У меня лингвистическое образование (китайский язык), и вот уже много лет моя деятельность по большей части неразрывно связана с Китаем. Попробую обобщить некоторые свои долгие наблюдения о китайцах и донести представления о нас их глазами. Помимо этого, выражу мнение относительно Китая — мнение молодого поколения дальневосточников, представителем коего являюсь.
Кому это интересно
Наши пресса и телевидение много раз освещали вопросы о так называемой жёлтой угрозе. Особенно после того, как на хабаровчан в октябре 2004 года как гром среди ясного неба свалилась новость о передаче российских островов — Тарабарова и части Большого Уссурийского — Китаю.
До этого времени территориальные вопросы нашего соседа немало освещались в местных газетах, но, судя по реакции народа, я сделал вывод, что нам всё это просто неинтересно, особенно молодёжи. У нас слишком много своих внутренних проблем, чтобы думать о каких-то территориальных претензиях Китая. Между тем всё это реально существует в сердце каждого китайского гражданина. Живёт и прогрессирует.
Не буду скрывать, что, по моим личным наблюдениям, факт передачи островов только усилил антикитайские настроения среди жителей Хабаровска. Лично я очень глубоко сомневаюсь, что подобный шаг российского руководства поставит все точки над «i» в территориальном вопросе и Китай станет, к примеру, публиковать свои карты хотя бы в соответствии с положениями этого договора.
Повторюсь, что делаю свои выводы исключительно на реальных фактах, основываясь на личных наблюдениях.
Вечный комплекс
Сказать, что передача островов отразила слабость нашего государства, значит ничего не сказать. Если вдуматься, то, по сути, так называемого территориального вопроса просто не существует. Он, так скажем, надуман китайской стороной, а затем предъявлен Хабаровскому краю.
Мне кажется, что какой-то свой «вечный комплекс» китайцы (в том числе и в лице государства) иногда пытаются компенсировать демонстрацией силы и мощи, которые отражаются в территориальных завоеваниях. Скажем, входящего сейчас в состав Китая Тибета, Синьцзяна. Отсюда же и остров Тайвань называется провинцией и провозглашается какая-то непонятная политика типа «одно государство — два строя». На самом деле Тайвань и КНР имеют ещё меньше общего, чем Россия и Украина. А понятие Республика Китай (официальное название государства Тайвань) сознательно «глушится» КНР.
Судя по наиболее очевидным «территориальным аппетитам», КНР осталось вернуть только «так называемый» российский Дальний Восток (это название для своей территории китайцы не признают), который в сердце каждого китайского гражданина воспринимается как незаконно оккупированная Россией китайская земля. Особенно явно это ощущается при общении с жителями Северного Китая.
Оккупировано Россией?
Стоит обратить внимание: это не просто какая-то забытая историческая теория. Это чётко сформировано в уме китайца… И, конечно же, преподаётся на уроках истории в школах и институтах. Причём сей факт просто не подвергается сомнениям.
Обратимся к одному из самых объёмных китайских энциклопедических словарей «Цыхай»: «28 мая 1858 года. При помощи военной силы Россия принуждает цинское правительство подписать неравноправный договор. Договор подписывается в Айгуне (ныне Хэйхэ). Цинское правительство представляет хэйлунцзянский генерал И Шань, с русской стороны выступает сибирский генерал-губернатор Муравьёв. Основное содержание договора: Россия урезает север Хэйлунцзяна, к югу от Хингана, тем самым забирая 600 тыс. кв. км китайской земли. Китаю остаётся лишь небольшой участок напротив Айгуня... Также урезает часть китайской земли к востоку от Уссури площадью 400 кв. км, передавая её в общее русско-китайское пользование».
Из этого выходит, что, скажем, день основания Хабаровска, 31 мая 1858 года, фактически является датой начала русского захвата китайских земель.
Судя по моим многолетним наблюдениям, китайцы «всю жизнь» считают своим весь Дальний Восток, Сибирь и Сахалин. А заглянув в обыкновенный китайский атлас, можно узнать, что большинство дальневосточных городов вовсе «не русские». Их «исконные» названия аккуратно подписаны на карте более мелким шрифтом под теперешними: Хабаровск — это Боли, Владивосток — Хайшэньвэй, Уссурийск — Шуанчэнцзы, Благовещенск — Хайланьбао, Николаевск-на-Амуре — Мяоцзе, Сахалин — Ку Е, остров Даманский — Чжэньбаодао, озеро Ханка — Синкай и т.д. Понятие «река Амур» китайцами (которым я сообщал это название) вообще не воспринимается всерьёз, ибо в мире существует только река Хэйлунцзян, а все остальные названия просто придуманы.
Помимо этого, на всех китайских картах такие же «спорные» Курильские острова чётко окрашены в японский цвет, госграница Японии проведена по самому северному острову, а рядом с названиями каждого острова в скобках написано: «оккупировано Россией».
Где же Хэйсядао?
Кстати, Боли (Хабаровск) в прошлом, по убеждению одного китайского переводчика, с которым мне доводилось общаться, — это некая китайская деревня. На китайских картах всегда чётко отмечалось, что она находится на границе двух государств, на слиянии рек Уссури и Амур (Хэйлунцзян), а наши острова уже давным-давно «зарисованы» в состав одноимённой китайской провинции.
