Подписаться на обновления
9 февраляВторник

usd цб 30.5158

eur цб 41.6937

днём -8
ночью -8

Восх.
Зах.



Общество Экономика В мире Культура Медиа Технологии Здоровье Экзотика Книги Календарь

Худлит    Острый сюжет    Фантастика    Женский роман    Детям    Классика    Нон-фикшн    Поэзия    Арт-объект    Аудиокниги    Иностранные книги    Обзоры рейтингов    E-Books   
Василий Владимирский   четверг, 10 сентября 2009 года, 17.26

Призраки, отцы и дети
Сын Стивена Кинга маскирует роман о конфликте поколений под мистический триллер


   увеличить размер шрифта уменьшить размер шрифта распечатать отправить ссылку добавить в избранное код для вставки в блог



Джо Хилл. Коробка в форме сердца. СПб.: Домино; М.: Эксмо, 2009.

«Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами всё дадут» — эти слова Воланда, пожалуй, можно назвать самой популярной цитатой из «Мастера и Маргатиры». Но не зря одно из самых любимых имён сатаны — «отец лжи». Проблемы главного героя романа «Коробка в форме сердца» как раз и начинаются из-за того, что он трагически не умеет отказываться от предложенного.

Прикупив на интернет-аукционе экстравагантный костюм, Джуд Койн, стареющая звезда рок-н-ролла и легенда «готической» сцены, отдаёт и себя, и свою подругу во власть мстительного духа, к костюму прилагавшегося. Вскоре Джуд узнаёт, что этот костюм принадлежал отчиму его предыдущей девушки, профессиональному гипнотизёру, прошедшему спецподготовку по психологической обработке пленных во Вьетнаме. На первый взгляд мотивы героев вполне прозрачны: в приступе депрессии девушка, брошенная эгоистичной звездой, покончила с собой, а через несколько дней скончался и её отчим, поклявшись достать мерзавца даже из могилы.

К счастью, не всё так просто и с Джудом Койном, и с его потусторонним антагонистом, иначе книга не стоила бы бумаги, на которой напечатана. «Коробка в форме сердца» только притворяется традиционным романом о призраках. На самом деле перед нами сложная и запутанная история о взаимоотношениях отцов и детей, о ненависти, боли и страхе, которые зачастую на всю жизнь оставляют след в душе человека. Этот мотив настойчиво повторяется раз за разом: отец Джуда бил его в детстве смертным боем и как-то раз сломал руку, чтобы отвадить от игры на гитаре. Отец подруги Койна старательно закрывал глаза на нездоровые отношения между его тринадцатилетней дочкой и зрелым «другом семьи»... Ну а о том, что творилось в семье покойного гипнотизёра, вы сможете прочитать сами.

Пикантность ситуации в том, что под псевдонимом Джо Хилл скрывается не кто иной, как Джозеф Хиллстром Кинг, сын того самого Стивена, которого в рекламных проспектах любят называть «королём ужасов». Можно предположить, что этот роман стал своеобразным посланием от писателя-сына писателю-отцу. Если так, то им обоим не позавидуешь...

Кстати, любопытный нюанс: если Стивену Кингу при всех его тиражах пришлось долго и мучительно пробиваться в литературный истеблишмент (возникшие в этот период комплексы он так и не сумел изжить), то Кинг-младший был тепло принят профессиональным сообществом сразу после выхода первых его изящных, но рассчитанных далеко не на самую широкую аудиторию рассказов. К 38 годам Джо Хилл успел собрать солидную коллекцию литературных наград и продать права на экранизацию своего единственного романа кинокомпании Warner Bros., хотя бы в этом утерев нос знаменитому отцу.

* * *

Критика:

Владимир Пузий («Мир фантастики»):
«Книга читается влёт и не оставляет ощущения, будто ты зря потратил время и деньги. При этом, конечно, некоторые из сюжетных составляющих вполне узнаваемы, так сказать, каноничны в жанре: связь нынешних событий с поступками из Джудова прошлого, постепенный переход героев от неверия в привидения к «очень-даже-верию», в финале — непременное противостояние Джуда сперва с нелюбимым отцом (привет Эдипу и Зигмунду!), затем — с главным бестелесным злодеем. Но даже при наличии канонических сюжетных элементов есть в романе и то, что выделяет его из общего потока «страшилок для взрослых». Это искренность тона, вполне сформировавшийся авторский стиль, собственные тональность и звучание. Персонажам Джо Хилла сопереживаешь, пейзажи, им описанные, — видишь внутренним взглядом»

