Воспитание детей и школьников в Советском Союзе было делом первостепенной важности, причём тема войны и подвига все эти годы была в ряду самых актуальных. Особую роль играли примеры пионеров-героев, молодогвардейцев, комсомольцев — Зои Космодемьянской, Лизы Чайкиной, Марите Мельникайте и прочих.
Музеи боевой славы и встречи с ветеранами, возложение венков к братским могилам и так называемые уроки мужества — всё это было призвано развивать в ребёнке патриотизм и непримиримость к... современным врагам, например, к капиталистам и Рейгану. Мол, деды отстояли свободу и цивилизацию, будьте готовы и вы!
В 1990-е на всех этих людей, даже на пионеров-героев, были вылиты ушата медиа-помоев. Говорилось о том, что всё это мифы, что никаких героев не было, что их придумали совки в пропагандистских целях. Тогда же свободолюбивый пост-советикус узнал, что Зоя была сумасшедшая, а краснодонские молодогвардейцы считали себя малоросскими националистами, чем-то вроде киношного атамана Грициана Таврического, воевавшего против всех за Рідну Україну. Ну, в данному случае, и против немчуры, так уж получилось. А потом на этой базе, мол, состряпали могуче-кровавую легенду о великих подпольщиках.
В качестве иллюстраций взяты сканы страниц журнала «Пионер». №1. 1942 год.
Сейчас об этом пишут гораздо более сдержанно и даже потихоньку возвращаются к исходным трактовкам. Что не может не радовать. Потому что общество не в состоянии жить одной только жвачкой и зрелищем. Из гламурной блестючки и обаяхи-миллиардера кумиров не состряпаешь. Большинство людей они только раздражают, а остальным — всё равно. Из дореволюционных поручиков и тонко-талийных смолянок кумиры получаются тоже гниловато-шансонеточные. Для истеричных дурочек — в самый раз. Те, кто поумнее — криво улыбаются. Один из моих читателей — raskol прислал мне занимательный комментарий: «На тему пионеров-героев, занимательной показалась информация, что чеченцы воспитывают молодых боевиков на примерах Зои и советской партизанской символике, а не на мусульманских героях... И работает» . Я не буду комментировать — пусть каждый просто подумает.
Ну, а теперь — немного воспоминаний. Набор книжек «Пионеры-герои» был, кажется, у всех или почти у всех. Они были хорошо изданы, неплохо иллюстрированы, грамотно написаны. Имена этих героических детей знали все, даже те, кому было всё и всегда пофиг. А про Зою был прекрасный фильм, снятый ещё в военное время. Кстати, в этом фильме есть два очень интересных момента — во-первых, там постоянно повторяется прилагательное «русский» (чаще, чем «советский»), во-вторых, там можно увидеть панораму Москвы, снятую с Воробьёвых гор. Советую посмотреть, если не видели. Но что всегда поражало во всех этих историях про Зою или Зину Портнову? То, что было очень страшно. Фашисты в этих книжках и фильмах представали как исчадия ада, как несомненные мучители и садисты. А наши пионеры и комсомольцы? Как мученики. Так. Вот с этого места поподробнее. Если попробовать определить жанр, то это будет похоже на жития святых мучеников. И даже фамилия — Космодемьянская — сугубо священническая, благородная, от Козьмы и Дамиана.
Книги-фильмы были строго каноничны: счастливая жизнь до войны — 22 июня 1941 года — непреодолимое желание уничтожить врага — подвиг — смерть (часто — именно мученическая). Разумеется, христианская мораль, она даже в её соцреализмовском исполнении всё равно остаётся собой. Возможно, именно это и было основной ошибкой советского агитпропа. Мучеников жалко, быть на их месте не хочется. Детям интереснее быть Джеймсами Бондами — всех роскошно взорвать, потравить фашистов, поджечь их цирк с конями и столь же красиво усвистать по крышам и огородам — к своим. Ну, а если и смерть, то без тщательно прописанных мучений. Моя подруга детства разрыдалась на уроке в 3-м классе, когда учительница читала о казни Зины Портновой. Не надо жалости! То есть, если оценивать качество дидактики, то я могу сказать так — примеры были правильными, а вот жанр — увы, нет. Образы крепко запоминались, всё остальное — странно преломлялось в сознании.
Помню году этак в 1985-м один паренёк из дачных товарищей открыл великую тайну... Будто бы они ездили с классом в Петрищево и некая бабка (sic!) им тайно поведала, что Зою, прежде чем убить, всю ночь насиловали фашисты. Вообще, почему-то в связи с Зоей ходило много каких-то скабрёзных и — оскорбительных подробностей. Потом, уже в 1990-е, этому нашли рациональное объяснение — многих половозрелых придурков (как писалось в статье) смущала вот эта фотка Зои, и для многих (о, ужас!) она явилась первым в их жизни опытом созерцания дамской груди. Я не берусь это анализировать — просто удивляюсь. Возможно, что автор привычно соврал. Потом дети друг друга пугали рассказами, что некую пионерку-подпольщицу фашисты сожгли на медленном огне, другую — заморозили, как Карбышева. В общем, в пионерлагерных страшилках эти образы играли не последнюю роль. Имела место и дворовая песня про девочку Людмилу из города Черкассы, которую повесили жестокие фрицы. В общем-то, это говорит о популярности образов...
...Повторюсь — эмоциональной и композиционной кульминацией этих житийных историй были мучения и смерть пионера или комсомольца. На мой взгляд, самым острым событием должны стать само действие героя и его личная мотивация; печальный же исход должен быть смазан или минимизирован. Не мученичество, а, простите, крутость. Надо ли современным детям говорить об этих персонажах? Разумеется, надо. Сейчас. И не ждать, пока этим наследием воспользуются те, другие.
Текст публикуется с сохранением авторской стилистики и орфографии. С другими материалами автора и с их обсуждением вы можете ознакомиться в его блоге.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
