Видимо, поняв неизбежность фиаско, решили, что, раз не получается нормально сделать ни одну сцену по мотивам «Бриллиантовой руки», надо делать фильм из хроники творческого процесса.
НТВ очень долго анонсировало свой очередной суперпроект «Бриллиантовая рука — 2». Сергей Светлаков производил мановения загипсованной рукой. Бархатный занавес распахивался и запахивался, демонстрируя слоган «Русский Голливуд». Обещали, что ужо будет…
И вот наконец показали.
На телевидении неизбежно выходит изрядное количество программ ниже всякого допустимого уровня. Реагировать на всё это — не нареагируешься.
Однако бывают случаи, когда становится обидно за то искусство, которым неумело попользовались при создании нового проекта.
«Бриллиантовая рука» Леонида Гайдая — это один из лучших комедийных фильмов нашей страны. Это очень хорошее искусство. Когда ему пытаются подражать и одновременно о нём высказываться, притом и то и другое делают хуже некуда, становится обидно.
С подражанием получается жалкая картина. Все хотят играть роль Андрея Миронова. Артём Михалков влезает в серебристый костюм. Гоша Куценко разговаривает по телефону в духе «я тебе даже Светличную сыграю».
Марат Башаров делает физиономию, которая должна свидетельствовать о том, что актёр пытался воспроизвести гениальную мимику Миронова, но не получилось.
Видимо, долго не получалось и таки не получилось у всех троих. Поэтому ни одной внятной сцены с Гешей нам так и не показали, как, впрочем, и со всеми остальными.
Видимо, поняв неизбежность фиаско, режиссёр проекта Сергей Иванов вместе с режиссёром фрагментов ремейка Михаилом Хлебородовым и прочими коллегами решили, что, раз не получается нормально сделать ни одну сцену по мотивам «Бриллиантовой руки», надо делать фильм из хроники творческого процесса.
Из того, как Гоша Куценко опаздывает на съёмки. Из того, как певица Слава волнуется и играть не способна, а Светлана Светличная даёт ей полезные, но невыполнимые для Славы советы.
Из того, как кто-то ходит, курит, переступает через какие-то провода, открывает какие-то двери, поворачивается спиной к камере. Это же так здорово, так натурально, живо!
И беспомощно.
Попытались создать телевизионный ремейк сцены на пароходе, когда Андрей Миронов поёт «Люди-дикари». Хорошая сцена, смешная и обаятельная, адвокатски списывающая простаку-злодею все грехи. Только есть одно маленькое но.
В этой сцене главный её герой-исполнитель должен не только быть в соответствующем костюме, но вдобавок петь и феерически танцевать.
Гайдай снимает этот эпизод на общих планах, поскольку Миронов сногсшибательно двигается. Его неподражаемый танец, да ещё с игровой попыткой выброситься за борт от имени невезучих дикарей, можно причислить к самым виртуозным проявлениям артистизма в кино.
Что происходит в «Бриллиантовой руке — 2»? Артём Михалков петь не может. Гоша Куценко до такой степени петь и играть роль Миронова не может, что ему всё-таки приходится всучить роль Лёлика, сыгранную тоже замечательным актёром, Анатолием Папановым.
Но эта роль хотя бы не содержит музыкальных фрагментов. О возможностях Башарова речи вообще нет. Речь идёт о том, что у него с Гошей Куценко около трёх реплик.
Выручает умница Пенкин, который всё-таки умеет петь. Он, конечно, не претендует на уровень Миронова. И сначала по возрасту ему дают изображать Лёлика, на которого он, впрочем, похож ещё меньше, чем на Гешу и Миронова вместе.
Но когда доходит дело до музыкального номера, Пенкина срочно превращают в Гешу. И он честно поёт «Люди-дикари», облачённый в пронзительно-синий пиджак.
Ведь надо же как-то обозначить, что авторы нового проекта не претендуют на совпадение с художественным уровнем и почерком фильма Гайдая. Синий пиджак вместо серебристого — это типа отмазка. Типа мы совсем другие, у нас свой стиль.
