От традиционных форм политического вещания телеаудитория устала. Ещё немного — и они ей осточертеют. «Коммерсантъ» опубликовал телерейтинги последнего времени, которые указывают на падение интереса к вечерним информационным программам. Нужны новые формулы и формы.
Мы снова присутствуем при мирной революции — политика ассимилируется в медийности.
Некий майор милиции из провинции косноязычно пожаловался на свою тяжкую судьбину — но в интернете! И тут же занял первую строку во всяких рейтингах и индексах.
И даже очень хорошо, что это не вылизанный текст в артистичном исполнении, многие считают, что достоверность сродни заскорузлости и неотёсанности.
Видеообращение взбунтовавшегося майора и широко цитируют, и обильно обсуждают в том числе в «Частном корреспонденте». И вообще теперь как-то неприлично не отреагировать на пущенную кем-то где-то волну, особенно если она по делу. То есть задевает живые и нерешённые проблемы, от которых реально страдают реальные люди.
Ещё недавно интернет игнорировался официальной властью как чужая виртуальность, которая автономна от настоящего общественного пространства и потому не пользуется большим уважением. Там можно было делать всё что угодно, годами не имея на то никаких официальных реакций.
Теперь, похоже, наши первые лица мягко включаются в погоню за интернет-респектом и начинают играть в игры интернет-цитирований.
Виртуальная жизнь ничуть не хуже остальной. Слава хорошо приживается к любым носителям.
А ещё современная слава очень любит приколы, фишки и мулечки. То есть нечто неформатное, стилистически не дегустированное ранее. Официальные телеобращения с трансляцией по центральным каналам данных признаков, как правило, лишены. Поэтому их редковато напрямую цитируют в ЖЖ.
Но приватные блогеры — как галоши счастья для информации. Поэтому с их вкусами теперь будут считаться. Им теперь будут поставлять пищу по новой рецептуре.
Сложно отделаться от иллюзии, что именно ради ускорения переключки с Дымовского обратно на самый центральный центр премьер-министр РФ оказался на Муз-ТВ.
Та гигантская аудитория, которая никогда не смотрит ни Муз-ТВ, ни даже MTV, могла бы никогда не узнать об этом событии, если бы его пропустили блогеры. Но они на то и блогеры, чтобы транслировать явления субкультуры в общедоступное бытие интернета.
Блогеры распространили весть о том, что «Битва за респект» является совместным проектом Муз-ТВ и правительства России.
Они описали и водолазку с толстовкой премьера, которого теперь принято величать ВВП. Очень символическое обозначение. Попробуйте-ка установите, кому что отныне тёзка.
Я бы ещё рекомендовала расшифровывать ВВП как Всемогущую Всемирную Паутину. Её рейтинг точно идёт на повышение. Да и с фамилией харизматического премьер-министра у неё созвучие.
Репортаж НТВ с действа на Муз-ТВ, где Путин берёт микрофон и запросто общается с рэпствующей молодёжью, заставил быстро забыть про одиноко взывающего Дымовского.
Тот, кто вещает на весь интернет, тот и обладает имиджем первоимпульса всей жизни в стране. Обновления веб-страниц происходят чаще некуда. Значит, уплотняется и график хождения в медийность.
Значит, и здесь конкуренция нарастает. Политического лидера скорее послушают, если он медийный лидер, объявлять войну наркотикам надо грамотно, как сделал ВВП.
Просто борьба за выживание и здоровье нации — не цепляет. Нация подсаживается на яркую информацию, будоражащую фантазию и интеллект. Тогда массовые аудитории готовы проглатывать и что-нибудь неразвлекательное.
Поприкалывайтесь по нашим правилам, поразвлекайте нас так, чтобы мы оценили и заценили, и делайте с нами, что вашей душе угодно. Мы вам обеспечим полную уважуху, содействие и даже понимание проблемы. Такой общественный договор намечается.
На Первом канале стартовал новый проект «Мульт личности», опять же все опоздавшие к телеэфиру могут ознакомиться через Паутину. Уже сейчас ясно, что не резкость иронических диалогов и не остроумие в обыгрывании типажей политиков будет доминировать.
Раз Первый канал делает фарсовое анимационное шоу, значит, оно не может быть острее, чем предписано живыми прототипами «мультов личностей».
Однако всё равно приятно глянуть на компьютерного Гуса Хиддинка, колдующего перед матчем, а ещё приятнее — на Хиллари Клинтон с Сергеем Лавровым, заседающих в городском кафе и обсуждающих вопросы разоружения в симбиозе с эротическими аллюзиями.
Новое анимационное шоу сможет вытянуть не столько политическая смелость, всё равно семь раз отмеренная отнюдь не создателями программы, но умение держать атмосферу забавного и непротивного мира.
