«В Америке Обама, в Риге — Ушаков!» В начале июля, когда наибольшее количество голосов на выборах в Рижскую думу набрал «Центр согласия» (ЦС), ликованию не было предела. Лидер объединения Нил Ушаков стал первым в истории Латвии столичным мэром русского происхождения. И первым мэром, открыто заявившим о желании сотрудничать с правительством Москвы, — первым иностранным визитом Ушакова стала поездка в российскую столицу.
«В Америке Обама, в Риге — Ушаков!» В начале июля, когда наибольшее количество голосов на выборах в Рижскую думу набрал «Центр согласия» (ЦС), ликованию не было предела. Лидер объединения Нил Ушаков стал первым в истории Латвии столичным мэром русского происхождения. И первым мэром, открыто заявившим о желании сотрудничать с правительством Москвы, — первым иностранным визитом Ушакова стала поездка в российскую столицу.
В Латвии продолжает бушевать кризис. Оборот импорта и экспорта упал на 40%, Международному валютному фонду государство задолжало уже более 10 млрд долларов, работники министерств занимаются исключительно тем, что сокращают расходы. В случае министерств здравоохранения и образования это выражается в закрытии школ и больниц. В этом году планируется прекратить деятельность 150 школ по всей Латвии, работу потеряют тысячи педагогов. Безработица растёт, социологи предупреждают о надвигающемся социальном кризисе, полиция — о росте преступности. Даже произошло неслыханное: против закрытия одной из крупных региональных больниц жители организовали несанкционированный пикет, блокировали движение транспорта и были разогнаны полицией.
В такой стране столичным мэром стал русскоязычный потомок «гражданских оккупантов» Нил Ушаков, гражданство получивший в знаменитом порядке натурализации. Победа Ушакова и её значение для русскоязычных в Латвии омрачаются двумя вещами. Первая — партнёр мэра по думской коалиции лидер «Латвийской первой партии» (ЛПП) Айнар Шлесерс. Вторая — их общая тесная дружба с Москвой.
Первопартийцы знамениты высокой концентрацией священников, ежегодными напоминаниями общественности о том, что геи и лесбиянки будут гореть в аду, и связями с местной харизматической сектой «Новое поколение». Сам же Шлесерс считается одним из самых влиятельных латвийских олигархов. Он побывал на постах министра сообщения и министра экономики, был в центре скандала о подкупе голосов на выборах и подозревается в, мягко говоря, не очень честном руководстве государственными предприятиями.
Причины успеха Ушакова и Шлесерса разные. Первый взял русскоязычных рижан более умеренными и реалистичными обещаниями равноправия, чем те, которыми несколько лет подряд завлекала электорат главная прорусская партия «За права человека в единой Латвии». К тому же Ушаков — лицо в политике новое, у власти никогда не был и в навлечении на страну кризиса не замечен. Шлесерс — игрок другого ранга. В обход законодательства о предвыборных расходах он нанял лучшего рекламщика в стране и, несмотря на груз политических скандалов, занял второе по количеству голосов место. Он в свою очередь обещал золотые горы — миллиарды инвестиций, десятки тысяч рабочих мест и план развития города, которого хватило бы лет на пятьдесят.
Тандем двух политиков, мгновенно получивший кличку Шушаков и начавший наподобие другого знаменитого тандема везде появляться вместе, чисто теоретически невозможен. «Центр согласия» — откровенно социалистическая партия, в то время как экономически либеральнее ЛПП может быть разве что Маргарет Тэтчер. Публике формирование такой коалиции попытались объяснить так: «Шлесерс умеет зарабатывать деньги, а Ушаков — их тратить».
Насколько удачным окажется это революционное нововведение в мире политики, покажет время. Пока же Шушакова определённо точно объединяет только одно — лояльное отношение к восточному соседу. Все остальные прошедшие в Рижскую думу партии побаиваются Москву по разным причинам. Кому-то поддерживать нормальные отношения не позволяет электорат, привлечённый кличем «Латыш, не сдавайся!». Кто-то с подозрением относится к существующему правительству Москвы и с надеждой смотрит на Запад. Шушаков же с Москвой хочет дружить. Не стоит, мол, во времена кризиса пренебрегать отношениями с богатыми соседями. Они, по словам Ушакова, «были длинным списком неиспользованных возможностей, а мы не хотим терять возможности». Не забывают, конечно, и мантру об уникальном расположении Латвии между Востоком и Западом.
Скептически настроенные граждане от подобной инициативы не в восторге. Ушакова подозревают в том, что, дружа с Москвой, он на официальном уровне признает российскую версию известных событий ХХ века и отвергнет версию, выдвинутую Прибалтийским странами. От Шлесерса же ожидают извлечения максимальной выгоды для себя и своих бизнес-партнёров без всякой заботы о населении и с последующим заметанием следов. В конечном итоге опасения насчёт тандема просты: продаст Шушаков Ригу богатым москвичам.
Пищу для подобных страхов тандем регулярно поставляет. Недавно вот без видимой причины установили в центре города памятник Александру Пушкину, подаренный правительством Москвы. А ещё раньше предложили построить в Риге мини-Лас-Вегас, в который приезжали бы кутить богатые москвичи, лишившиеся казино на родине.
Подстёгнутые националистическими партиями граждане дружно находят в коллективной памяти последствия установления Москвой других памятников, другие дружественные визиты и содрогаются.
С одной стороны, инвестиции Риге нужны как никогда и во время кризиса деньги пахнут ещё меньше. Ради сохранения нескольких школ и их преподавательского состава можно дополнительно и Толстого с Достоевским где-нибудь поставить. Проблема в том, что в подобном климате Ушакову будет очень сложно выполнить своё предвыборное обещание — улучшить правовое положение русскоязычных в стране. Его роль в этом вопросе скорее репрезентативная, потому что главный камень преткновения — это законы о языке и о гражданстве, а они находятся в ведении государства. Основная ценность Ушакова в том, что он может на собственном примере показать — русские в Латвии тоже могут занимать ответственные посты и быть патриотами страны. Однако в тандеме со Шлесерсом и в сотрудничестве с Лужковым новый глава Риги вряд ли сможет разрушить бытующее в латышской части местного общества представление, что СССР, современная Россия и русские Латвии — примерно одно и то же. Впрочем, неизвестно, можно ли его разрушить в принципе, ведь это опорный миф латвийской государственности.
Между тем через год состоятся выборы в парламент страны. Уже в конце августа этого года Айнар Шлесерс заявил общественности, что собирается следующей осенью «брать Латвию», возглавив СЦ и ЛПП, которые, возможно, стартуют единым списком. Общественность немедленно задалась вопросом: что же будет, если премьер-министром Латвии станет симпатизирующий Москве олигарх, однопартийцы которого ратуют за присуждение русскому языку статуса официального? По мнению многих, хорошего не будет ничего.
В ответ на подобную перспективу под девизом «Не пустим Шушакова в премьеры!» объединились три самые многообещающие партии — «Новое время», «Гражданский союз» и «Общество для другой политики». Консолидация наблюдается и в рядах других политических сил. Какой именно будет экономическая и политическая ситуация в Латвии через год, неизвестно, однако велик шанс, что при подобной поляризации предвыборная кампания пройдёт в духе соревнования между «латышскими» и «русскими» партиями. И чем больше Ушаков и Шлесерс будут пугать соотечественников Москвой и Пушкиным, тем вероятнее подобный расклад. Однако чем дальше, тем меньше националистические партии выигрывают от подобной поляризации.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
