«Частный корреспондент» допускает, что публикация данного текста может быть расценена как участие в акции «АвтоВАЗ глазами работяги», которую, впрочем, никто официально не объявлял. Однако в середине сентября была информация, что ВАЗ сокращает порядка 4997 человек, возможно, именно этим объясняется тот факт, что фрагменты текста размещены почти на 176 сайтах. Мы публикуем все три части с незначительными купюрами.
Часть первая
Ну, пока я, простой рабочий с вазовского конвейера, оказался без работы, то на вынужденном досуге опишу завод. Как мы дошли до такой жизни. Текст сырой и сумбурный. Так что терпите.
Сразу замечу. Пишу, несколько шифруясь. Не хочется засвечивать конкретное место моей работы. Опасаюсь мести со стороны администрации. Они не любят, когда рабочие выносят «сор из избы».
С чего начать? Как ни странно, но первое, что приходит в голову, — это домино. Игра в домино для вазовского работяги (а я пишу о мужчинах, женщины — отдельная тема) — это как молитва для истово верующего. Играют при любом удобном случае. В том числе и в рабочее время, прячась от начальства. Играет весь завод. Это поразительно, но правила игры со всеми специфическими терминами: «генерал», «мордовский» — одинаковы по всему огромному заводу.
Пьянство. Русский народ пьющий. И вазовцы не исключение. Раньше пили больше. Падали замертво прямо на рабочих местах. Увольняли за это крайне редко. Наказывали лишением 13-й зарплаты. Начальству пьяница работяга выгоден. Он на крючке. Такой не будет бастовать. Его можно заставить в выходной вскапывать огород на даче начальника. Ну и банально покрыть его залёт и взять с него деньги (себе в карман).
Воровство. Воруют с завода страшно. Что удивительно — воровство даже и не скрывают особо. При мне один известный на весь цех вор обсуждал по сотовому свои дела. Свои воровские дела. Кто почём возьмёт то, что он вывезет. Вывезет! То, что рабочие, пряча под одеждой, тащат на себе через проходную (большой риск попасться — досмотры-ощупывания, металлоискатели), — это наверняка меньшая часть украденного. Большинство краденого вывозится на фурах. Почему с этим не борется милиция и служба безопасности завода (её возглавляет бывший спецназовец, штурмовавший в Афгане дворец Амина) — это и для меня вопрос.
Собрания по качеству. Несколько лет назад были введены бригадные собрания по качеству. По вторникам. В рабочее время. На этих собраниях качество не обсуждается. Говорят про дисциплину, про культуру производства (мусор). Но про качество не говорят. Рабочие вообще молчат. Выступают мастер и бригадир. Про качество говорить бессмысленно. Никакой разумный довод со стороны опытнейших рабочих администрация принимать в расчёт не будет. Я начальник — ты дурак. Точка.
Техника безопасности. ЧП на заводе происходят ежемесячно. Сотрясения мозга, ломают носы, пальцы. Режут руки. Всё это скрывается. Рабочих начальники уговаривают оформлять производственные травмы как бытовые. 99% соглашаются.
Бузотеры из профсоюза «Единство». К ним отношение большинства рабочих неоднозначное. Иногда посмеиваются как над сектантами. А если прижмёт начальство — тут же вопрошают: «А почему «Единство» молчит?»
Второй вазовский профсоюз АСМ — продажный, соглашательский. Я много раз ходил на собрания профгруппоргов профсоюза АСМ. Говорят о чём угодно: путёвки, талоны, помощь детдому — но только не про проблемы вазовцев, связанные с работой.
Когда я стал пробивать, чтобы они исправляли недостатки на работе, — меня успокаивали: разберёмся, приходи завтра (на следующей неделе). А в очередной раз сказали: «Что ты хочешь? Ну, хочешь, мы тебя на учёбу пошлём?» Я отказался. Профсоюзная учёба АСМ (я слышал) — это немного теории и много алкоголя.
На профкомах же «Единства» (их я тоже посещал) основная тема разговоров — суды. Активисты «Единства» постоянно судятся с администрацией. И нередко выигрывают. Есть ещё честные, неподкупные судьи в Тольятти.
Работа на конвейере ужасно однообразна. Работают только одни группы мышц. Это не на здоровье. Человек становится придаточным механизмом к машине. Люди начинают совершать неадекватные поступки. Например, без повода орать во всё горло. Голова при такой работе — сама по себе (какие-то тупые, вязкие мысли), руки-ноги — сами по себе. Я спасаюсь тем, что во время работы учу наизусть стихи — тексты песен. Хоть как-то загружаю мозг.
Поработав несколько лет на конвейере, рабочие становятся прям-таки виртуозами своего дела. И, нарушая техпроцесс, начинают выполнять сразу две операции. Чтобы побольше отдохнуть. Это меня сильно возмущает. «Да работай ты как хочешь!» Но я хочу работать как надо. Как положено. Спокойно. А при совмещении — скачешь, как сайгак. Зато потом «награда»: балдеешь (доминошками хлопаешь), а уже другой скачет.
