ЖЖ — медиа или способ общения? Насколько важна обратная связь? Есть ли у блога конечная цель? Как писать и ничего не бояться? Какие могут быть претензии к русской интеллигенции?
_arlekin’a_ читают те, кому хочется иметь представление о культурных событиях Москвы. Причём знать о них не официальную точку зрения, но мнение человека, который, посещая небывалое для других количество премьер, вернисажей и концертов, пишет то, что действительно думает. Смешивая репортаж и аналитику.
Когда начинаешь читать дневник _arlekin’a_, поражаешься той энергии, с какой Шадронов посещает разнообразные мероприятия по нескольку в день. Вот и выходит наиболее полная (подробнее я и не знаю) хроника повседневного культурного существования одного отдельно взятого человека.
Получается, что дневник Шадронов заменяет работу целого отдела культуры, описывая в порядке поступления телепередачи, балеты, традиционные и экспериментальные постановки, оперы и симфонические концерты, вернисажи и антрепризные поделки, попсовые фестивали и гламурные тусовки.
Многие так живут, но не многие так пишут. Я не всегда согласен с оценками _arlekin_, не делающего методологической разницы между высоким и низким, коммерческим и душеподъёмным: для Шадронова все равны в пространстве его потребительской корзины.
Нормальный такой постмодернистский подход, вскрывающий особенности современного восприятия искусства, активно вмешивающегося в жизнь, и жизни, не способной существовать без зон искусственного напряжения.
— Когда и как вы пришли в ЖЖ? Откуда про него узнали?
— Я не сам пришёл — меня привели, можно сказать, притащили. Моя близкая на тот момент знакомая настоятельно рекомендовала мне завести ЖЖ, уверяла, что он будет популярным, — я долго не понимал, о чём вообще речь, потом, поскольку опыт ведения обычного, «тетрадочного» дневника у меня имелся, я решил попробовать.
Но ещё в течение некоторого времени я только писал тексты и по почте отправлял их моей знакомой, она взяла на себя всю техническую работу, сама создала ЖЖ, сама отправляла туда тексты — мои, конечно, и с моего ведома.
Потом я немного освоился и научился всё делать самостоятельно. Хотя когда кто-то из моих знакомых видит, как я обращаюсь со своим дневником, поднимают меня на смех: всякий раз я захожу в него с главной страницы, набираю имя и пароль, а потом выкладываю заранее написанный в текстовом формате пост.
Это, правда, связано ещё и с тем, что у меня ограничен доступ к интернету, через модем, купленный почти десять лет назад, — таких, наверное, уже нет ни у кого.
Поэтому дневник я веду постоянно, а записи выкладываю время от времени, иногда получаются очень большие блоки текстов — кого-то это тоже раздражает, но ничего не поделаешь.
— Для вас ЖЖ — это личное медиа или способ общения?
— Ни то ни другое. Второе — точно нет, у меня во френдленте двадцать пользователей, из которых половина пишет не чаще чем раз в полгода, но и такую френдленту я читаю, мягко говоря, нерегулярно.
Но и не медиа — не ставлю таких задач, хотя отчасти это получается само собой, если читателей довольно много и они воспринимают мой дневник как источник информации — от этого никуда не денешься, приходится принимать в расчёт.
ЖЖ — это дневник. Я много лет вёл дневник, записывая свои впечатления, в основном от прочитанных книг, в обычную общую тетрадку.
Сейчас я продолжаю делать то же самое, только о книгах почти не пишу, в основном о фильмах и спектаклях, которые смотрю. Но и такой подход сформировался не сразу.
Нетрудно заметить, что первые год-полтора мой дневник по содержанию радикально отличается от сегодняшнего, это был настоящий личный дневник, открытый...
Но тогда его читало несколько человек, и так как я ничего специально не делал для расширения этого круга, ситуация сохранялась на протяжении долгого времени.
А интернет — просто носитель, форма бытования текста. Но, безусловно, очень удобная по многим очевидным причинам, начиная с того, что в поездку не надо ничего специально с собой тащить, везде, где есть интернет, есть и доступ к дневнику (правда, я редко куда-то езжу), и заканчивая обратной связью.
Как ни странно, она для меня важна — но не с целью общения. Для меня по-настоящему ценными являются те комментарии, которые расширяют поле дискуссии вокруг темы, которую я затронул в той или иной записи, и особенно такие, где комментаторы указывают мне на фактические ошибки в текстах.