«Исконно китайские» острова вблизи Хабаровска называются Хэйсядао (в буквальном переводе с северного диалекта — остров Медвежий). И большинство китайцев, преимущественно прибывающие в столицу Дальнего Востока в качестве туристов, приходя на берег Амура, с саркастическим любопытством обязательно задают вопросы «А где Хэйсядао?» или «Напротив Китай, да?».
А чем японцы хуже?
Я полагаю, что передача земель Китаю в 2004 году вряд ли охладила стремительно возрастающий «территориальный пыл» КНР на севере, наверное даже усилила его. Дескать, как так, «отдали только часть нашего Хэйсядао?».
А ещё думаю, что подобный шаг весь народ Китая (в особенности севера) воспринял как свою собственную победу. И получается, что это была одна из возможностей «наступить» на Россию, как следствие — «поднять» нацию, показать китайские силу, мощь, упорство и настойчивость, которые наконец принесли плоды.
Добавлю также: а чем Япония хуже? Она, глядя на Китай, тоже, наверное, не прочь поднять старый вопрос? Короче, мне кажется, не пройдёт и нескольких лет, как Курилы таким же образом отойдут к Японии.
Россияне — лаомаоцзы
Так, например, история нашего Дальнего Востока в целом воспринимается китайцами, которых посвящают в эти события, не более как «их сказка» или период, который временно выпал из истории географии Китая.
Ещё один очень любопытный момент: все китайцы без исключения, которые ненадолго приезжают в Хабаровск, Владивосток и другие города Дальнего Востока, никогда не переводят часы на российское время! Учитывая, что разница нашего с китайским временем летом составляет плюс 3 часа (зимой плюс 2), китайцы очень удивляются, почему, дескать, у нас так рано начинается рабочий день — 6 утра по пекинскому времени и так рано закрываются магазины — в 4—5 часов вечера. Все встречи и мероприятия назначаются также исключительно по пекинскому времени. А один гражданин очень вежливо как-то меня спросил: «Ваше время идёт с такой разницей, неужели у вас нет внутреннего ощущения несоответствия нормальному времени?»
А исторические символы нашего города — Ерофей Хабаров и граф Муравьёв-Амурский — предстают в глазах наших соседей памятниками не кому иному, как оккупантам китайских территорий.
Ерофей Хабаров, по мнению многих граждан КНР, является захватчиком и убийцей китайцев, а графу Муравьёву никогда не будет прощения за то, что он подписал Айгунский договор. И непонятно, за что они (то есть мы) поставили им памятники? И «агрессор» с помощью бинокля, который он держит в левой руке, продолжает смотреть на Китай; а сабля в правой руке представляется нашим соседям как «инструмент» дальнейшей оккупации китайских земель. Сказать об этом на привокзальной площади или около утёса, кстати, может абсолютно любой китаец, порой даже очень интеллигентный и наверняка имеющий не одно высшее образование. Пусть в более вежливой форме, но сказать.
И совсем из ряда вон выходящее: некоторые китайцы считают совершенно нормальным, к примеру, демонстративно отказать экскурсоводу фотографироваться на фоне этих памятников, словесно оскорбить, пнуть или даже (мои коллеги говорили, что и такое случалось) плюнуть в монумент.
Увы, такое бывало и бывает. И всё это делается, видимо, для того, чтобы показать, кто же здесь исконный хозяин, а кто задержавшийся гость. К сожалению, это не делает чести китайской нации.
Кстати, в китайском языке даже существует неуважительное обобщённое название русских — «лаомаоцзы».
Я — «постоялец»?
Хочется спросить молодых онлайн-пользователей: а знают ли они вообще, что такое китайский менталитет? За многие годы общения с жителями Поднебесной у меня, скажем, сформировалось некое чувство «постояльца, временно находящегося на взятой в аренду площади».
К сожалению, обратной дороги нет, и это ненавистное мне ощущение, видимо, уже не покинет меня до конца жизни. Но одно я знаю точно. Когда-нибудь всё-таки наступит время очередного ослабления отношений с Китаем, как это было во второй половине прошлого века (тому, кстати, также предшествовала наша «великая и нерушимая дружба»), Китай использует этот долгожданный момент как повод для возврата «исконных» территорий. А китайский народ будет неукоснительно выполнять приказы своей партии и пойдёт туда, куда позовёт его родина. Они-то как раз патриоты. Да нас просто закидают шапками. И Запад со своей «справедливой политикой» нам уже не поможет…
Дмитрий Косаревский, коренной дальневосточник, хабаровчанин
Источник: rushub.ru
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Восточный поворот.
При каких условиях он имеет смысл? - Раскол Коммунистической партии Китая.
За великой китайской стеной грядут большие перемены. - Великая тайна Китая.
У Запада нет ни малейшего шанса в обозримом будущем наладить собственное производство своих компьютеров, смартфонов, планшетов, плееров. - Евразийский союз и Китай.
Вопрос для Китая: как быть с Евразийским союзом? - Единство перед чужеземцами.
О некоторых правилах внешней торговли КНР, обеспечивающих национальные экономические интересы, в условиях членства Китая в ВТО. - Четыреста сорок седьмое серьёзное предупреждение.
Прямые действия Китая в возможном конфликте с Ираном сопряжены с серьёзными проблемами. - Дружественный феодализм.
Американский левый политолог о мифах и реалиях Тибета. - Китай – уже не спасение, а «прямая и явная угроза» мировой экономике.
- Пекин.
Острие капиталистического нигилизма. - Убей китайское в себе.
Как американцы пытаются бороться с китайским ширпотребом.
