Генплан реконструкции и развития Москвы до 2025 породил множество споров и недовольств. Один из самых главных вопросов — мусоросжигательные заводы, которыми собираются окольцевать Москву. Самый большой завод собираются построить в пока экологически чистом районе Ясенево. Сжигать там будут около 360 тыс. тонн мусора в год.
Проблема сбора и утилизации мусора — бич больших городов, полимерная отрыжка индустриальной цивилизации. Новое платье и яйца на завтрак, моторное масло и детская игрушка, упаковка компакт-дисков и ящик пива для пикника — за каждым шагом современного горожанина тянется ядовитый след плёнки и пластика, которые не разлагается естественным образом и могут только накапливаться, накапливаться и накапливаться.
Подмосковные свалки переполнены. Мусор повсюду. Естественное человеческое желание выбросить мусор из дома, вынести на помойку всё лишнее больше не работает. Если наш дом Ясенево, куда прикажете поставить мусорное ведро? В Беляево? Вряд ли там обрадуются. Если наш дом Москва, устроим помойку в Серпухове? Если наш дом Московский регион, снарядим эшелоны в Саратов и Тверь? Если наш дом Россия, сбросим его на головы бушменам и готтентотам? А что делать жителям планеты Земля? Устроить свалку на Луне, видимо. Там по крайней мере никто не будет возражать.
Складывать мусор некуда. Это факт. Значит, нужно избавляться от него каким-то другим способом. Сжечь его к чёртовой матери, и дело с концом — первое, что приходит в голову. И не только простым людям, но и коммунальной индустрии .
На окраинах города планируется построить несколько мусоросжигательных заводов . Один из них — в Ясенево, в промзоне между МКАД, Профсоюзной и Голубинской улицами. Примерно через кольцо от ИКЕА и «Ашана».
Я живу в Ясенево два года. Мы переехали в этот район сознательно и надолго. Здесь зелено, чисто и просторно. На карте Москвы Ясенево смотрится как маленькая гирька, привешенная снизу к круглому телу большого города. В Ясенево, как на остров, ведут всего три дороги — Севастопольский проспект, Новоясеневский проспект, поворот с Профсоюзной и съезд с МКАД. По-другому в Ясенево нельзя попасть даже на велосипеде, только пешком.
Экология замкнутого, окружённого лесами и парками района возглавляет городские рейтинги. Причём это «экология для всех» — Ясенево считается районом очень приличным, но ни в коем случае не «престижным». Для одних здесь слишком далеко от центра, для других не хватает башен с пентхаусами. И слава богу. Башни с пентхаусами запросто испортят вам любой приличный район.
Ясеневосжигательный завод будет расположен в непосредственной близости от жилых домов. Здесь даже невозможно соблюсти километровую санитарную зону, не говоря уже о пятикилометровой. Дома повсюду — пятьсот метров в одну сторону, семьсот в другую, восемьсот в третью. А также несколько школ и детских садов. В один из этих садов ходил мой ребёнок. Интересно представить себе мать, которая отведёт своего ребёнка в садик, расположенный в полукилометре от мусоросжигательного завода. Это должно быть очень несчастное существо — слепое, глухое и слабоумное одновременно.
Ясеневосжигательный завод собирается стать одним из самых мощных в Москве — 360 тыс. тонн отходов в год. Это 70 тыс. битком набитых городских мусоровозов. Если их упереть бампер в бампер друг за другом, они как раз займут все пять полос и обочину Московской кольцевой автодороги. Если сложить этот мусор внутри стен Кремля, выйдет гора высотой почти сто метров. А теперь представьте, что эту гору подожгли рядом с вашим домом. Зрелище неприглядное. Но эстетическая сторона дела — полбеды. Главная беда в том, что при сожжении полимеров выделяются диоксины . Там много чего выделяется, но на диоксинах остановимся особо. Диоксины во много раз повышают риск онкологических заболеваний, особенно у детей и подростков.
