Солидный возраст не мешает фестивалю быть столь же безумным, как и в дни своей тревожной юности. Ибо даже в совковые времена, по слухам, именно «Молодость» была заповедником свободы и инакомыслия. Во времена же «оранжевой революции», которую прокоммунистически настроенные украинские репортеры называют «смутой», — тем более.

Солидный возраст не мешает фестивалю быть столь же безумным, как и в дни своей тревожной юности. Ибо даже в совковые времена, по слухам, именно «Молодость» была заповедником свободы и инакомыслия. Во времена же «оранжевой революции», которую прокоммунистически настроенные украинские репортеры называют «смутой», — тем более.

Ярко-апельсиновые

Известно, что «Молодость», во главе со своим бессменным директором Андреем Халпахчи, сразу же стала ярко-апельсиновой, еще не зная, чем дело кончится и чем сердце успокоится.

По крайней мере оранжевой флаг развевался над кинотеатром «Киев», где проходит фестиваль, еще при Кучме.

Сегодня, когда идеалы и надежды оранжевого цвета заметно поблекли в борьбе за власть и непонятно, кому присягать и верить, «Молодость», честь ей и хвала, все равно остается на передовом фланге. Разве что вектор ее политических пристрастий слегка сместился в сторону исторического.

Именно здесь была показана серия фильмов о голодоморе, голоде начала 30-х, который организовали, как известно, господа большевики. И именно здесь были показаны антитоталитарные фильмы: в частности, против туркменского режима (что вызвало скандал в дипломатических кругах), «Бунт. Дело Литвиненко» и фильм об Анне Политковской, который в России практически невозможно увидеть.

В общем, украинская интеллигенция, в отличие от русской, продолжает бороться с фантомами тоталитаризма, фашизма и большевизма. Видя в них вполне реальную угрозу.

Это мы расслабились до такой степени, что у нас товарищ Сталин опять поднимается в рейтинге «Имени России». Очевидно, чтобы повеселить лучших людей Запада, упертых антисоветчиков, придумавших для нашей страны сказочное название «империя зла».

Такие вот дела, господа.

Кинотеатр «Киев»

…Вообще-то Киев производит двойственное впечатление: люди здесь настолько неагрессивны и вежливы, что революционный дух ощущается лишь в фестивальном ареале.

Остальной Киев — прекраснейший город на свете, как ни разрушай его и ни бомби, — живет в каком-то своем, сосредоточенном и в то же время медитативном ритме.

И ходят медленнее, и говорят тише, и улыбаются чаще, чем мы: заподозрить в этих милейших людях «лесных братьев» крайне затруднительно. Мы в этом смысле гораздо откровеннее: заменив украинцев на американцев, можно перефразировать известный тезис о том, что, дескать, если у американцев на лицах фальшивая улыбка, то у нас — искренняя ненависть.

…Как и Венецианский фестиваль, Киевский поражает постмодернистским монтажом аттракционов. В кинотеатре «Киев» идут яростные фильмы и не менее яростные дискуссии о «природе зла», а вокруг — тишь да благодать, запечатленная в архитектуре прелестного украинского барокко.

Как и посреди красот Венеции празднуют свой бал калеки, уроды и монстры, окопавшиеся на острове Лидо, где проходит фестиваль. Что, кстати, вызывает немалое раздражение традиционалистов вроде Франко Дзеффирелли, который клянется, что ноги его не будет на этом шабаше ведьм.

Раздражение вызывает и Киевский: украинские традиционалисты уже подняли шум-гам по поводу программы гей-фильмов, заклеймили и антироссийский посыл «Молодости» (якобы здесь не было программы фильмов северного соседа), ну и так далее.

Русские победили!

Тем не менее Гран-при «Молодости» достался именно российской картине — «Шультесу» Бакура Бакурадзе, — этим летом получившей, кстати, и первый приз «Кинотавра».

Правда, в результате яростных споров Бакурадзе пришлось поделиться 10 тысячами долларов (приз — денежный) с юной Ханой Махмалбаф из Ирана.