Валерий Иванченко («Книжная витрина»):
«В целом роман хорош. Он вовлекает в своё пространство, не позволяет слишком уж заскучать и, главное, не даёт повода морщиться. Может быть, здорово сработал переводчик, может, молодец сам Джо Хилл, не увлекающийся сложными языковыми фигурами и изъясняющийся исключительно простыми, внятными фразами. Роман не получился топорным, он довольно богат и искусен, но это не мешает ясности, в том числе ясности этической и душевной. Как и его отец, Джо Хилл — моралист, потому что для человека, открыто глядящего на зло, это единственная техника безопасности»

(Newslab.ru):
«Хиллу совсем несвойственно несколько патологическое пристрастие Кинга копаться в психике своих героев и доходить в этом до каких-то совсем уж пугающих глубин. Его специальность — это динамика; «Коробка» хватает читателя за шкирку с первых страниц и дальше тащит его за собой со скоростью курьерского поезда, не забывая при этом время от времени шмякать его головой о шпалы или попадающиеся вдоль дороги столбы. В книжке есть сцены, написанные столь смачно, что пробирает порой аж до мурашек. Не самая привычная, наверное, для писателя похвала, но стоит признать, что Хилл — отменный постановщик; он очень хорошо чувствует, как и что должно произойти, чтобы читателя тряхнуло посильнее»

Роман Арбитман («Взгляд»):
«Романный дебют Кинга-сына оказался на удивление удачным. Конечно, стилистически младший отпрыск писателя почти непроизвольно следует в фарватере старшего, однако он берёт за основу творчество папы времен 80-х, когда король страха ещё не был чересчур многословен и был более внятен. Тем не менее Джозеф Хиллстром Кинг — уже безусловно профессиональный автор «литературы ужасов». Он не только умеет нагнетать саспенс, но и создаёт вполне убедительных героев, некоторым из которых хочется сочувствовать, а от некоторых бежать со всех ног куда глаза глядят»

Блогеры:

goldoff (goldoff.livejournal.com):
«Аннотация книги «Коробка в форме сердца» Джо Хилла говорит о жуткой ужасной тайне — мол, за именем этого писателя прячется сын. Нет, не так — СЫН. Тайна вторична — все мало-мальски интересующиеся уже знают, что это сын Стивена Кинга. Вторичной получилась и сама книга. Кровь чувствуется, как говорил Булгаков. Флэшбэки, любовь к героям ммммммм, творческим — здесь это 54-летний рокзвезда, тихо коротающий время и гонорары, — поиск корней в детстве — все это уже было у папы. И было не в пример лучше. Психология героев прописана еще послабже, да и не страшно совсем — тяжело писать про привидения в наше циничное время. В общем, фифти-фифти, и не советую особо, и бросать в мусорную корзину и плеваться тоже не стал бы. Хотя лично я прочту второй роман. Потому что хочется верить, что на детях гениев природа отдыхает не всегда. И для метро самый тот формат — шрифт большой, и не грузит»

Владислав Женевский (Лаборатория фантастики):
«Общее впечатление таково, что «Коробка в форме сердца» более чем хороша для дебюта (премию Брэма Стокера и «Локус» в соответствующей номинации она получила совершенно заслуженно — не настолько красивые у автора глаза, он ведь в папу пошел), однако знаменует собой лишь промежуточную веху на долгом — надеюсь — и славном творческом пути Джо Хилла, который имеет все задатки если не превзойти отца, то сравниться с ним. Учитывая, что рынок литературного хоррора в России по-прежнему довольно скуден, книги такого уровня пропускать нельзя. Рискну предположить, что для тех, кто только начинает знакомство с жанром, этот роман не худший вариант (хотя «Призраки двадцатого века», несомненно, заслуживают большего внимания). Остальные могут и воздержаться, но рискуют что-то для себя упустить»

humus (humus.livejournal.com):
«Папа нашего героя понимал, что на стопроцентном хэппи-энде переиздания не заработать и всегда пускал в свою конструкцию минорную струю. Сын пока не осознал всю коммерческую привлекательность подобного подхода и устроил своим героям полную чашу счастья. К главному герою-музыканту возвращается вдохновение, и он пишет новые успешные вещи, бывшая стриптизерша и жертва педофила становится, как и мечтала, женой главного героя, а еще одна несовершеннолетняя жертва призрака-педофила получает от наших героев двести баксов подъёмных перед отправкой в новую жизнь. Дом починили, студию отремонтировали, собак новых завели и улетели на Гавайи. В итоге сюжетный раствор так и не загустел, оставаясь тем, чем и был с самого начала — образцовым дерьмом»

