом: в нём недвижимость, машины, дачи благоверного etc.

Марат Гельман

Четыре способа как можно дольше не исчезнуть

Почему такая естественная вещь как смерть воспринимается нами как трагедия?

Надо просто прожить свою жизнь, исполнить то что предначертано, придет время - умереть, но не исчезнуть. Иначе чистая химия. Иначе ничего кроме удовольствий значения не имеет.

Андрей Мирошниченко, медиа-футурист, автор «Human as media. The emancipation of authorship»

О роли дефицита и избытка в медиа и не только

В презентации швейцарского футуриста Герда Леонарда (Gerd Leonhard) о будущем медиа есть замечательный слайд: кролик окружен обступающей его морковью. Надпись гласит: «Будь готов к избытку. Распространение, то есть доступ к информации, больше не будет проблемой…».

Михаил Эпштейн

Симпсихоз. Душа - госпожа и рабыня

Природе известно такое явление, как симбиоз - совместное существование организмов разных видов, их биологическая взаимозависимость. Это явление во многом остается загадкой для науки, хотя было обнаружено швейцарским ученым С. Швенденером еще в 1877 г. при изучении лишайников, которые, как выяснилось, представляют собой комплексные организмы, состоящие из водоросли и гриба. Такая же сила нерасторжимости может действовать и между людьми - на психическом, а не биологическом уровне.

Игорь Фунт

Евровидение, тверкинг и Винни-Пух

«Простаквашинское» уныние Полины Гагариной

Полина Гагарина с её интернациональной авторской бригадой (Габриэль Аларес, Иоаким Бьёрнберг, Катрина Нурберген, Леонид Гуткин, Владимир Матецкий) решили взять Евровидение-2015 непревзойдённой напевностью и ласковым образным месседжем ко всему миру, на разум и благодатность которого мы полагаемся.

Петр Щедровицкий

Социальная мечтательность

Истоки и смысл русского коммунизма

«Pyccкиe вce cклoнны вocпpинимaть тoтaлитapнo, им чyжд cкeптичecкий кpитицизм эaпaдныx людeй. Этo ecть нeдocтaтoк, npивoдящий к cмeшeнияи и пoдмeнaм, нo этo тaкжe дocтoинcтвo и yкaзyeт нa peлигиoзнyю цeлocтнocть pyccкoй дyши».
Н.А. Бердяев

Лев Симкин

Человек из наградного листа

На сайте «Подвиг народа» висят наградные листы на Симкина Семена Исааковича. Моего отца. Он сам их не так давно увидел впервые. Все четыре. Последний, 1985 года, не в счет, тогда Черненко наградил всех ветеранов орденами Отечественной войны. А остальные, те, что датированы сорок третьим, сорок четвертым и сорок пятым годами, выслушал с большим интересом. Выслушал, потому что самому читать ему трудновато, шрифт мелковат. Все же девяносто.

 

Календарь

Олег Давыдов

Колесо Екатерины

Ток страданий, текущий сквозь время

7 декабря православная церковь отмечает день памяти великомученицы Екатерины Александрийской. Эта святая считалась на Руси покровительницей свадеб и беременных женщин. В её день девушки гадали о суженом, а парни устраивали гонки на санках (и потому Екатерину называли Санницей). В общем, это был один из самых весёлых праздников в году. Однако в истории Екатерины нет ничего весёлого.

Ив Фэрбенкс

Нельсон Мандела, 1918-2013

5 декабря 2013 года в Йоханнесбурге в возрасте 95 лет скончался Нельсон Мандела. Когда он болел, Ив Фэрбенкс написала эту статью о его жизни и наследии

Достижения Нельсона Ролилахлы Манделы, первого избранного демократическим путем президента Южной Африки, поставили его в один ряд с такими людьми, как Джордж Вашингтон и Авраам Линкольн, и ввели в пантеон редких личностей, которые своей глубокой проницательностью и четким видением будущего преобразовывали целые страны. Брошенный на 27 лет за решетку белым меньшинством ЮАР, Мандела в 1990 году вышел из заточения, готовый простить своих угнетателей и применить свою власть не для мщения, а для создания новой страны, основанной на расовом примирении.

Молот ведьм. Существует ли колдовство?

