«Денег в кассе осталось до апреля!» — сообщил кандидат в премьеры Латвии Валдис Домбровскис. «Нас ждут болезненные решения», — добавил он. Почему же ситуация в Латвии оказалась самой плачевной в Европе? Почему Латвия на 18-м году независимости, по признанию Домбровскиса, стала неплатежеспособной и спасти ее могут только огромные кредиты? В этом давно разобрались экономисты, ученые, бизнесмены.
Жизнь взаймы не в новинку для балтийской республики. Чуть что — залезали в долги и раньше. Правда, не на ныне обещанные 7,5 млрд евро от международных структур. Прежде цифры были скромнее. И на протяжении всех лет независимости оставался открытым вопрос: а на чем зарабатывать будем, чтобы не ходить с протянутой рукой? Менялись правительства, но неизменно безответной оставалась просьба к ним определить модель развития страны. Ее нет по сей день. Приходилось лишь считать раны.
Крупная промышленность рухнула уже давно. Скончалась сахарная отрасль. Недавно со ссылкой на рыболовные квоты ЕС министр земледелия предложил резать траулеры. Правда, министр уже не у дел — после похода тракторов на Ригу. Крестьяне почувствовали дамоклов меч и над сельским хозяйством. Им быстро пообещали 27 млн латов, хотя такая сумма их не спасет. Сигналы SOS подают пищевики, гостиничное хозяйство, туроператоры… У строителей от безнадежности слезы уже высохли. Мартиролог могли бы подвести слова фермера Вилниса Балтайса: «Раньше мы были первыми в СССР, а сегодня последние в Европе». Так что мировой кризис пришелся на весьма ослабленный иммунитет к нему.
Вот уже четыре года подряд балтийская республика удерживает первенство по росту инфляции среди европейских стран. В январе — 9,7%. По стремительности роста безработицы — а ныне здесь 40 претендентов на одну вакансию — печальные лавры лишь в последние месяцы Латвия уступила Испании. Но удерживает их по глубине падения ВВП — на 10,5%. Это лишь некоторые показатели. Так что когда 37-летнего экономиста Валдиса Домбровскиса называют политическим самоубийцей, согласившимся тащить бегемота из болота, у него не возникает желания это опровергать.
Илья Герчиков, доктор экономики, профессор, глава известного парфюмерно-косметического предприятия «Дзинтарс», сумевшего уцелеть, призывает вдуматься в следующую цифру: «На прокорм чиновников государство из кармана налогоплательщиков ежегодно тратило пятую часть бюджета. Такой роскоши даже в годы благополучия себе не позволяли богатейшие Австрия, Швеция, Германия, Швейцария…» Подсчитано, что количество занятых в госуправлении выросло до 88 тысяч, а это в 9 раз больше, чем в советское время. Как отметил председатель комиссии сейма по иностранным делам Андрис Берзиньш, «ежегодно число клерков росло на 3%, и это притом, что население сокращалось». По его словам, «произошло бешеное самовоспроизводство чиновников — вместо одного бюрократа появлялись четыре функционера».
Зря сейчас Берзиньш делает круглые глаза. Он тоже был когда-то премьером, так что прекрасно знает, как и почему разрасталась эта прожорливая армия. Схема простая, как репа. Как только несколько партий приходят к власти, они тут же начинают рассаживать по теплым местам своих однопартийцев. Сытных мест, естественно, не хватает, ведь есть еще родные, знакомые. Тогда придумываются агентства, департаменты, комиссии, должности, членства в советах разных мастей. Функции зачастую дублируются, но на такие пустяки никто внимания не обращает.
Так, создали Институт Латвии — для заботы об имидже страны за рубежом. Долго там длились размышления о том, как сделать облик Латвии светлым и узнаваемым в чужих глазах. Наконец осенило — страна, которая поет. Ничего, что поют и в других странах. «У нас особенные традиции». Спросите теперь иностранца, где находится страна, которая поет. Ни за что не скажет. А если спросить о том, где ныне чествуют бывших вояк Waffen SS и преследуют ветеранов Великой Отечественной войны, догадается быстрее. Еще пример. Зайдем на сайт агентства общественного здоровья. Круглолицые самодовольные его представители советуют в это непростое время чаще улыбаться. Представим умильную картину: тысяча увольняемых ежедневно — такова статистика — с широкими улыбками на устах выстраиваются в хвост длинной очереди на бирже труда. Может, агентство занимается и полезными делами. Не станем сеять сомнения. Хотя вместо его затратного исследования на тему о том, какие группы населения наиболее рискуют своим здоровьем, вполне можно было воспользоваться бесплатной подсказкой даже студента.
Но дело не только в численности одной из самых больших армий бюрократов в Европе. Ведь к их огромным окладам полагаются также разные доплаты и льготы. Лишь один пример: пресс-секретарь Минземледелия получал под 3 тыс. латов ежемесячно, то есть под 6 тыс. долларов. Подавший в отставку глава правительства Иварс Годманис начал резать зарплаты в госуправлении, назвал цифры сокращения количества чиновников. Процесс пошел, но не шибко. МВФ потребовал еще на 20% снизить расходы в стране. Иначе, мол, денег не дадим. Так что Домбровскис, перенимающий, скорее всего, 12 марта эстафету у Годманиса, продолжит битву и на бюрократическом фронте.
Есть еще одна немаловажная особенность в траектории пикирующей экономики. Среди прочих причин русские бизнесмены считают главной политику национализма.
И в уходящем, и в будущем правительстве (министерские портфели уже почти распределены) не ищите представителей нетитульной нации. Как и в любом из предшествующих составов. Да и в управленческом аппарате более 90% кресел занимают только «правильные». То есть латыши. Если бы выдвигали людей по уму, а не по национальности, говорят предприниматели, не пришлось бы сейчас сетовать на дилетантство властей, неэффективное управление страной. То, что оно было неэффективно, признают и коллеги Домбровскиса из партии «Новое время».
Пока этноэлита делила «своим» посты, деньги ЕС, раздавала госзаказы, победы в конкурсах, гранты, русские крутились как могли. Но ведь обидно: налоги 40% нетитульных жителей расходуются непропорционально их доле в обществе. И нести долговое бремя страны им, дискриминируемым и в других областях, придется наравне с теми, кто рулит государством. Положение отодвинутых на обочину, да и страны в целом, усугубляла постоянная игра Латвии во враги с Россией. На кладбище упущенных возможностей покоятся многие проекты, которые могли бы развиваться совместно с Россией. С точки зрения доктора экономических наук Александра Гапоненко, ни парламент, ни правительство не решат никаких экономических проблем, пока во власти не представлено 40% русскоязычного населения. Без справедливого отношения ко второй половине населения страна не выйдет из кризиса даже тогда, когда из него выйдет весь мир. Пришло время назвать вещи своими именами, говорят русские.
Значит, тупик? Скажем так — пока. Надежду вселяет то, что в обществе — на деловом ли, на бытовом уровне — национализма нет. И всё общество в целом, при всей его расколотости на две общины, едино в своем нынешнем недоверии к властям и способности правящих партий решать проблемы страны.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
