Первопроходцы программы Минсельхоза по развитию семейных молочных ферм — это Мордовия, Белгородская, Ленинградская, Липецкая и Тамбовская области. За три года в этих регионах крестьяне должны построить около 300 мини-ферм. С разной степенью успешности эксперимент продолжается вот уже несколько месяцев. Корреспондент «Часкора» съездила в одно из таких хозяйств.
От самого Тамбова до села Александровка Знаменского района километров, наверное, шестьдесят. Сначала дорога идёт более-менее ничего, потом, после поворота на Александровку, начинаются бугры и ухабы, словно весь асфальт размололо. И так ещё километров семь.
— Это пока ничего, дальше похуже будет, — подбадривает шофёр Иван Савко и, как опытный сапёр, пытается объехать все опасные места.
— А то ещё колесо где-нибудь оставлю, — объясняет он.
Однако до новой фермы своего соседа Михаила Белицкого Иван пассажиров всё равно никогда не довозит, высаживает их у дома его родителей. Говорит, что дальше его «отечественное чудо-юдо автопрома» проехать не в силах, застрянет.
А у дома уже стоит мать фермера — Лидия Александровна Белицкая. Она строго оглядывает прибывших гостей и непременно спрашивает:
— Сапоги резиновые с собой? Потому что в обычной обуви к Мишке не добраться. Я к нему в гости хожу только в резиновых сапогах.
И успокаивается только тогда, когда достаёшь из сумки требуемую обувку, надеваешь её.
Колодец-то с водой местные власти Белицким вырыли, новые линии электропередачи подвели, а вот дорогу к ферме только обещают. Ну а пока новую дорогу от дома не построили, добираться до фермы приходится либо на тракторе в объезд, либо пешком через камыши. Так и идём. Сыро, ноги иногда увязают по колено.
И страшно, и интересно
По дороге женщина рассказывает, что сельским хозяйством её сын занялся ещё четыре года назад. Тогда ни о какой программе поддержки фермеров и речи не шло. Просто вернулся в родную Александровку из армии и родители на радостях подарили ему корову. Животное поселили в старом сарае. Потом появилась вторая бурёнка, третья, четвёртая… А с ними и деревянный коровник побольше.
Когда в 2009 году в Минсельхозе заговорили о трёхлетней программе «Развитие пилотных семейных молочных животноводческих ферм на базе крестьянских (фермерских) хозяйств» (от 20 до 100 и более голов), у Михаила Белицкого было уже 25 коров. А ещё свиньи, овцы и куры.
Финансирование государственного проекта идёт за счёт кредитов Россельхозбанка и поставок по лизингу скота и оборудования от «Росагролизинга». Инфраструктура и коммуникации — на плечах местной власти.
Правда, родители к затее сына отнеслись, как они сами признаются, любопытно-насторожённо. С одной стороны, вроде страшно. С другой — а вдруг что и правда получится?
— Время уже! Дойка у нас! — этими словами встречает нас сам молодой фермер, махает рукой и тут же направляется к сараю. Там тепло, пахнет молоком и навозом. Михаил начинает вместе с отцом носить воду бурёнкам. А сам объясняет: «На новой ферме поилки будут стоять, автомат. Ну, как на унитазе клапан стоит, так и там будет. Коровы будут отпивать, а вода сама будет поступать к ним».
Строительство своей новой мини-фермы на 24 головы сам Михаил Белицкий называет третьим этапом на пути к большой ферме. Рабочие уже монтируют там оборудование. Молодому главе семейства давно не терпится перевести своих бурёнок в коровник европейского стандарта. Говорит, что скотину там ждёт совсем другая жизнь.
Жена Михаила, доярка Ольга, мужа поддерживает: «Мишка однажды пришёл и говорит: «Мы ферму свою строить будем». Ну, я против ничего не сказала, самой интересно. Он ещё сказал, что везде такие фермы будут строить, что у нас где-то в районе будет ещё завод, где будут принимать наше молоко. Вот мы и решили, а то куда ж нам молоко-то девать. Мы уже и тёлок новых закупили».
Самой Ольге больше всего по душе идея с автоматическими доилками: «То они вот тут стоят в сарае, им надо таскать что-то туда-сюда, а будет у них ферма новая — будет им там хорошо. Обычно я каждый день встаю в 5:00—5:20. В 5:30 уже иду их доить. В 7:00 Мишка отвозит молоко, потом мать едет продавать на рынок. Вечером мы рано ложимся, когда в 22:00, когда в 22:30, но это я ещё смотрю телевизор, не сразу засыпаю».
— Ну а ты-то что вылупилась? — обращается доярка к корове и слегка хлопает её по заду.