Объёмы написанного у меня немаленькие, редактора надо мной, понятно, никакого нет, к совершенству я не стремлюсь и пишу как пишется, не переписывая, не приглаживая и зачастую даже не перечитывая первоначальный набросок (что совершенно естественно для дневника — к сожалению, многие этого не понимают), — очевидно, что нередко что-то путаю. Или просто чего-то не знаю.
Поэтому за каждую поправку благодарен, с какой бы интонацией она ни была высказана. Редактировать записи, опять же, в интернете удобнее, чем на бумаге, можно возвращаться к старым текстам, дополнять их — возможности тут шире, чем в толстой тетрадке.
— Насколько вам важна обратная связь?
— Обратная связь мне важна прежде всего как возможность уточнить и дополнить содержание записей, а также исправить фактические ошибки с помощью людей в том или ином вопросе более компетентных, чем я.
По крайней мере так было поначалу. Сейчас, конечно, когда многие уважаемые мной люди воспринимают мой журнал всерьёз, порой совершенно неожиданно для меня.
По инерции я начинаю думать, что пишу не только для себя, делаю какие-то поправки на то, кто и что может в моём дневнике прочитать.
Но постоянная обратная связь, если измерять её в количествах комментов, меня не интересует совсем.
Попасть в топ, как я заметил, очень просто — надо взять какую-нибудь острую политическую новость и высказаться про неё более или менее резко.
Когда меня на такие штуки пробивает, сразу набираются десятки и сотни комментариев, возникают дискуссии, перебранки. Но мне это неинтересно.
Любой отзыв на запись о новой театральной премьере я ценю выше, чем две сотни восклицаний в поддержку или опровержение какого-нибудь никчёмного заявления общественно-политического характера.
— Что для вас важнее всего в вашем блоге: создать максимально плотную картину культурной жизни, наиболее точно передать ваши ощущения от увиденного, услышанного, прочитанного?
— Второе, но с важной поправкой: я делаю это для себя, а не для читателей. Я для себя, для собственного пользования стараюсь максимально точно зафиксировать свои впечатления и выводы от увиденного или прочитанного. Чтобы потом, если будет такая возможность и возникнет надобность, вернуться к ним и сопоставить с новыми.
Если мои впечатления интересны кому-то ещё — я, разумеется, ничего не имею против и, наверное, не вполне чужд тщеславия, но правда, такой задачи я не ставлю.
— Про что вам писать интереснее всего (театр, ТВ, интернет, книги, кино)?
— Про что бы я ни писал, я пишу про себя. Это принципиальный момент. И всякий раз, когда мне делают замечания по форме моих «рецензий», я уточняю, что не пишу «рецензий», во всяком случае не в дневнике.
Ведь для этого у меня, к счастью, пока есть другие возможности, я печатаюсь и в обычных бумажных изданиях, и в интернетных, в том числе являюсь постоянным, хотя и нечастым автором «Частного корреспондента».
Дневник же предназначен для того, чтобы фиксировать личные впечатления. И мне очень не хотелось бы, чтобы его воспринимали как альтернативную интернет-версию журнала «Ваш досуг» или «Афиша».
Поэтому я практически всегда отказываю в просьбе что-то «посоветовать», «порекомендовать», особенно если обращается человек незнакомый, виртуальный.
И мне также не хотелось бы, чтобы меня воспринимали как машинку для переработки эстетической информации, поэтому нередко в записях о спектаклях или фильмах я отмечаю, помимо собственно основного предмета, бытовые и человеческие подробности, снижаю пафос, и делаю это сознательно.
А многие не понимают и раздражаются. Ну пускай. Нельзя не понимать два момента: _arlekin_ — вымышленный виртуальный персонаж, а Слава Шадронов — реальный человек.
Между ними не то чтобы ничего общего нет — есть, и очень много, но они не одно и то же.
— Как вы относитесь к утверждению, что те, кто работают хорошо в ЖЖ, сдуваются, как только начинают писать за деньги? Если это так, то почему такое происходит?
— Я не «работаю» в ЖЖ, дневник — это не работа, я это для себя делаю. А за деньги я начал писать даже раньше, чем попробовал вести дневник в тетрадке. Я публикуюсь с 1992 года, с 1997 года работаю — и вот тут я именно «работаю» — как профессиональный журналист.
Это, вообще-то, основной и единственный род моих занятий, я никогда ничем иным профессионально не занимался и никак иначе на жизнь не зарабатывал, кроме как печатая свои материалы в периодических изданиях.
Другое дело, что, действительно, мои собственные попытки перенести дневниковый опыт в свою профессиональную деятельность оказались не слишком успешными.
Думаю, это связано с тем, что дневниковый формат и формат профессиональной журналистики, даже современной, не скованной жёсткими жанровыми стандартами, всё равно очень различны, практически несовместимы.