Феликс Зилич (f-ragamuffin.livejournal.com):
«Первые сто страниц книги на самом деле вызывают серьёзный страх. К сожалению, по их истечению это чувство быстро улетучивается. Понимая, что впереди их ждут ещё 300 страниц мелкого текста, герои оперативно пакуют свои шмотки и отправляются в долгое путешествие по стране. Подобным сюжетным ходом Джо Хилл сразу же причисляет себя к жанровой традиции, представленной такими писателями как Стивен Кинг и Дин Кунц. «Мы ехали — мы ехали — и наконец приехали». И вроде бы всё неплохо и на своём месте, но всё равно обидно. От автора «Призраков XX века» всё же ожидалось нечто более оригинальное»

NiA (lu-nia.livejournal.com):
«Главная литературная мистификация 2007 года — кричит обложка. Я ей верю и покупаю книгу. «Разве у мертвых может быть цель?» — спрашивает меня первая страница и тут же даёт заголовок первой части «Черный пес». Я как человек азартный дочитываю-таки эту книгу до конца. Но она ничем не отличается от большинства низкосортных ужастиков. А что самое неприятное — ей весьма и весьма далеко до Стивена Кинга»

suhan_ilich (suhan-ilich.livejournal.com):
«Для дебюта «Коробка в Форме Сердца» несомненно удача, гладкое повествование, хорошо продуманный сюжет, достоверно выведенные герои, но нет ощущения приобщения к чему-то свежему, такое ощущение, что вся книга безупречна выведена по трафаретам писателей романов ужасов, это кусочек отсюда, а этот отсюда, а финал сделаем вот такой вот. Нет привкуса свежести, всё очень вторично. Второй недостаток для меня — это излишняя американизированность рассказанной истории, реалии США накладывают свой отпечаток на роман, если рок-музыкант, то обязательно имеющий интерес в потусторонних силах, если антигерой, то обязательно поучаствовавший в Вьетнамской войне — повествованию явно не хватает универсальности»

















Новости

Буквы, звуки, цацки
В Москве пройдёт второй фестиваль вольных книгоиздателей.
Что почитать?
Теперь ответ на этот вопрос можно получить, заглянув в сводный рейтинг книжных продаж по крупнейшим торговым сетям России.
Записки путешественника
Британская библиотека выложила в открытый доступ виртуальную версию дневников Роберта Скотта.
Больше книг, хороших и разных
Издатели увеличивают количество наименований за счёт сокращения тиражей.
Российские читатели познакомятся с арабской литературой
Куплены права на перевод 100 книг лучших арабских писателей.

Мнения

Виктор Топоров

Азбука вкуса

Путь снизу

Нынешние настроения в литературе и вокруг неё (включая издательское и толстожурнальное дело) целиком и полностью совпадают с общественно-политическими. В разговоре о них я бы вывел сводную формулу: алармистский оптимизм.

Екатерина Сальникова

Понежневшие скандалы

ТВ снисходит до черты бедности. Ради рейтинга

А поутру я проснулась, полезла, как водится, в интернет и с изумлением обнаружила, что, оказывается, присутствовала при политическом скандале. Вот скандала-то я и не заметила. Или скандалы уж не те.

Владислав Иноземцев

«Анти-Юргенс»

Российская модернизация, если она вообще произойдёт, начнётся с экономики, а не с политических перемен

Новый доклад «Образ желаемого завтра», выпущенный Институтом современного развития, уже вызвал в обществе крайне неоднозначную реакцию. Адепты российского консерватизма раскритиковали его за либерализм, а либералы впали в некое подобие ступора от радикализма исследовательского центра, считающегося приближённым к президенту Д. Медведеву.

Денис Драгунский

Упрощёнка

Было такое смешное мнение, что музыка бывает «классическая» и «современная»

Когда я учился в девятом классе, я был влюблён в одну девушку. А она любила музыку. Поэтому я ходил с ней то в консерваторию, то в зал Чайковского. Сейчас она блестящий музыкальный критик, но я не о том.

