На скандальную статью Мартыновой я не стал бы отвечать. Трудно понять человека, обвиняющего Улицкую в антисемитизме. Но в бой вступила тяжёлая артиллерия. В «Октябре» по «новым реалистам» ударил Шубинский, в «Независимой газете» — Бойко.
В новом выпуске «Литературы online» от Сергея Белякова последний спор о «новом реализме»: Шубинский, Мартынова и Бойко против Пирогова, Рудалёва и Левенталя. Текст недели от Натальи Анико — роман Александра Снегирёва «Тщеславие».
Дракон в тупике
«Новый реализм» придумали молодые критики. Добрую половину литературного поколения нулевых отнесли к этому направлению.
Объединяет «новых реалистов» не стиль, а возраст, участие в липкинских форумах молодых писателей, отрицание постмодернизма 90-х и демократический подход к литературе: «Искусство действительно принадлежит народу — больше, чем это можно себе представить», — писал Шаргунов.
Перед «новыми реалистами» стояли две задачи. Во-первых, вернуть читателя серьёзной литературе. Во-вторых, превзойти предшественников, утереть нос сорокиным и фигль-миглям. Обе задачи они провалили.
На скандальную статью Ольги Мартыновой, направленную против современной прозы, я не стал бы отвечать. Мне трудно понять человека, который обвиняет Людмилу Улицкую в антисемитизме.
Но статью заметили. А теперь в бой вступила и тяжёлая артиллерия. В «Октябре» по новым реалистам ударил Валерий Шубинский, в «Независимой газете» — Михаил Бойко.
Шубинскому ответил Вадим Левенталь, Бойко — Андрей Рудалёв, сменивший Пустовую на должности главного идеолога «нового реализма». В «ЛитГазете» откликнулся Лев Пирогов, в «Часкоре» Виктор Топоров.
У Мартыновой и Шубинского есть своя правда:
«Чтобы в искусстве что-то происходило, должны быть написаны, изданы (небольшим, но и не абсурдно малым тиражом) и прочитаны (пусть узкопрофессиональной аудиторией) десятки сложных и странных книг, из которых лишь несколько будут удачными, а одна, может быть, великой».
Безусловно, кто ж спорит, пусть как можно чаще выходят книги Юлии Кокошко и Александра Иличевского!
Неправ Шубинский в другом. Он устанавливает непроницаемые границы между интеллектуальной элитой и народом, между элитарным и массовым читателем, между литературой для избранных и Донцовой для всех остальных.
Попытка «новых реалистов» эту стену разрушить — неудачная, но всё-таки благородная, — раздражает Шубинского и Мартынову.
Неожиданный союзник Шубинского, Михаил Бойко, печальный Пьеро нашей критики, как будто декламирует: «победил «новый реализм» — убогий, занудный, беспросветный — и люди, нагло называющие себя «новыми реалистами».
Ну кто же это победил? Кто захватил все издательства и журналы? «Птичий грипп» Шаргунова, или «Я — чеченец» Садулаева? Первую книгу издали тиражом в 5000, вторую — 3000, причём расходилась книжка года два-три.
«Елтышевы» Романа Сенчина (3000 экземпляров) идут лучше, всё-таки шорт-лист «Букера». Не знаю, разошёлся ли тираж липкинского сборника «Молодые писатели» — 1500 и «Чеченских рассказов» Александра Карасёва — 1000.
Это и есть победа?
Книги Марка Харитонова и Сергея Солоуха выходят примерно такими же тиражами. Кому тут завидовать?
Для сравнения: только первый тираж «Даниэля Штайна» — 150 000, «Гастарбайтера» — 100 000. Рядом с ними самый удачливый из «новых реалистов» Захар Прилепин теряется («Ботинки, полные горячей водкой», тираж 15 000).
Для современного российского читателя современный русский писатель — это Пелевин, Акунин, а то и Сергей Минаев или Макс Фрай, Мария Семёнова или Вера Камши. Только в достаточно интеллигентной компании могут поддержать разговор о новом романе Людмилы Улицкой или Алексея Иванова.
О разборках постмодернистов с «новыми реалистами» массовый читатель и не слышал. Котята играют друг с другом, а жизнь идёт.
Кстати, об играх. Поклонники Макса Фрая и Веры Камши устраивают ролевые игры, шьют костюмы, едут за сотни километров от родного дома, тратят деньги и время. Можете себе представить читателей Михаила Шишкина, Ольги Славниковой или Владимира Маканина, которые разыграли бы что-то подобное? Найдётся ли у этих мастеров хоть десяток столь же любящих, преданных, увлечённых читателей? А у Шаргунова и Прилепина найдётся?
Я не знаю, хорошо ли пишет Вера Камши, я её вообще не читал. Допускаю, что пишет плохо. Но вряд ли намного хуже Алёхина, Снегирёва или Садулаева (в «нечеченских» вещах).
«Старинные историки преподносят нам восхитительный вымысел в форме фактов, современный романист преподносит нам скучные факты под видом вымысла».
Этими словами Оскара Уайльда начиналась моя первая статья «Дракон в лабиринте: к тупику нового реализма», напечатанная «Уралом» шесть лет назад.
С тех пор кое-что изменилось. Денис Гуцко получил «Букера», Захар Прилепин — «Нацбест», Ирина Денежкина — письмо от Сэлинджера. Но дракон всё также блуждает по лабиринту, критики всё также спорят о «новом реализме», а читатель всё также покупает в магазине новые книги Пелевина и Акунина.