Возможно, всё было совсем по-другому. Возможно, авторы проекта были заняты высокими соображениями, которые недоступны моему ограниченному сознанию.
Но по эту сторону экрана всё смотрится именно так, как смотрится.
Пенкин поёт. Но как обстоят дела с танцем? Плохо обстоят. Поэтому поющего Пенкина стараются снимать строго от макушки до шейки, а потом сразу от носика ботинка до края брючины.
На подмогу ему бросают целый кордебалет, размещая его на заднем плане. Однако кордебалет тоже, вероятно, двигается не слишком замечательно. Или команда операторов злостно игнорирует танцоров.
Во всяком случае, даже когда их снимают сверху, в центре оказывается пустая палуба, а где-то по краям мелькают юбки и ноги, танец которых невозможно считать глазом и оценить.
На первый план выталкиваются всё новые и новые лица. Появляется Глюкоза, поющая про свою «самую красивую попу». Появляется Илья Лагутенко, которому вообще-то негоже светиться в таких проектах. Негоже, но надо, и он светится.
Сергей Светлаков бормочет что-то невразумительное в сцене в гостиничном номере. А певица Слава, пытаясь изобразить девушку, аналогичную героине Светличной, колышет своим бюстом и долго двигает той «самой красивой» частью тела, о которой пела Глюкоза. Вероятно, это называется в данном проекте лейтмотивом.
В процессе мучительного отсмотра сего продукта у меня, как и у многих других зрителей, мог возникнуть законный вопрос.
Неужели всё так плохо в современной режиссуре, актёрской профессии, на эстраде и вообще везде?
Глянешь «Бриллиантовую руку — 2» — ну, можно подумать, кранты. Перевелись у нас актёры, в том числе синтетические, перевелись режиссёры, сценаристы.
Но ведь это не так. Талантливых людей во всех означенных профессиях полно. Только в данный проект НТВ они почему-то не попали.
А попали те, кто либо нужен на НТВ как потенциальное медийное лицо канала, либо имеет какие-то личные отношения с лицами, работающими на НТВ.
Такое впечатление, что кто-то на НТВ что-то должен певице Славе, певице Глюкозе, Пьеру Нарциссу, Артёму Михалкову и далее по списку.
Не видно творческих мотиваций для приглашения всех этих персон (с разным уровнем отсутствия способностей) в проект, имеющий отношение к фильму Гайдая.
Если бы на НТВ честно провалились, делая полноценный телепродукт по мотивам «Бриллиантовой руки», это было бы закономерно, но не противно.
Нельзя запретить снимать ремейки и нельзя обязать делать это хорошо. Однако остаётся неприятное чувство, что любимую аудиторией «Бриллиантовую руку» просто взяли и примитивно использовали для того, чтобы крутануть «своих», — и никаких иных сверхзадач.
Варварски утилизовали художественное кино.
Попутно репортёр НТВ Алексей Кудашов объяснил нам, что «Бриллиантовую руку» все так любили за то, что узнавали в её героях себя.
Потому что, когда выезжали за границу, вели себя там дурно, о чём потом писали в своих отчётах представители КГБ, приставленные к советским туристам.
Объяснение банальное, ложное и даже вредное. Не за похожесть на себя и тем более на свои дурные качества народ любит фильмы. «Калину красную» любят не потому, что у нас каждый четвёртый сидел.
«Операцию «Ы»…» любят не потому, что вся страна состоит из алкоголиков. Смотрят эти фильмы с удовольствием люди законопослушные, с высшим образованием, непьющие.
Потому что искусство берёт не примитивным внешним сходством с жизнью.
Что касается узнавания себя — это полный бред, поскольку вплоть до самого конца советского периода даже выезд в самую социалистическую страну был делом немассовым, редким. Людей, никогда не бывавших за границей, оставалось в сотни раз больше тех, кто доезжал хотя бы до Болгарии.
Абсолютной неправдой можно счесть саму зарубежную поездку Семёна Семёновича. В 1960-е годы такой человек, с таким характером, даже не решился бы заикнуться об оформлении необходимых документов.