— Есть ли у вас авторы-ориентиры?
— В ЖЖ? Нет, поскольку, как я уже сказал, чужих интернет-дневников я практически не читаю.
Но, может быть, это покажется чересчур пафосным, _arlekin_ как виртуальный персонаж имеет что-то общее с моим любимым литературным героем — Орландо из одноимённого романа Вирджинии Вулф.
Вообще, выбор имени для виртуального дневника для меня в момент, когда я поддался на уговоры его создать, был очень лёгким, как и выбор картинки-юзерпика, — альтернативных вариантов не было, этот сразу пришёл в голову.
Не надо быть доктором искусствоведения, чтобы заметить: это образ, построенный на соединении контрастов (маска смеющаяся — маска плачущая), и он продолжается в заглавии и подзаголовке дневника («Широко закрытые глаза», «пессимистическая комедия»).
Понятно, что арлекин — это ещё и театральный символ, и лирический герой известного шлягера Пугачёвой, и метафора из романа Набокова «Смотри на арлекинов!», где арлекин — воплощение преобразующей будничную действительность фантазии.
Ну конечно, говорить, что Вирджиния Вулф, Набоков, Стэнли Кубрик и Пугачёва — мои «авторы-ориентиры», не приходится. Но это тот контекст, вне которого понять, каков _arlekin_ без маски, лучше и не пытаться.
— Каким вы представляете своего читателя?
— Пишу-то я для себя, но поскольку как минимум нескольких своих постоянных читателей я знаю лично, то вот их себе и представляю. Хотя пишу всё равно не для них, не для «прогрессивного человечества», не для «вечности» — исключительно для себя. Выбор тех, кто меня читает, — их дело, не моё.
— Что не попадает в вашу хронику культурной жизни?
— Я не веду хронику «культурной жизни». Я веду хронику собственной жизни. Если в настоящий момент она, так получилось, связана в основном с театром и кино, то я об этих вещах и пишу. Достаточно полистать записи первых месяцев существования дневника, чтобы убедиться — так было не всегда.
— Помимо культурной жизни, которую вы описываете достаточно подробно, другими важными темами вашего блога оказываются антиправославие и воинственная какая-то гомосексуальность. Почему вам так важно быть неполиткорректным?
— Это два разных вопроса, первый — по содержанию, второй — по стилю.
Что касается второго — всё просто, я не стараюсь нарочно быть «неполиткорректным», но я не переношу фарисейства, которого вокруг и без того хватает, и стараюсь называть вещи своими именами, да, время от времени сознательно подразнивая разного рода лицемеров.
Насчёт «воинственной гомосексуальности» — это предубеждение и вообще глупость какая-то. Я вообще не представляю себе, что гомосексуальность может быть «воинственной».
Как правило, всё выходит ровно наоборот, вряд ли в здравом уме кто-то воспринимает новости о том, как «геи напали на православных хоругвеносцев, когда те хотели просто с ними поговорить». Но этот подпункт первого вопроса скорее связан со вторым — считайте, что это тоже такой «стилистический» приём-раздражитель.
И если угодно, даже тест на вшивость прежде всего не для мракобесов, но для тех, кто считает себя «толерантными» и «прогрессивными».
А между тем любое открытое проявление гомосексуальности, совершенно нормальное для современного цивилизованного общества, воспринимает как нечто агрессивное и «воинственное».
Но, кстати говоря, с теми, кого я называю идейными пидарасами, у меня тоже отношения напряжённые ещё с времён шума вокруг самого первого т.н. гей-парада, когда я очень резко отозвался об этой пошлой затее и написал памфлетного характера текст под названием «Смело, товарищи, в жопу».
Само собой, православным в нём тоже не поздоровилось, но именно общественники из гей-среды особо на меня ополчились.
А вот православие — тема для отдельного разговора. Причём лишний раз подчёркиваю — речь идёт не просто об РПЦ, с этой конторой всё более-менее ясно любому вменяемому человеку, в том числе многим считающим себя «настоящими православными», а именно о православной идеологии, которая шире рамок РПЦ.
И даже не о православии как таковом, а о том, что я называю термином собственного изобретения — «коммуно-православный фашизм».
Но я на самом деле практически никогда не пишу отдельно о православии — не помню, чтобы у меня в дневнике за много лет появилась хоть одна запись, посвящённая исключительно этой проблеме, а проблема есть.
Другое дело, что очень часто я смотрю на те или иные вопросы и под этим углом тоже — что поделаешь, если православный душок ощущается повсюду?
