34 года назад, в ноябре 1975 года, сотни тысяч марокканцев по призыву короля Хасана II пересекли границу бывшей Испанской Сахары, с тем чтобы установить свой контроль над этой территорией. С тех пор её жители ведут длительную борьбу с Рабатом за независимость. Между тем, утвердив власть на западе страны, марокканская монархия требует передачи ей ряда территорий, находящихся на севере. В борьбе за реализацию этой цели семь лет назад король Мухаммед VI даже не остановился перед актом агрессии.
Речь идёт о небольшом необитаемом островке Перехиль (в Гибралтарском проливе), принадлежащем Испании. В июле 2002 года на него высадилась группа марокканских жандармов. В ответ Мадрид провёл бескровную операцию и восстановил свой суверенитет над островом. Между тем поражение не заставило Марокко отказаться от территориальных претензий к Испании. Более того, многие аналитики увидели в тогдашних действиях Рабата проверку возможной реакции испанцев, в ответ на потенциальный захват марокканцами двух европейских городов на территории Северной Африки: Мелильи и Сеуты.
Несмотря на то что Испания уже давно не является колониальной державой, эти населённые пункты, расположенные на Чёрном континенте, считаются неотъемлемой частью её территории. Они достались ей в наследство от колониальных войн прошлого.
Власть над Мелильей, носившей тогда название Русадир, Мадрид установил в 1497 году, отбив его у арабов, когда Марокко ещё не существовало. Сеута стала испанским владением спустя почти 200 лет. В 1640 году по воле её испаноговорящих жителей произошло отделение города от Португалии, захватившей его также в XV веке. До середины XVIII столетия марокканские султаны об этих городах не вспоминали. Их последующие попытки отбить анклавы у испанской короны вооружённым путём заканчивались неудачей. В начале прошлого века Мадрид установил контроль над всем Северным Марокко. Но после того как в 1956 году Франция предоставила независимость Французскому Марокко, Испания была вынуждена последовать её примеру. Однако ряд островов в Гибралтарском проливе и территории городов Мелилья и Сеута были сохранены в составе страны. Их особое положение было также отмечено в испанской конституции 1978 года. На их территории проживает чуть более 143 тыс. человек как европейского, так и еврейского и берберского происхождения. Вместе с Испанией они входят в Евросоюз и являются единственным местом, где проходит сухопутная граница между Африкой и ЕС.
Из-за своего выгодного месторасположения города-анклавы в последние несколько лет стали объектом массового наплыва нелегальных иммигрантов, которые мечтают пробраться в Европу. До недавнего времени это происходило при практически полном попустительстве марокканских властей. Их стратегия заключалась в том, чтобы заставить испанское правительство отказаться от Мелильи и Сеуты. Однако этого не произошло.
Два года назад визит в эти города короля Испании Хуана Карлоса I вызвал бурный протест в Рабате. Посол Марокко в Мадриде был даже на некоторое время отозван домой. А пресс-служба марокканского правительства назвала анклавы «двумя украденными у Рабата городами». Между тем испанские власти никакого значения действиям и заявлениям марокканцев не придали. Они ясно дали понять, что города — территория Испании и ей останутся. Поэтому Рабату было рекомендовано не вмешиваться во внутренние дела суверенного государства.
Тем не менее, несмотря на тон заявлений Мадрида, международные эксперты отмечают улучшение отношений между двумя странами. Потепление произошло после 2004 года, когда к власти в стране пришла социалистическая партия Хосе Луиса Родригеса Сапатеро. Новый премьер решил превратить своего бывшего соперника в союзника. Несмотря на существующие разногласия по территориальному вопросу, резко возрос объём взаимной торговли, усилились двусторонние контакты как на политическом, так и на культурном уровне. Некоторые испанские политики даже предлагали извиниться перед Марокко за годы оккупации. Однако в отношении проблемы спорных городов испанское руководство по сей день предпочитает держаться в стороне, чтобы не накалять политической обстановки. Этому способствовало и заявление Мухаммеда VI, озвученное им четыре года назад. Тогда он сказал о стремлении усилить партнёрство между Испанией, Францией и Марокко «путём забвения колониального прошлого». В целом последние годы характеризовались нормальными добрососедскими отношениями, какие могут быть в условиях сотрудничества демократического европейского государства с исламской монархией полуавторитарного типа. Поэтому во внутренние дела Рабата Мадрид предпочитает не вмешиваться.
Тем временем в отношении Мелильи и Сеуты правительства обеих стран приняли решение об увеличении количества полицейских и пограничников. Они были призваны пресекать попытки иммигрантов и контрабандистов пробраться на испанскую территорию. Помимо этого, Испания также воздвигла вокруг городов стену, подобную Берлинской. Она отделила их от марокканской территории. Высота построенного в начале 2000-х заграждения превышает шесть метров, а общая длина составляет почти 20 км. На стене установлены шипы, множество проводов, инфракрасные камеры, датчики, реагирующие на движение и шум, наблюдательные вышки и баллоны со слезоточивым газом.