Одно время я отказывался совмещать. Но через «мытьё и катанье» перестал отрываться от коллектива. И сейчас работаю как все. Нарушаю. Рискуя нарваться на ушлого контролёра. Особенно опасен директорский контроль. Они имеют право штрафовать на сумму в два раза больше, чем обычный контроль.
В медсанчасти торгуют больничными листами. Ко мне за один месяц три раза подошли (!) рабочие — предлагали купить больничный. Посредники.
В вазовской поликлинике врач меня спрашивал: «Как тебя лечить? Дёшево и плохо? Или дорого и хорошо?» Вазовские врачи могут послать больного купить в частную аптеку БАД (это типа «Гербалайфа»). Также они направляют на лечение к местному целителю-жулику Макарову.
Нередко скорость конвейера значительно превышает технологическую. Это ясно без всяких спидометров. Если вся бригада начала перемещаться по ходу движения конвейера (на заводе это называется «уплывать»), то, значит, врубили дикую скорость. Ну и какое качество?? Тут только — только успевай. Естественно, в такие моменты уже операции не совместить. Тут бы на одной своей не «уплыть».
Кормят на ВАЗе съедобно. С июня стали выкладывать на столы зубочистки. А вот горчица исчезла. В этом году столовыми стала заведовать компания «КорпусГрупп». Произошёл передел власти. Повара чуть ли не бойкот новой власти устроили. Но я-то помню, как эти повара плотной группой шли с завода домой. У каждой в руках огромные сумки. А что там — знали все. Краденые продукты.
Вазовцы — это дикая сила. Надо видеть, как они штурмуют автобусы после работы. Словно тех, кто не займёт место, будут пытать. Отрываются пуговицы и ремешки часов. Ломаются клипсы у чехлов сотовых. Озверевшая, оголтелая толпа ломится в двери автобуса.
Перед приездом на завод (точнее, прилётом на вертолёте) Путина конная милиция разогнала проституток на Московском проспекте, который примыкает к заводу. Московский проспект в Тольятти — это как Тверская в Москве. «Девушка с Московского» — синоним проститутки. Я тогда подумал, а ведь встанет завод — проституток будет столько, что бэтээры придётся использовать. Всех нищих с перекрёстков дорог тогда тоже выгнали.
В туалетах цеха 45-3 все двери исписаны проклятьями в адрес начальника цеха Б-а. Почерка все разные. Этот начальник, разговаривая с возмущёнными рабочими, всегда демонстративно пишет их на диктофон. Тех рабочих, что пытаются качать права, посылают работать в другие бригады. Иногда — в другие цеха. Это словно ссылка, так как работы везде разные. А специальность у всех — одинаковая. Слесарь механосборочных работ.
В конференц-зале на заводе (на 7-й вставке) в перерыв во вторую смену собрались мастера (рассказывал мне человек, которому я доверяю) и на большом экране смотрели порнофильмы.
На заводе мне приходилось выполнять работы, где была реальная возможность погибнуть, стать инвалидом. Бог миловал. Практически каждый год на заводе гибнут люди. Нарушение ТБ. И умирают прямо на заводе. На вставках вывешивают некрологи. Зачастую это молодые парни.
1-я и 2-я смена: земля и небо. В первую смену, когда на заводе всё начальство, народ более-менее поддерживает дисциплину. Во вторую — откровенно расслабляется. Во вторую смену можно безбоязненно нарушать правила ношения спецодежды — не было случая, чтоб кого-либо наказали. Директорский контроль поймал рабочего — тот работал в рубашке с коротким рукавом. Наказание: лишили 50% премии (это около 2000 рублей). Мастер при контролёре сказал рабочему: «Во вторую смену можешь так работать. Но не в первую». (Ну, это дела минувшие. В этом году только 1-я смена работает. А в данный момент — вообще ни одна.)
Раньше на ВАЗе жили бомжи. В нашем цехе я знал троих. Ходили по заводу в спецодежде. Бритые. Чистые. Жили они на заводе. Где-то ночевали, прятались от ментов. Крыша над головой. Можно помыться в душевых. В столовых — объедки. Рабочие их жалели — подкармливали, наливали. Говорят, бывшие работники ВАЗа. Потом они исчезли. Переловили, наверно.
Тот, кто работает на южной стороне завода, не мог не видеть на проходной мужичка с гармошкой. Играет неумело идущим на работу — деньги ему за это кидают. Бывший вазовец. Пенсионер. Я его помню. Видел, когда он ещё работал.
И как итог. Вы только не подумайте, что АвтоВАЗ — это кошмарное место. До ВАЗа я сменил несколько работ. Ответственно заявляю: завод — самое стабильное место работы. Хотя были места, где я зарабатывал в пять раз больше, чем на заводе. Но это риск. Риск нарваться на налоговую и бандитов. Теневая экономика. Поэтому ответственно заявляю: завод — самое стабильное место работы для простого человека, без блата. Где можно честно заработать свою трудовую копейку. Политую потом. А иногда и кровью. Вот его главное преимущество перед всеми этими фирмёшками и ООО.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