Фраза «повышают риск онкологических заболеваний» звучит казённо и не кажется страшной. Но на самом деле она означает, что в один совсем не прекрасный день вашему ребёнку почему-то не помогут обычные средства от температуры и врач в поликлинике направит его на дополнительные обследования. Будет улыбаться и говорить, что ничего страшно, это простая формальность. А другие врачи отправят вашего ребёнка на новые обследования и улыбаться будут уже меньше, а вы будете гнать от себя эту мысль («Ну что вы ревёте, мамочка!»), пока наконец не услышите диагноз, короткий, как стук топора.
С этого момента ваша жизнь полностью изменится, больница станет вторым (вернее, первым) домом, тысячу или миллион раз вы спросите себя: «За что?» Придётся выучить много новых слов, вы увидите, как от химиотерапии у ребёнка прядь за прядью выпадают волосы, все волосы. Вот он уже похож на маленького печального буддийского монаха и теряет почти половину веса. Однажды окажется, что ему нечего надеть, потому что на этот рост уже не бывает такого маленького размера. А на дверях соседней палаты почему-то написано имя уже другого ребёнка, и вы наизусть помните статистику выживаемости для данного заболевания и слышите «утешительные» слова о том, что в этом состоянии люди живут годами, может быть, пять лет или даже все десять.
Хорошо, если у вас под рукой есть пара бабушек, чтобы хоть иногда сменить вас у постели, и хорошо, если у вас на счету или в чулке есть хотя бы небольшая заначка, чтобы не пришлось продавать квартиру. Хорошо, если в этот момент вас не бросил муж и не выгнали с работы, что бывает сплошь и рядом. Хорошо, если в критический момент находятся пожертвования на операцию или дорогое лекарство. Хорошо, что однажды, через месяцы и годы, всё заканчивается так, а не иначе. Но и в этом случае вы всю оставшуюся жизнь будете падать в обморок от пониженных лейкоцитов или повышенной скорости оседания эритроцитов в листочке с анализом крови.
Вот что на самом деле означает фраза о повышенном риске онкологических заболеваний, особенно для детей и подростков.
Вы этого хотите? Нет. Конечно, нет.
Но что делать? Предложите альтернативу, говорят нам проектировщики заводов.
Не лукавьте. Обычный гражданин, не владеющий вопросом, не может предложить вам никакой альтернативы. Всё, что может сделать обычный гражданин, — это выбрасывать в разные ящики пластик, стекло, бумагу и мокрые отходы, если будет введено такое правило.
Решать проблему в целом — дело властей и специалистов. Мы всего лишь не хотим, чтобы её решали за наш счёт. Мы не верим рассказам о том, какими белыми и пушистыми будут эти прекрасные суперсовременные заводы. Мы родились не вчера и не в какой-нибудь далёкой стране.
Мы прекрасно понимаем, что будет закуплено самое дешёвое оборудование и самые устаревшие технологии. Что дорогостоящие фильтры, которые нужно менять после каждой загрузки мусора, отольются в чьи-то виллы на экологически чистых других берегах. Что есть люди, которые очень заинтересованы в этом строительстве, потому что такой большой «распил» даже в Москве случается не каждый день. Мы прекрасно понимаем, что время от времени будут сжигаться отходы, которые ни в коем случае и ни при каких обстоятельствах нельзя сжигать, а нужно утилизировать в каких-нибудь свинцовых ящиках на границе земной коры. Но это дорого, проще завернуть их в газетку и сунуть в ближайший городской контейнер — кто их найдёт?
Обычный гражданин не хочет лезть на баррикады и требовать отставок. Обычный гражданин просто хочет нормально жить. В своём Ясенево, в своей Москве и в своей России. Чтобы не болели дети. Чтобы родители жили хотя бы до восьмидесяти лет. Чтобы гости нашего города и нашей страны не зажимали носы и не отворачивали лица. И в конце концов, чтобы эти же заводы не пришлось срочно закрывать через десять лет.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
