Турция надеялась самостоятельно выйти из кризиса. Но, скорее всего, без помощи от МВФ стране не обойтись. В апреле 2009 года турецкий экспорт упал на 33,3% по сравнению с апрелем 2008 года. Импорт упал ещё больше — на 43%. Турки делают хорошую мину при плохой игре, ищут признаки восстановления экономики и, как водится, находят.
В апреле 2009 года турецкий экспорт упал на 33,3% по сравнению с апрелем 2008 года. Импорт упал ещё больше — на 43%. Турки делают хорошую мину при плохой игре, ищут признаки восстановления экономики и, как водится, находят. Например, в мае у них подрос индекс деловой активности, а фондовый рынок, как и у других развивающихся экономик, достиг восьмимесячного максимума. Но в целом дела обстоят не лучшим образом.
Текущие и прогнозируемые экономические показатели, по данным The Economist Intelligence Unit
Турецкие горести
Турецкая экономика после кризиса 2001 года демонстрировала устойчивый рост. Поэтому, разумеется, у правительства возникла иллюзия, что глобальный экономический кризис страну не затронет или затронет слегка. Знакомая картина, не правда ли?
В четвёртом квартале 2008 года ВВП страны уменьшился на 6,2%. Рост экономики по итогам 2008 года составил 1,1%. В среднем в период с 2002 по 2007 год экономика росла на 7,4%; в 2008 году Всемирный банк прогнозировал замедление роста до 5,4%. Где те прогнозы?
В отличие от России, где финансовые власти до апреля держали ставку рефинансирования ЦБ, турецкий Центробанк её отчаянно снижал. С ноября она упала на 7,5 процентного пункта и достигла рекордного минимума — 9,25%. Никаких видимых результатов эта политика не принесла.
Сейчас правительство утверждает, что сокращение ВВП в 2009 году составит 3,6%, а некоторые местные экономисты говорят о 7%. Международный валютный фонд предсказывает Турции падение на 5,1%. Мнение фонда имеет значение. Турция ведёт с ним мучительные переговоры об антикризисном займе.
Тернистый путь
Турцию и МВФ связывают длительные отношения. Фонд имеет дело с Турцией с 1961 года. Он помогал стране в 1970-е годы, когда у Турции не было никаких шансов получить кредиты на международных финансовых рынках. МВФ поддерживал реформы премьер-министра Тургута Озала в 80-е и спасал турецкую экономику после валютного кризиса 2001 года.
Далеко не всё в этих отношениях складывалось гладко. Турецкое правительство и фонд ссорились; турки отказывались от взятых на себя обязательств, программы не выполнялись, выделение денег прекращалось. Главное, что не устраивало фонд, — это неспособность денежных властей Турции контролировать инфляцию.
Инфляция в Турции, 1980—2008
Источник: Index Mundi
Неудивительно, что при такой инфляции реформистские программы властей сталкивались с серьёзными трудностями. В первые 60 лет существования Турецкой Республики государство активно занималось хозяйством, вмешивалось в экономику и ограничивало частную инициативу. В 1983 году премьер-министр Тургут Озал отказался от модели государственной экономики и приступил к рыночным реформам. Начался рост. В 1995 году Турция вступила в таможенный союз с ЕС, и это стало мощным стимулом для развития экономики. К сожалению, денежная политика была недостаточно жёсткой, что привело к серии финансовых кризисов в 1994, 1999 и 2001 годах. За счёт этого средний рост ВВП в этот период составил 4,2% — гораздо меньше, чем могло бы быть.
Только в XXI веке денежным властям наконец удалось снизить инфляцию ниже порогового значения в 10%. Этим страна обязана Кемалю Дервишу. Он больше 20 лет работал во Всемирном банке и был призван на спасение экономики в кризисном 2001 году. Дервиш смог получить 20-миллиардный кредит от МВФ и успел стабилизировать национальную валюту до того, как его ушли в отставку.
Пришедшая к власти в 2002 году Партия справедливости и развития (партия умеренного ислама) во главе с большим сторонником вступления страны в Евросоюз Реджепом Тайипом Эрдоганом продолжила разумную фискальную политику и структурные реформы. Правительство Эрдогана сумело приватизировать многие государственные предприятия, в том числе телеком. В Турцию пришли инвестиции, страна постепенно открыла свои рынки. В 2005 году, когда все окончательно поверили в стабилизацию национальной валюты, была введена «новая турецкая лира» (в 2009 году её переименовали просто в «турецкую лиру»). В 2002 году ВВП на душу населения составлял 3560 долларов, в 2008-м — 10 471. Это был успех.
Трудное решение
Ещё в прошлом октябре министр финансов Турции Мехмет Шимшек делал всё возможное, чтобы убедить мир в том, что Турция не станет обращаться за кредитом в МВФ и самостоятельно справится с временными экономическими трудностями.
«У нас всё хорошо, — утверждал Шимшек. — Бюджетного дефицита, можно сказать, и нет. С капитализацией банков всё прекрасно, и государственный долг не слишком велик». Но уже осенью безработица среди молодёжи достигла 40%, а долговые обязательства турецких корпораций, по оценке UBS, превысили их активы на 73 млрд долларов. Роскошные магазины на Багдадской улице в центре Стамбула опустели. Банки прикрутили кредитный кран, и крупные строительные проекты были заморожены.
В 2009 году лучше не стало. В марте министерство финансов объявило, что дефицит бюджета в феврале достиг 4,35 млрд долларов. В феврале 2008 года дефицит был 600 млн долларов: рост на 824%! Правительство потратило в феврале 15,1 млрд долларов, а доходы бюджета составили всего 10,8 млрд. Резкое падение налоговых поступлений привело к тому, что, хотя по плану дефицит бюджета должен был дойти до 6,1 млрд долларов лишь к концу 2009-го, он вышел на шестимиллиардную отметку уже за два первых месяца года. Если добавить к этому рекордную безработицу — 16,1% на конец первого квартала, — то понятно, что правительство остро нуждается в деньгах.
Переговоры с МВФ идут трудно. На кону — 45 млрд долларов. Фонд требует, чтобы правительство сократило государственные расходы. В руководстве страны нет единой точки зрения на этот счёт. В тяжёлые времена кризиса очень велик соблазн отбросить финансовую дисциплину и попытаться «простимулировать» экономику с помощью инфляции.
Когда 1 мая премьер-министр Тайип Эрдоган назначил вице-премьером по экономике Али Бабакана, наблюдатели восприняли этот шаг как указание на то, что правительство действительно хочет договориться с МВФ. Однако 9 мая Эрдоган заявил, что требование фонда уменьшить расходы бюджета «неприемлемо». Пока ситуация подвисла. Турция может продержаться без внешних заимствований ещё какое-то время. Но если правительство не найдёт источников финансирования до осени, возможен обвал.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