В настоящее время эти меры заставили африканских нелегалов отказаться от нападений на стену и изменить маршрут проникновения в Европу. Теперь они на лодках пытаются приплыть к испанским Канарским островам, находящимся в Атлантическом океане. Тем не менее, несмотря на уменьшение притока нелегалов в испанские анклавы, они по-прежнему являются центром работорговли, а населённые преимущественно мусульманами окраины Мелильи и Сеуты стали удобным местом для пропаганды исламского экстремизма и терроризма. Три года назад испанская полиция уже разоблачила в Сеуте членов группировки «Салафия Джихадия», являющейся отделением «Аль-Каиды» в Северной Африке, планировавших взорвать супермаркет и атаковать казармы испанской армии.
Таким образом, современное положение испанских анклавов в Северной Африке требует от Мадрида многомиллионных финансовых вливаний, направленных на поддержание в них порядка, борьбу с организованной преступностью и противодействие проникновению нелегальных иммигрантов. Что же касается требований Рабата, мечтающего, по всей видимости, о создании «Великого Марокко», то население Мелильи и Сеуты, по словам местных жителей, никогда не согласится на их вхождение в состав бедного государства, в котором отсутствуют права человека. «Единственное, что нас связывает с Марокко, — так это ислам», — говорит местная молодёжь, которая видит своё будущее в Европе.
Между тем, несмотря на улучшение отношений нынешнего испанского кабинета министров с Рабатом, находящиеся в оппозиции правые призывают говорить с Марокко только с позиции силы. Как отмечают правые, несмотря на многочисленные договоры, марокканские власти по-прежнему должны нести ответственность за тысячи нелегалов, ежегодно пробирающихся на Пиренеи не только через Мелилью и Сеуту, но и другие районы этой африканской страны. При этом большинство из них составляют именно марокканцы.
Вызывает недовольство правых и позиция Сапатеро относительно другой спорной территории. О ней упоминалось в начале данной статьи. Получившая независимость от Испании в 1975 году, Западная Сахара и по сей день не признаётся Марокко, держащей на её территории свои оккупационные войска. Официальный Мадрид выступает по этой проблеме за диалог на взаимоприемлемой основе, через официальные каналы при посредничестве ООН. Правые, в свою очередь, считают, что Марокко не поддерживает принцип «самоопределения сахарского народа» и выступает против стремления фронта ПОЛИСАРИО к отделению. Аббревиатура данной вооружённой организации расшифровывается как Народный фронт за освобождение Сегиет-эль-Хамра и Рио-де-Оро. Он выступает от имени берберов Западной Сахары, которые при поддержке Ливии и Алжира с середины 1970-х вели партизанскую борьбу против марокканских войск. В 1991 году война была остановлена, однако референдум по вопросу о самоопределении Западной Сахары, на проведение которого согласились конфликтующие стороны, так до сих пор и не состоялся. Как и в отношении Мелильи и Сеуты, для Рабата вопрос независимости Западной Сахары — дело национальной гордости и великодержавных амбиций. К тому же на спорной территории находятся залежи полезных ископаемых, а благодаря её выходу к Атлантическому океану она обладает богатыми рыболовными зонами. Расставаться с таким кушем король Марокко Мохаммед VI не намерен.
По-видимому, из-за непримиримости позиций сторон конфликта Запад всё же согласится на марокканское присутствие в регионе. В пользу такого развития ситуации говорит тот факт, что Рабат является ключевым союзником Вашингтона в Северной Африке. Немалым покровительством он пользуется и у Парижа. Однако в случае если Марокко будет позволено установить свой суверенитет над спорными землями в Сахаре, то в будущем эта дипломатическая победа Рабата сможет обернуться для Европы большими проблемами.
Разумеется, на открытый военный конфликт с Мадридом за Мелилью и Сеуту Марокко не пойдёт. Исход подобного конфликта очевиден. Но усилить политический нажим на испанцев Мохаммеду VI вполне по силам. Постоянная актуализация проблемы на всевозможных международных форумах в конце концов заставит обратить внимание мирового сообщества на проблему испанских владений в Северной Африке. Склонное к пацифизму, толерантности и постоянным извинениям за своё колониальное прошлое европейское общество, вероятно, будет пытаться уговорить Испанию уступить Рабату свои владения в обмен на его борьбу с нелегалами, контрабандистами и исламскими экстремистами. Впрочем, пока на повестке дня этот вопрос не стоит. Однако в XXI веке мировые процессы идут значительно быстрее, чем в минувшие столетия. Не исключено, что эхо колониального прошлого может быть услышано Мадридом уже в ближайшие годы.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