5 декабря 1484 года началась охота на ведьм

5 декабря 1484 года была издана знаменитая «ведовская булла» папы Иннокентия VIII — Summis desiderantes. С этого дня святая инквизиция, до сих пор увлечённо следившая за чистотой христианской веры и соблюдением догматов, взялась за то, чтобы уничтожить всех ведьм и вообще задушить колдовство. А в 1486 году свет увидела книга «Молот ведьм». И вскоре обогнала по тиражам даже Библию.

Максим Медведев

Фриц Ланг. Апология усталой смерти

125 лет назад, 5 декабря 1890 года, родился режиссёр великих фильмов «Доктор Мабузе…», «Нибелунги», «Метрополис» и «М»

Фриц Ланг являет собой редкий пример классика мирового кино, к работам которого мало применимы собственно кинематографические понятия. Его фильмы имеют гораздо больше параллелей в старых искусствах — опере, балете, литературе, архитектуре и живописи — нежели в пространстве относительно молодой десятой музы.

Игорь Фунт

А портрет был замечателен!

5 декабря 1911 года скончался русский живописец и график Валентин Серов

…Судьба с детства свела Валентина Серова с семьёй Симонович, с сёстрами Ниной, Марией, Надеждой и Аделаидой (Лялей). Он бесконечно любил их, часто рисовал. Однажды Маша и Надя самозабвенно играли на фортепьяно в четыре руки. Увлеклись и не заметили, как братик Антоша-Валентоша подкрался сзади и связал их длинные косы. Ох и посмеялся Антон, когда сёстры попробовали встать!

Юлия Макарова, Мария Русакова

Попробуй, обними!

4 декабря - Всемирный день объятий

В последнее время появляется всё больше сообщений о международном движении Обнимающих — людей, которые регулярно встречаются, чтобы тепло обнять друг друга, а также проводят уличные акции: предлагают обняться прохожим. Акции «Обнимемся?» проходят в Москве, Санкт-Петербурге и других городах России.

Илья Миллер

Благодаря Годара

85 лет назад, 3 декабря 1930 года, родился великий кинорежиссёр, стоявший у истоков французской новой волны

Имя Жан-Люка Годара окутано анекдотами, как ни одно другое имя в кинематографе. И это логично — ведь и фильмы его зачастую представляют собой не что иное, как связки анекдотов и виньеток, иногда даже не скреплённые единым сюжетом.

Денис Драгунский

Революционер де Сад

2 декабря 1814 года скончался философ и писатель, от чьего имени происходит слово «садизм»

Говорят, в штурме Бастилии был виноват маркиз де Сад. Говорят, он там как раз сидел, в июле месяце 1789 года, в компании примерно десятка заключённых.

Александр Головков

Царствование несбывшихся надежд

190 лет назад, 1 декабря 1825 года, умер император Александра I, правивший Россией с 1801 по 1825 год

Александр I стал первым и последним правителем России, обходившимся без органов, охраняющих государственную безопасность методами тайного сыска. Четверть века так прожили, и государство не погибло. Кроме того, он вплотную подошёл к черте, за которой страна могла бы избавиться от рабства. А также, одержав победу над Наполеоном, возглавил коалицию европейских монархов.

Александр Головков

Зигзаги судьбы Маршала Победы

1 декабря 1896 года родился Георгий Константинович Жуков

Его заслуги перед отечеством были признаны официально и всенародно, отмечены высочайшими наградами, которых не имел никто другой. Потом эти заслуги замалчивались, оспаривались, отрицались и снова признавались полностью или частично.


 

Интервью

Энрико Диндо: «Главное – оставаться собой»

20 ноября в Большом зале Московской консерватории в рамках IХ Международного фестиваля Vivacello выступил Камерный оркестр «Солисты Павии» во главе с виолончелистом-виртуозом Энрико Диндо.

В 1997 году он стал победителем конкурса Ростроповича в Париже, маэстро сказал тогда о нем: «Диндо – виолончелист исключительных качеств, настоящий артист и сформировавшийся музыкант с экстраординарным звуком, льющимся, как великолепный итальянский голос». С 2001 года до последних дней Мстислав Ростропович был почетным президентом оркестра I Solisti di Pavia. Благодаря таланту и энтузиазму Энрико Диндо ансамбль добился огромных успехов и завоевал признание на родине в Италии и за ее пределами. Перед концертом нам удалось немного поговорить.