Вторым гарантом удачи (что не тождественно зрительскому успеху, я сейчас не о рейтинге) будет умение ввести промоушен телеканала хоть в какие-то берега.
Уже среди заявленных эпизодов настораживает избыток медийных персон, так или иначе причастных к Первому и уже сильно надоевших.
Галкин с Пугачёвой, Аршавин с Познером, Волочкова с Собчак — нет, пардон, это банально. Уж лучше Обама с Лукашенко или даже Тимошенко с Ющенко.
Иллюзия допуска к политической кухне может быть приятна вопреки осознанию всей её мнимости. Каким бы ни оказался рейтинг «Мульта личностей», он будет свидетельствовать о потребности как в новых развлекательных формах, так и в новом стиле подачи политики.
Можно точно сказать, что от традиционных форм политического вещания телеаудитория устала. Ещё немного — и они ей осточертеют.
По традиции газета «Коммерсантъ» опубликовала телерейтинги последнего времени, которые указывают на падение интереса к вечерним информационным программам.
«Вести недели» на канале «Россия», оказывается, могут иногда уступить «Битве экстрасенсов», а воскресное «Время» на Первом плетётся, к примеру, за «Кодом да Винчи», который показывает «первый развлекательный» СТС.
Отчаянно низок рейтинг и доля документального фильма «Стена» Владимира Кондратьева, который широко анонсировался на НТВ и был приурочен к 20-летию падения Берлинской стены. По Москве у «Стены» рейтинг всего 3,4% с долей 8%, а по стране 5% с долей 11,6%.
Но хуже всего то, что подобный «негатив» вполне поддаётся рациональным мотивациям.
Новостные программы в последнее время утратили не только политическую остроту, но и элементарную чистоту жанра. Если «Время» может начаться с обсуждения семейных проблем Кристины Орбакайте, то правомерно ли продолжать величать эту программу первой информационной?
Если ведущие «Времени» и всех прочих аналогичных программ занимаются откровенной рекламой передач своего канала, выполняя функции анонсирования…
Если прогноз погоды неизменно снабжается коммерческой рекламой и лекарств, и пищевых продуктов и если рекламные слоганы повторяются метеорологами как автоматами…
Конечно, пиетета перед такими новостями ждать не приходится. Их можно узнавать и другими средствами, не тратя на них вечерних часов досуга.
Тем более что народ поощряют в маниакальной страсти развлекаться. И есть большая телеаудитория, которая предпочтёт плохим новостям плохие развлечения.
В общем, стыдно, конечно, уступить «Битве экстрасенсов» или чрезвычайно примитивному «Коду да Винчи».
Непопулярность же фильма о Берлинской стене есть барометр неактуальности всей темы прогрессивных завоеваний перестройки.
Тогда и мы, и социалистическая Европа находились в фазе эйфорийного разрушения прошлого. Сегодня — во всяком случае, здесь, в России, — тогдашняя радость отречения от старого советского мира не воскрешается. Её можно лишь помянуть со снисхождением к себе — как молоды мы были, как искренне... как верили…
Беды и катастрофы постсоветского капиталистического периода затмили беды и катастрофы советского социалистического. Тогда был краткий и счастливый момент, когда одни беды уже побеждаются, уже отступают, а новые и неизведанные ещё не навалились.
Сейчас человек в России задавлен проблемами, родившимися в процессе того переворота и тех завоеваний. Он ощущает не без злобы, что стену-то сломали, а легче ему лично от этого не стало. И гори она ясным пламенем, эта мировая демократия, если она даётся такой кровью…
Конечно, так думают не все. Но даже тот, кто прекрасно сознаёт ценность сегодняшних общественно-политических преобразований, не горазд вновь радостно окунаться в события, перевернувшие мир в 1989 году.
Силы надо беречь для того, чтобы сегодня и завтра стоически переживать издержки ещё более недавних достижений.
Социоэкономический контекст создаёт или не создаёт популярность телепроектам. В подробном фильме Владимира Кондратьева всё мимо: и раритетные кинокадры, и эксклюзивные интервью, и даже участие в проекте ВВП. Присутствие Путина всем интересно, а напоминание о Берлинской стене — анахронизм и старомодность. Контекст заел «Стену».
Не спас дела даже ускоренный темп, всегда присущий монологам Владимира Кондратьева.
Незаурядный журналист, он уже в советские времена словно рвался вперёд и подгонял ритм времени, делая репортажи из Германии в более деловом и динамичном режиме, нежели его коллеги в других зарубежных столицах.
А вот с фильмом о Берлинской стене Кондратьев опоздал лет на десять-пятнадцать.
Телевидение знает о своих провалах и ищет новые формы, а главное — новые смысловые резервы. И периодически их находит, как в высокорейтинговом документальном фильме о плесени или в новом проекте НТВ, посвящённом ценам. Но просветительское ТВ — это отдельная песня.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