Маша Трауб

Гефилте фиш

Рива и плита совершенно не вязались друг с другом

Оказалось, что Рива живёт в нашем доме на пятом этаже. Так странно, никогда её не видела. Рива печёт на заказ — пирожные, торты, пироги. Я заказала ей торт, зашла вернуть кухонное полотенце и поблагодарить… Она как будто меня ждала. Выскочила, схватила за руку, утащила через порог, дверь захлопнула.

Андрей Колесников

Человек ушёл в себя

Зона моральной ответственности сужается

Если за что и готов ответить постсоветский человек, так это за свою семью. Не обнаруживая возможности повлиять на события внешнего мира, homo postsoveticus сосредоточивается на частной жизни. То есть на том, что он может реально контролировать.

Константин Рылёв

Чёрной молнии подобный

Мужчина и машина: страницы любовного романа

Продавец Дима Семицветов из «Берегись автомобиля» души не чаял в своей машине. Тревожился о ней по ночам, в окно выглядывал. Девице сделал замечание, плюхнувшейся на капот: «Куда же ты ложишься, это ж полировка!» Судя по всему, автомобиль он любил больше жены, поскольку у «Волги» не было папы-прапорщика. И машина как могла хранила верность хозяину: «цапнула» угонщика волчьим капканом. Но любимую увёл-таки наивно-коварный Деточкин…

Александр Кустарёв

Гаити

Всемирное общество и его зона хронического бедствия

Так не лучше ли легализовать местные реально существующие структуры самоорганизации, чем пытаться их искоренить, расплачиваясь за эту благородно-рациональную стратегию огромными средствами и человеческими жизнями?

Ева Рапопорт

Если сказку сделать былью

Тогда что случится с нашей способностью к воображению?

«Аватар» — это как бы 3D в квадрате, где эффект от стереоизображения умножается на мощное впечатление, производимое компьютерными спецэффектами качественно нового уровня. Жители интернета с иронией пишут в своих блогах о том, что «Кэмерон поимел их глаза».

Сергей Беляков

Вишнёвый сад

Почему поссорились Антон Павлович с Константином Сергеевичем

Станиславский просто «обезумел от пьесы». «Я плакал, как женщина, хотел, но не мог сдержаться… играть буду с восхищением», — признавался он Чехову. Рыдала и Книппер. Чехов был смущён, сбит с толку. Он совершенно не понимал, что случилось. Чехов писал комедию в четырёх действиях, «почти водевиль». Смешную, легкомысленную. Без философских мыслей, без социологических обобщений.


Частный Корреспондент на Facebook

Интервью

Алексей Старобинский и Вячеслав Муханов: «Нас подводили астрономы»

Эйнштейн не верил в то, что Бог играет в кости. Поэтому он скептически относился к квантовой механике, позволяющей вывести «спекулятивные закономерности». Однако оказалось, всё-таки играет. В 2009 году Алексей Старобинский и Вячеслав Муханов получили одну из самых престижных наград в астрофизике за самое важное открытие в теоретической физике последних 30 лет.

Эрик Булатов: «У меня очень счастливая жизнь»

Классик концептуализма о том, из чего складывается счастливая жизнь

Эрик Булатов, классик второго авангарда, рассказывает о родителях и Свердловске, об эвакуации и о том, как начинал рисовать, об учителях, Фаворском и Фальке, книжной иллюстрации и принципах своей работы.

Дарио Фо: «Театр, литература, которые не говорят за своё время, не представляют ценности»

Почему итальянцы голосуют за Берлускони? Лауреат Нобелевской премии пророчит катастрофы

Драматург Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии, рассуждает об экологии, о Боге и вере, о театре и зрителях, о жене и о Нобелевской премии, а также о том, почему итальянцы голосуют за Берлускони.

«То, чем мы занимаемся, — не искусство, это маленькая проза про искусство»

Алексей Тарханов, руководитель блока культуры газеты «Коммерсантъ»

Обычно отдел культуры выполняет функцию подсознания всего издания. Мало кто фурычит в экономике, немногие способны разобраться в хитросплетениях нанотехнологий, однако в культуре, как в воспитании детей, «разбираются» все. Оттого и читают в первую очередь именно её.

Голый энтузиазм и аниме по-русски

«Хочешь получить аниме, которое тебе нравится, в русской озвучке? Будь добр поработать на него!»

Профессиональный перевод фильмов слушать крайне приятно, но кустарный зачастую собирает куда больше фанатов. В жизни любого анимешника наступает такой момент, когда становится недостаточно просто смотреть, а хочется что-то сделать для развития любимого движения.

Катрин Шмидт: «Кто она?»