Гениальность Гайдая в том, что он переводит всю историю в жанр сказки и авантюры, где социальная и психологическая достоверность не обязательны.
Выезд за рубеж советского бухгалтера, но в лице Юрия Никулина — доброго клоуна и сказочного простофили — позволяет столкнуть приватного человека с институтами идеологии, законности и антизаконности.
Герой попадает в эпицентр борьбы «двух миров, двух моралей». И что же происходит после знакомства с иностранными проститутками и контрабандистами?
Выясняется, что точно такой же мир, с теми же теневыми профессиями, прекрасно существует на территории Советского Союза. Мира два, но они зеркальны и мораль у них примерно одна.
Мотив модной индустрии очень важен. Фильм акцентирует, что советские проститутки и контрабандисты — это отнюдь не всякие «недобитыши», не дети и внуки контрреволюционеров, а вполне современные люди. Модники.
Что происходит с добрым простаком Семёном Семёновичем? За него хватаются все миры, представители морали и аморальности. Его все хотят использовать.
Но пользы от него немного, а он всё равно нужен — как нужен всякий человек бесу и ангелу в средневековом моралите. Душа такого человека представляет ценность во все времена, при всех идеологиях.
Ну а ему-то что, этому всякому советскому человеку?
У него тоже есть своя выгода.
В процессе сотрудничества с шаржированной милицией и общения с шаржированными преступниками застенчивый и даже слегка затюканный Семён Семёнович раскрепощается. Он начинает верить в себя.
Музыкальный номер второй половины фильма принадлежит Семёну Семёновичу, рифмуясь с аналогичным номером Геши на корабле.
Герой Никулина поёт свой «гимн». «Песня про зайцев» — это песня про него, так же как невезучие люди-дикари — это Геша с Лёликом.
Добрый, честный человек в любых ситуациях продолжает косить свою «трын-траву», то есть противостоять миру сильных, хищных и злых.
Но добрый человек перестаёт делать это молча, втихую, он вылезает на сцену к микрофону. Это большое достижение для простого советского человека, даже обещание его перерождения в «просто человека».
Вот за сочетание утопии о Западе и правды о советском обществе и любят комедию Гайдая. За сказочного героя в несказочном социуме. За веру режиссёра в такого героя и за многообещающие намёки на внутреннее освобождение приватной личности. За сложное содержание, живущее в сложной эстетике, имеющей незатейливый вид.
Проекты вроде «Бриллиантовой руки — 2» демонстрируют то, что наше телевидение не только не в состоянии хотя бы частично приблизиться к уровню комедии высокого класса. Наше ТВ сегодня не может понимать настоящего полноценного искусства. И эти свои «немощи» телевидение без всякого стеснения демонстрирует, насаждает как формат и предлагает в качестве развлечения.
Телевидение перестаёт быть другом человека.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- «Взгляд» изнутри.
Отрывок из книги «Влад Листьев. Пристрастный реквием». - Золотой век цифры.
PricewaterhouseCoopers исследовала СМИ и развлечения. - Лев.
Памяти Льва Николаева (16.11.1937—21.05.2011). - Двенадцать.
На канале РЕН ТВ начала выходить программа «Приговор»: впервые на российском телевидении участники проекта могут влиять на судьбы осуждённых — ходатайствовать об их помиловании. - Чем Путин отличается от Медведева?
От Листьева до Путина через Парфёнова: ТВ начало, а власть продолжила. - Ностальгия по советскому.
Как, с кем (а главное, зачем) мы проводили время у телевизора. - …И другие медийные лица.
Последнее ТВ-десятилетие: талантливых ведущих меньше, актёров больше, чем надо для ТВ. - Десять лет, которые перетряхнули ТВ.
Телевидение стало постполитическим, постидеологическим, вечно коммерческим . - Всё не так, ребята.
Монастырь для Максима Галкина. - Миф о простоте и правде.
«Реальные пацаны» на ТНТ — высший уровень примитива.
