Летом ко мне на кухню залетела птица. Голубь. Тринадцатый этаж. Застеклённый балкон. Открыта была только одна половина. Птица, казалось, даже не была испугана — она не билась крыльями, а лежала на полу и смотрела на меня.
Взгляд у птиц очень страшный. Прозрачный, стеклянный, кажется, что злой. Я от страха оцепенела.
— Кыш!
Птица не двигалась. Веником я положила её на совок, вынесла на балкон и выпустила. Птица как ни в чём не бывало улетела.
Откуда-то из подсознания выплыло: «Залетевшая птица — к покойнику».
— Мама, ко мне птица залетела, это плохо? — спросила я, набрав номер.
— Это хорошо. Жди новостей.
— И всё?
— Ну, это будет какая-то очень важная, значительная новость.
— Ты уверена? Это не…
— Нет, не к покойнику, расслабься. Я тебе такую свинью не подложу, если ты обо мне беспокоишься…
Через неделю я узнала, что у меня будет ребёнок. И в тот же момент вспомнила: то же самое — птица — случилось тогда, когда я ждала сына. Голубь сидел на подоконнике и не улетал. Я ему даже крошек насыпала, но он не клевал.
…Или вот сейчас. Какая-то сила меня подняла и понесла в аптеку. За обычной зелёнкой. Дома лежала зелёнка в карандаше, а мне понадобилась в жидком виде. До этого, наверное, год в доме не было зелёнки. На следующий день сын Василий сообщил, что у них мальчик в классе заболел ветрянкой. Я знаю, что мой сын не заболеет. Совершенно точно знаю.
…
— Мама, у меня УЗИ показало…— звонила я маме, когда ходила беременная.
— Всё хорошо у тебя.
— Мам, там врач, аппаратура… Я боюсь.
— У тебя всё хорошо. Спокойно ложись спать. Завтра перепроверят и скажут, что всё отлично. Тебе ведь завтра опять к врачу?
— Да… А как ты узнала?
Я знаю, что спросила глупость. Конечно, она знала. И когда на следующее утро врач сказала, что всё отлично, я даже не удивилась.
…Мы с бабушкой идём на другой конец села к старой бабушкиной приятельнице усатой старухе Варжетхан, известной на всю округу гадалке. Варжетхан, как всегда, сидит на лавочке перед домом, опираясь на палку, дремлет и цыкает на расшумевшихся детей. Варжетхан гадает на бобах.
— Варжетхан, как она там? — спрашивает бабушка. Речь идёт о моей маме, которая в Москве и давно не звонила.
Старуха бросает бобы.
— Бегает туда-сюда, хлопот много. Деньги скоро пришлёт.
— А приедет?
— Приедет, конечно. Подарки привезёт.
— Она там здорова?
— Болела немного, кашляла, сейчас уже всё хорошо, — раздражённо ответила Варжетхан. — Слушай, зачем ты меня спрашиваешь? Сама же всё знаешь! Ты мне лучше скажи, как мой сын? У него всё хорошо будет?
— Конечно, обязательно.
— Он там здоров?
— Сейчас уже да, а так кашлял немного.
Они встречаются раз в неделю. Этот диалог не меняется ни на слово. Варжетхан знает мою маму с рождения, даже лучше её самой. И не нужно бросать бобы, чтобы узнать — каждый месяц мама присылает нам деньги, чтобы их заработать, носится по трём работам, осенью она обычно простужается, на Новый год приедет и завалит всех подарками.
Про сына Варжетхан бабушка тоже всё знает. Его посадили за кражу, которую он не совершал, моя мама в последний приезд писала заявления, ходатайства, а бабушка, как представитель прессы и, в отличие от Варжетхан, ходячая, ездила его навещать. У Варжетхан отнялись ноги в тот день, когда забрали сына. Потом она начала ходить, но еле-еле.
Потом они молча сидели под яблоней. Варжетхан чертила узоры концом палки на песке. Бабушка смотрела на играющих нас, детей. Потом она вставала, звала меня, кивала Варжетхан и мы шли назад, через всё село. И так раз в неделю.
— Зачем мы к ней ходим? — ныла я.
— Поговорить, узнать про маму.
— Ты и так всё знаешь. И вы не разговариваете, а молчите!
— Иногда нужно и помолчать вместе.
— А она правда гадалка?
— Для тех, кто верит, — да.
— А для тебя?
— Для меня она одинокая больная женщина, которая много пережила.
…Я была маленькая. Но воспоминание чёткое, яркое. Я заболела очень сильно. Лежала с температурой. Приходили врачи, соседка-медсестра. Мама приподнимала меня, чтобы дать лекарства, трогала лоб, ручки, живот. В такие моменты она — моя сильная, уверенная в себе, чугунная мама — была сама на себя не похожа. Совершенно беззащитная, с оголёнными нервами, испуганная, растерянная.
Мама держала меня на руках и тихонько качала.
— Ну что мне с тобой делать? — приговаривала она. — Кто у нас заболел? Девочка моя заболела. Ничего, ничего… всё пройдёт… не надо болеть… мне отдай… давай я заберу… а ты не болей… не надо тебе… мне уже можно… тебе нельзя… отдай болезнь… пройдёт… всё пройдёт…
Мама шептала это как мантру. И как будто не она шептала, а за неё кто-то. Утром я улыбалась и бегала по квартире. От вчерашней болезни оставались только сопли.
— Удивительно, — качал головой пришедший врач, — организм справился сам.
— Да, — соглашалась мама.
И потом, когда мама видела, что я заболеваю, по глазам, когда ещё даже признаков болезни нет, она дожидалась, когда я усну, заходила в комнату, вставала на колени рядом с кроваткой и гладила воздух, повторяя изгибы тела. «Всё пройдёт… всё пройдёт… ты моя золотая… моя хорошая девочка… не болей… не надо… отдай… ты моя родная… ты моя хорошая… не надо болеть… совсем не надо… всё пройдёт, я скажу, и всё пройдёт… мама поможет… ты только не болей…»
Я на глазах приходила в себя.
У меня заболел сын. Мне было страшно до одури. До тошноты. Меня весь вечер рвало от страха за мальчика. В какой-то момент я осознала, что стою на коленях у постели ребёнка и шепчу: «Мне отдай… не надо болеть… ты мой золотой мальчик… я всё возьму… только ты не болей…» Я ещё подумала тогда — хорошо, что муж не видит. Шаманство какое-то. Он меня точно в психушку сдаст. На следующее утро сын бегал по квартире ещё слабенький, но уже без температуры. Он приходил в себя буквально на глазах.
Я ждала, что заболею. Возьму на себя болезнь сына. Но ничего не произошло. Не заболела. Значит, всё правильно.
— Что это? — спросила я маму.
— Материнское сердце, — ответила она, — любовь.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Вербализация чувств.
Что считать хеппи-эндом? - Приживалки.
Все мы гости в собственном доме. - Нумерология любви.
Можно ли высчитать, когда умрёт чувство? - Без причины.
Когда нет сил выстроить жизнь. - Тошнота.
Она не спала уже несколько дней. - Счастливчик.
Жить-поживать, добра наживать. - Адаптоген.
Как наладить жизнь на новом месте. - Внучка за бабку .
Спасение утопающих. - Жил старик со своею старухой.
Искусство оставлять после себя следы. - Дом, в котором нельзя жить.
Тогда это было модно — коллеги покупали дома и квартиры на море.