Лауреат последнего розыгрыша немецкого Букера Катрин Шмидт не считает, что лёгкая литература — это плохо

Семь лет назад Катрин, после обширного кровоизлияния в мозг, находилась в коме, а затем прошла долгий период реабилитации, сумев полностью восстановиться, что практически равно чуду. Её книга об этом чуде.

Хилари Мэнтел: «Пишу про революцию и алхимию»

Последний лауреат английского Букера рассказывает о своих книгах, отношении к письму и взаимодействии между общим и частным.

Говорим «видео в интернете» — подразумеваем YouTube

Всё о самом популярном видеохостинге

Стив Гроув (Steve Grove), руководитель департамента новостей и политики на YouTube, рассказал «Часкору» о макаках, Обаме, выборах в конгресс и запуске сервиса YouTube Direct, который поможет профессиональным СМИ наладить взаимодействие с журналистами-любителями и перестать воспринимать их как конкурентов.

Ярослав Романчук: «Кризис у нас более глубокий, чем в Западной Европе»

Льготные поставки российской нефти в Белоруссию, скорее всего, прекратятся

Президент РФ ответил на «нефтяное» письмо Лукашенко, однако эпистолярный роман Кремля и Минска остаётся тайной за семью печатями. Белорусский экономист Ярослав Романчук рассказывает о сути этих писем, о течении экономического кризиса в Белоруссии и её зависимости от Кремля, а также о том, чем закончится очередной развод союзников.

Календарь

Юлия Бурмистрова

Хоть с себя всё заложить, а Масленицу проводить

Откуда пошла Масленица и как её отмечать

С давних времён народ на Руси отмечает уход зимы и приход весны. Комоедица, потом Масленица. Название поменялось, но многие традиции остались. История праздника и его традиции, а также рецепты блинов в статье «Частного корреспондента».

Радиф Кашапов

Рецепт бессмертия по-голливудски

8 февраля исполняется 50 лет со дня создания важнейшей части голливудского этоса — «Аллеи славы» (она же «Аллея звёзд»)

Когда боксёра Мухаммеда Али наградили звездой на «Аллее славы», он отнёсся к решению голливудского отборочного комитета серьёзно. И попросил сделать так, чтобы по его имени люди не ходили. Поэтому памятную плиту повесили на здание кинотеатра Kodak. Остальные две с лишним тысячи знаменитостей согласны, чтобы их звёзды топтали ногами. Они всё равно почти не имеют к ним отношения.

Иван Лабазов

Даты недели

Даты недели 8—14 февраля. Юбилеи и юбиляры на каждый день и на неделю вперёд

Борис Пастернак, Всеволод Мейерхольд, Иван Крылов, Василий Жуковский, Фёдор Шаляпин, Евгений Вахтангов, Всеволод Гаршин, Жорж Сименон, Бертольт Брехт, Жюль Верн, Авраам Линкольн, Чарльз Дарвин, Лу фон Саломе, Анна Павлова, Йозеф Шумпетер, Василий Качалов, Любовь Орлова, Владимир Зельдин, Вячеслав Тихонов, Анна Герман, Лана Тёрнер, Джеймс Дин, Джек Леммон, Анатолий Кони, Василий Чапаев, Томас Эдисон, Беатрис Стелла Таннер («Элиза Дулитл»), Алан Паркер, Ким Новак и другие.

Александр Винокуров

Глубокая заморозка

Астропрогноз на 8—14 февраля

Это последняя неделя лунного месяца. Новолуние будет в ближайшее воскресенье. Стоит убавить служебное рвение и заняться собственным здоровьем. На этой неделе лучше немного замкнуться и копить силы, а не тратить.

Владимир Павловец

Боб мира

6 февраля исполняется 65 лет со дня рождения Роберта Неста Марли, известного на весь мир как Боб Марли

6 февраля 1945 года родился Роберт Неста Марли, полумифический герой ХХ века, до сих пор вдохновляющий миллионы людей по всему миру. Определить Боба Марли просто как ямайского певца и музыканта — это почти то же самое, что назвать Иисуса палестинским лектором.

Михаил Побирский

Нарк? И педик?

5 февраля 1914 года родился американский писатель Уильям Берроуз

Попробуем разобраться, зачем в биографических опусах, в кино, в интернете и на телевидении очень серьёзного писателя-интеллектуала нам представляют совершеннейшим болваном, опиатным монстром, сухим старикашкой проповедником из чёрно-белого вестерна?