«Музыка Земли» нашей

Пианист Борис Березовский не перестает удивлять своих поклонников: то Прокофьева сыграет словно Шопена – нежно и лирично, то предстанет за роялем как деликатный и изысканный концертмейстер – это он-то, привыкший быть солистом. Теперь вот выступил в роли художественного руководителя фестиваля-конкурса «Музыка Земли», где объединил фольклор и классику. О концепции фестиваля и его участниках «Частному корреспонденту» рассказал сам Борис Березовский.

Александр Привалов: «Школа умерла – никто не заметил»

Покуда школой не озаботится общество, она так и будет деградировать под уверенным руководством реформаторов

Конец учебного года на короткое время поднял на первые полосы школьную тему. Мы воспользовались этим для того, чтобы побеседовать о судьбе российского образования с научным редактором журнала «Эксперт» Александром Николаевичем Приваловым. Разговор шёл о подлинных целях реформы образования, о том, какими знаниями и способностями обладают в реальности выпускники последних лет, бесправных учителях, заинтересованных и незаинтересованных родителях. А также о том, что нужно, чтобы возродить российскую среднюю школу.

Василий Голованов: «Путешествие начинается с готовности сердца отозваться»

С писателем и путешественником Василием Головановым мы поговорили о едва ли не самых важных вещах в жизни – литературе, путешествиях и изменении сознания. Исламский радикализм и математическая формула языка Платонова, анархизм и Хлебников – беседа заводила далеко.

Дик Свааб: «Мы — это наш мозг»

Всемирно известный нейробиолог о том, какие значимые открытия произошли в нейронауке в последнее время, почему сексуальную ориентацию не выбирают, куда смотреть молодым ученым и что не так с рациональностью

Плод осознанного мыслительного процесса ни в коем случае нельзя считать продуктом заведомо более высокого качества, чем неосознанный выбор. Иногда рациональное мышление мешает принять правильное решение.

«Триатлон – это новый ответ на кризис среднего возраста»

Михаил Иванов – тот самый Иванов, основатель и руководитель издательства «Манн, Иванов и Фербер». В 2014 году он продал свою долю в бизнесе и теперь живет в США, открыл новый бизнес: онлайн-библиотеку саммари на максимально полезные книги – Smart Reading.

Андрей Яхимович: «Играть спинным мозгом, развивать анти-деньги»

Беседа с Андреем Яхимовичем (группа «Цемент»), одним из тех, кто создавал не только латвийский, но и советский рок, основателем Рижского рок-клуба, мудрым контркультурщиком и настоящим рижанином – как хороший кофе с черным бальзамом с интересным собеседником в Старом городе Риги. Неожиданно, обреченно весело и парадоксально.

«Каждая собака – личность»

Интервью со специалистом по поведению собак

Антуан Наджарян — известный на всю Россию специалист по поведению собак. Когда его сравнивают с кинологами, он утверждает, что его работа — нечто совсем другое, и просит не путать. Владельцы собак недаром обращаются к Наджаряну со всей страны: то, что от творит с животными, поразительно и кажется невозможным.

«Самое большое зло, которое может быть в нашей профессии — участие в создании пропаганды»

Правила журналистов

При написании любого текста я исхожу из того, что никому не интересно мое мнение о происходящем. Читателям нужно само происходящее, моя же задача - максимально корректно отзеркалить им картинку. Безусловно, у меня есть свои личные пристрастия и политические взгляды, но я оставлю их при себе. Ведь ни один врач не сообщает вам с порога, что он - член ЛДПР.

Юрий Арабов: «Как только я найду Бога – умру, но для меня это будет счастьем»

Юрий Арабов – один из самых успешных и известных российских сценаристов. Он работает с очень разными по мировоззрению и стилистике режиссёрами. Последние работы Арабова – «Фауст» Александра Сокурова, «Юрьев день» Кирилла Серебренникова, «Полторы комнаты» Андрея Хржановского, «Чудо» Александра Прошкина, «Орда» Андрея Прошкина. Все эти фильмы были встречены критикой и зрителями с большим интересом, все стали событиями. Трудно поверить, что эти сюжеты придуманы и написаны одним человеком. Наш корреспондент поговорила с Юрием Арабовым о его детстве и Москве 60-х годов, о героях его сценариев и религиозном поиске.