Мечта детства
Отец Михаила — его, кстати, тоже зовут Михаил — в это время помогает таскать питьё коровам. До пенсии сам Михаил Григорьевич работал в школе учителем физкультуры, сейчас же вместо гирь поднимает по утрам вёдра с водой и вязанки с сеном, по вечерам играет с деревенскими мальчишками в футбол.
«В деревне совмещаем полезное с приятным, — подхватывает он тюк с сеном. — Если не будем мы в деревне работать, значит не будем и более-менее благополучно жить. А сын наш всю жизнь мечтал об этой ферме. Он с детских лет любил животных. Ещё в девятом классе написал реферат на тему «Кем я хочу быть». Написал, что хочет работать только в животноводстве. Когда пришёл из армии, мы не стали перечить. Потому что видите, какая обстановка в стране. Всеми силами стали ему помогать. Хочется нам, не хочется, а главное, что ему нравится. Вдруг, может, что и получится из этой затеи, сын развернётся, разбогатеет. Он же всю жизнь мечтал об этой ферме, и вот его мечта сбылась».
— Иди сюда! — кричит дед. А трёхлетний Михаил Михайлович уже бежит к нему. — Вот, наследник растёт, — хвастается дед. — Это уже третий Михаил в нашей семье. Будет потом работать. Сейчас уже теляток поит, чистит, старается.
— Пойдёмте, я покажу вам свою корову! — лепечет мальчик.
— А какая у тебя корова? — спрашиваю.
— Роза её зовут.
— Какая ж у тебя Роза? — спорит с внуком дед. — У тебя Милка.
— Нет, Роза тоже моя. И Милка.
Бизнес-план
— Обедать будете? — подходит к сараю Лидия Александровна.
По профессии она учительница английского. Про себя говорит, что помогает сыну с документацией и сбытом: «Я утром просыпаюсь в шесть часов, выхожу на дорогу, тут уже машина с молоком стоит. Я еду или в Знаменку на рынок, или на площадку на военную молоко продаю. У меня там свой прилавок есть, где даже табличка с моим именем висит, все меня на рынке знают. Приезжаю в десять, переодеваюсь, иду в школу. В школе часов до трёх, потому возвращаюсь, занимаюсь внуком».
Хотя сомнения мать всё же терзают. Не хочет она, чтобы сын обжёгся на молоке: «О деньгах вообще говорить страшно, — делится она. — Вроде и область помогает, и программа по строительству мини-фермы федеральная, а всё равно боязно. Из всей суммы, что ушло на строительство фермы, мы заплатим только часть. То есть где-то из 6 млн рублей мы будем кредит выплачивать 1,8 млн в течение восьми лет. Плюс 800 тысяч аренды. Остальное — субсидии, их на себя взяла область. Только бизнес-план успокаивает. По нему первые два года у нас должно быть по нулям, а потом пойдёт прибыль — 400 тысяч и больше. Так что не знаю, посмотрим».
Впрочем, пока нынешние доходы с продажи молока — только 30 тыс. рублей в месяц. Да и соседи иной раз оговаривают: «Многие люди почему-то решили, что эта программа по мини-фермам бесплатная, что нам самим ничего платить не надо, что нам просто так всё построят, — говорит Лидия Александровна. — Тогда стали завидовать: вот Мишке повезло, ему бесплатно всё построили».
Деревенские колдуны
Сам же молодой отец семейства уже сейчас подумывает о расширении хозяйства. Коров — до 70 голов. Овец и свиней — до трёхсот. Чтобы быстрее расплатиться с кредитом, Михаил собирается выращивать и поросят. Для них он уже решил продлить корпус новой фермы.
Но больше всего сам Михаил Белицкий пугается не кредита, а сглаза. Сидя в доме за чашкой кофе с молоком, семья разговаривает о будущем.
— Когда ферму достроим, я школьную экскурсию тебе приведу, — говорит Михаилу мать.
— Нет, когда коров туда заведём, никто из посторонних не зайдёт, — начинает спорить сын.
— Почему?
— А вдруг колдуны будут, — отвечает он, хотя и немного ухмыляется.
— Ну, колдунов не бывает, — начинает спорить мать, — хотя… может, это у меня просто старое советское воспитание такое… а вот сглазить — да, могут.
В итоге из посторонних мать и сын договариваются пускать к коровам только работников знаменской ветлечебницы.
— Эх, посмотрим, что вообще из всей этой затеи с фермой получится, — вздыхает мать.
— Да всё у нас получится, — отвечает ей сын.
Подходит к печке. Садится на корточки. Закуривает. Смотрит на огонь и несколько минут молчит. А потом вся семья снова идёт на улицу в коровник. Убирается, поит, кормит.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