Наследницей кинематографической династии Махмалбаф, дочерью Мохсена Махмалбафа, великого иранского режиссера. Он, кстати, в прошлом году и возглавлял жюри «Молодости».

…Мрачная история вора-карманника, снятая на фоне современной Москвы, города тревожного и опасного, конкурировала со светлой повестью о приключениях малышки из Афганистана, изо всех сил стремящейся попасть в школу.

Эти две картины — ни дать ни взять иллюстрация к изречению Апдайка, что, мол, ни богатство, ни бедность не способны принести счастье.

В самом деле, в относительно богатой Москве еще более бесприютно и страшно, нежели в беднейшем Афганистане, где маленькая девочка не может даже купить себе авторучку, чтобы пойти в школу.

Интересно, что при этом иранская девочка полна надежд и стремлений, несмотря на свой малый возраст, подельник же Шультеса, мальчишка-вор, не имеет никакого будущего, кроме криминального…

Этот парадокс — об обнадеживающей бедности и гнетущем богатстве — в последнее время становится просто наваждением крупных фестивалей.

В Канне несколько лет назад самой оптимистичной была картина Самиры Махмалбаф, старшей сестры Ханы, хотя речь в ней шла о девушке, у которой не было даже пары туфель.

Зато герои других фильмов, миллионеры, мучились от кризиса гуманизма и заката Европы в своих особняках и виллах.

Кстати, о призах

Как известно, даже Канн, полагающий себя арбитром хорошего вкуса и законодателем киномоды во всем мире, иногда в этом смысле дает сбой.

Хорошо известна история с «Догвилем» Ларса фон Триера, уехавшим без наград, и другими скандалами. Вроде того, что учинил Бергман, за всю жизнь не удостоившийся ни одной «Золотой пальмы» и отказавшийся приехать за почетной веткой «за вклад».

Так вот, более уместного распределения призов, нежели на нынешней «Молодости», я что-то давно не припомню.

Ибо и «Шультес», классически выверенная, строгая, аскетичная, мощная картина, и «Будда, рухнувший от стыда» юной Махмалбаф действительно сильно отличались от всех других фильмов фестиваля. Многослойностью, сложностью, амбивалентностью, не говоря уже о головокружительном мастерстве. С которым юная Хана работает, скажем, с детьми — пятилетними и шестилетними, не больше, заставляя их играть так, как только Кустурица умеет заставлять играть кошку, осла, ребенка.

Поэтому, когда на закрытии — кстати, весьма изобретательном, постмодернистском и совершенно непротокольном, — прозвучали имена Ханы и Бакура, наш ряд, состоящий из русских критиков, кричал и хлопал больше всех.

Браво.

ОТПРАВИТЬ:       

Статьи по теме:

• «Огни притона».
  13 февраля в ЦДЛ состоится премьера фильма Александра Гордона по сценарию его отца Гарри в программе «Закрытый показ» на Первом канале.
• Рано Кубаева: «О некоторых странностях «неженской» профессии».
  Стоя по ту сторону камеры, никто тебе не даст поблажки, потому что ты женщина, потребуют точно так же, как с мужчины.
• Шапито должно продолжаться.
  «Есть много ремиксов, а песня одна».
• Голубые шахматы.
  Создать образ гения Холмса, подпустить комедии, закрутить боевик и два раза не вставать.
• Слишком оправданные ожидания.
  «Девушка с татуировкой дракона», Финчер.
• Фриц Ланг. Апология усталой смерти.
  5 декабря 1890 года родился режиссёр великих фильмов «Доктор Мабузе…», «Нибелунги», «Метрополис» и «М».
• Жизнь как жов.
  Ещё раз о фильме «Елена».
• Монтаж аттракционов.
  Минский кинофестиваль «Листопад» показал такой запредельно высокий уровень, какой и не снился ни Московскому, ни Токийскому, ни многим другим.
• Спасти нацию от сумасшествия!
  Какие проблемы у НИИ киноискусства?
• Система-2.
  Заметки о сценарном мастерстве.