Текст недели от Натальи Анико. Александр Снегирёв. «Тщеславие». Роман
«Глаза… вздулись и опали. Содержимое головы от удара не вылетело через них, а удержалось в черепе. Марат замер, а затем повалился на пол мешком картошки».
Думаете, боевик? Триллер? А вот и нет. Это отрывок из романа о молодых писателях. «…все какие-то пораненные. У вас глаз подбит, у вас рука, у вас голова, у вас… тоже синяк. Можно подумать, что не литературный конкурс, а чемпионат по регби».
Очень точное замечание. О литературе молодые поэты, прозаики, драматурги тоже говорят, но как-то вяло, бесцветно, неохотно, явно предпочитая ей рукопашные бои.
Почему Александр Снегирёв назвал свой роман «Тщеславие»? Претенциозно и неуместно. Тщеславие, честолюбие — таких слов герои Снегирёва никогда не произносят. Боюсь, даже не понимают их смысл. Они предпочитают слова короткие, энергичные, преимущественно анально-генитальной семантики. Как молодые дарования слепили из них нечто связное и отправили на литературный конкурс, совершенно непонятно.
Роман построен бесхитростно. Молодой человек рассказывает о своём друге, начинающем писателе. Дистанции между рассказчиком и его героем Димкой нет никакой.
Хуже того, нет дистанции между героем и автором. Писатель, кажется, не осуждает ни цель своего героя («срубить бабла нетрадиционным методом»), ни средства (Димка роется в дамской сумочке, читает чужие письма, пишет доносы, ворует деньги).
Возможно, Снегирёв хотел создать сатирический роман о закулисной жизни литературного сообщества. Но писателю не хватает фантазии и чувства комического.
А сколько упущенных возможностей написать интересно! Вот эпизод с призраком поэта Арсения Тарковского. Как-то вскользь, без подробностей, скороговоркой. Поэтому и не верится. Так литературные легенды не создаются.
А если представить, что призрак поэта всё-таки появился рядом с героями Снегирёва, завистливыми, злобными, крикливыми, совершенно лишёнными воображения. Да они бы его просто не заметили!
Финал романа наскоро сляпанный, фальшивый:
«Димка и певица, улыбнулись глуповато и загадочно друг другу, храму, месяцу и пошли вперёд, прямо на них…»
Ну просто дорога к храму! Преображение героя психологически никак не подготовлено.
Блогер smolyak похвалил Снегирёва за «хороший язык».
Почитаем вместе.
- «Сажевые глаза оглядели присутствующих, никто из которых ничего подобного не говорил».
«…литературная дискуссия произошла в комнатке беременной, расположенной (комнатка расположена или беременная? — Н.А.) через три двери от Димкиной. Из-за маленьких габаритов (комнатки? беременной? — Н.А.) присутствие всего нескольких человек создавало ощущение огромного приёма».
«Димка зашёл в их с Юлькой комнату — пусто. Она обнаружилась в комнате менеджера». (Юлька обнаружилась или их комната?)
«Димка испытал то же, что и в детстве, ходя (!!! — Н.А.) по трубе».
«Жуя (!!! — Н.А.), мы с Поросёнком одобрительно мычали». Уместней было бы похрюкать.
Непростительная небрежность, тем более для постоянного автора журнала «Знамя», лауреата премий «Дебют» и «Венец».
Александр Снегирёв поступил так же, как его герои. Слабал романчик по-быстрому и прямо «с колёс» — на литературный конкурс. Не редактировал. Не перечитывал!
Марина Палей как-то заметила: сказать о писателе «стилист» — это всё равно, что сказать о чемпионе мира по плаванью: «А ещё он умеет плавать». Если ты не стилист, то и вообще не писатель.
Так вот, Александр Снегирёв отправился на чемпионат, не умея плавать.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Вечная жизнь есть!
«Чёрный монах» Антона Чехова – «медицинская повестушка», «психиатрический этюд» или «прелесть»? - Сплошная видимость.
Роман Виктора Пелевина «S.N.U.F.F.» или Сниф, снаф, снуре... - Анна Бердичевская: «Боюсь одного - согрешить против жизни…».
Книга о Грузии. Габриадзе. Ахмадулина. Юзефович и другие. - Тиражом 100 экземпляров.
Литература on-line. Дмитрий Дейч в беседе с Александром Чанцевым: Критика гибридных форм. - Можно не быть богом.
«Литература online». Писатели Елена Чижова («Терракотовая старуха») и Всеволод Бенигсен («ВИТЧ») попрощались с цивилизацией интеллигентов. - Пуля для Крусанова .
Партия в преферанс с фон Триером. Павлу Крусанову в день пятидесятилетия. - Из жизни бронтозавров и лунатиков.
«Литература online». Бронтозавры в крысятнике. Срастание богатыря. Клюква кавказская развесистая. - Темы с вариациями.
Отрывок из книги. - Командировка длиною в жизнь.
«Литература оnline». Горизонтальные заметки «душевного тунеядца» Дмитрия Данилова. - Андрей Битов: «Каждый день можно обработать как роман…».
«Литература online». Классик современной прозы о пяти измерениях своей собственной Империи, о Пелевине, Сорокине и Акунине и о том, как он пишет.