Я бы и хотел сделать вид, что его не существует, но ведь не спрячешься.
Кстати, это не единственные «раздражители», которые провоцируют разные смешные реакции. И мне кажется, что если уж выделять какую главную цель моего «воинственного», как вы выражаетесь, пафоса, то это скорее уж отдельные интеллигенты и в целом так называемая русская интеллигенция.
— А какие претензии у вас к русской интеллигенции и кем, кстати, вы себя считаете сами?
— Интеллигенты, как мне неоднократно приходилось отмечать, существа интеллектуально и нравственно ущербные. В первую очередь интеллектуально.
И русские, и западные, но поскольку с русскими чаще приходится иметь дело непосредственно, речь о них.
За двести лет эти чудики так и не поняли, где живут и с кем имеют дело. Мне, честное слово, неинтересно говорить про них серьёзно — они того не заслуживают.
Пусть и дальше считают себя патриотами и ратуют за избавление великого русского народа от гнёта кровавой тирании, несогласно маршируют и устраивают тусовки в защиту конституции страны, где большинство населения по сей день полагает, что Конституция — жена императора Константина.
Ну если им делать больше нечего — пожалуйста. Что до меня — наверное, что-то случайное во мне от интеллигента есть, но я стараюсь выдавливать из себя интеллигента по капле.
— Высказывая неполиткорректные суждения, вы ничего не боитесь?
— Даже если боюсь — в России, да и вообще, так страшно жить, что бояться высказывать какие-то отдельные суждения бессмысленно. Отказ от высказывания всё равно не гарантирует безопасности.
В позапрошлом году на меня напали на улице и очень сильно избили, но это никак не было связано с моими суждениями: просто я проходил мимо кучки пьяных русских, одни на меня набросились без всякой причины, другие из той же компании оттаскивали первых, они ничего от меня не хотели, ничего обо мне не знали, им до фонаря были любые мои «суждения», они даже ограбить меня не пытались — совершенно нормальная для населения этой страны забава — нападать на первого встречного без причины.
Когда за суждения — это, если уж на то пошло, не так страшно, когда просто так — страшнее.
— Есть ли у вашего блога конечная цель? Что может заставить вас бросить эти ежедневные записки?
— «Бросить записки» — не знаю, но я не заставляю себя писать, и никто меня не заставляет. Бывают моменты, когда писать не хочется, лень или некогда, — тогда я просто не пишу.
Очень часто в последнее время встаёт выбор: лишний раз что-то посмотреть или лишний раз о чём-то написать, — как правило, я отдаю предпочтение первому, так что мой дневник — далеко не полное отражение «моей жизни в искусстве», а всё более и более «избранное». Если совсем не захочется писать — не буду совсем.
Но я бы разделил понятия «записки» и «блог». У меня и так не самые простые отношения с интернетом, я имею в виду чисто технический аспект, а если что — остаётся возможность вернуться к толстой тетрадке и вести дневник по старинке.
— Как вы считаете, что заставляет людей вести дневники — на бумаге или же в Сети?
— Я не знаю, что заставляет других, — кого-то, несомненно, тщеславие, кто-то реализует таким образом нерастраченную творческую энергию. Свои мотивы я вроде бы подробно объяснил: я хочу зафиксировать свои впечатления, чтобы иметь возможность к ним возвращаться и сравнивать с новыми.
Беседовал Дмитрий Бавильский
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Прекрасное и без того трудно.
Музыка интерлюции. - Свободный человек или очередной «педофил» для статистики?
Блогер просит перепоста. - Навальный перебазируется из ЖЖ?
Но где еще блогер может быть признан главным редактором года? - «Я баню за переходы на личности».
Известный блогер рассказал, что нужно для того, чтобы создать уютную атмосферу для желанных гостей в своём ЖЖ. - Антон Носик: «Я не против того, чтобы некоторых людей выгоняли из ЖЖ пожизненно».
Известный блогер и медиадиректор компании SUP Media рассказал, какие изменения ожидаются в самом популярном блогосервисе. - «Меня хотят засудить как блогера, ведущего дневник в ЖЖ».
Если судья удовлетворит требования истцов, то судебные исполнители придут в интернет и исполнят решение . - Сделаем жизнь в ЖЖ комфортнее.
Составляется список пожеланий пользователей по улучшению сервиса Живого Журнала. - Кто живет в Живом Журнале?
Отечественная блогосфера по-прежнему состоит в основном из жителей Москвы и мигрантов из России. - Нет, весь я не умру.
О бессмертии в сети. - Лицетом: теодицея счастья.
