Умер Андрей Вознесенский...Так рассказать о любви удастся не многим. «Юнона и Авось» — поэзия нерва и смирения, боли, любви и верности. «Белый шиповник», «Я тебя никогда не забуду» и финальная «Аллилуйя» — публика немела от кристальной чистоты этих текстов, мы не просто плакали, мы постигали главное знание, без которого жизнь бессмысленна...Спасибо тебе, поэт.
nataly_demina:
«Вчера смотрела фильмы о Вознесенском один за другим, сначала по «Культуре», потом по 1 каналу, потом по «Россия-1», потом опять по «Культуре». Не знала, что А.В. был таким страстным, увлекающимся человеком. В детстве с его именем было связано лишь одно воспоминание. Помню, летом 1980 г., когда я вернулась из пионерлагеря, мама сказала, что умер большой поэт и почему-то она сначала сказала, — Вознесенский, а только потом поправилась на, — Высоцкий. Последние годы не очень нравились игры Вознесенского со словами, казалось, что это уже именно игры, а не поэзия.
Вчера несколько раз звучали стихи А.Вознесенского о Политехническом музее, где мне сейчас по работе приходится бывать каждую неделю (там проходят публичные лекции «Полит.ру»). Всё проходит, а Политехнический остаётся. Те юноши и девушки, которые восторженно внимали поэтам в фильме Хуциева «Застава Ильича», уже вряд ли своим ходом доберутся до Политехнического. Если осенью 1962 года им было по 20 лет, то теперь минимум 70…».
Аркадий Викторович Брызгалин:
«Вчера сообщили, что умер Андрей Вознесенский — один из последних могикан русско-советской поэзии XX века. У меня много любимых поэтов, но Вознесенский среди них особенный. Такое впечатление, что он жонглировал словами, причём так, что дух захватывает. А как он писал о любви!
В марте 2004 года Андрей Вознесенский приезжал в Екатеринбург и дал свой единственный концерт. Я был потрясён, т.к. на сцену с большим трудом вышел старый больной человек. Потом нам сказали, что Вознесенский только что перенёс инсульт, но организаторов никто не предупредил. Однако концерт отменять не стали, тем более, что поэт простоял на ногах два отделения (!) и тихо-тихо, почти шёпотом читал свои стихи, некоторые из которых повторял весь зал.
После концерта на мини фуршет остался узкий круг приглашённых, в числе которых посчастливилось быть и мне. В этот момент со мной произошла одна почти мистическая история, которую я до сих пор не могу объяснить. Я подошёл к мэтру и попросил его подписать мне его сборник стихов. Андрей Вознесенский поднял глаза, посмотрел на меня, взял вдруг меня за руку и что-то стал говорить неразборчивым шёпотом. Говорил он очень тихо и несвязанно — иначе после инсульта он говорить и не мог, но продержал он меня за руку, говоря что-то почти, наверное, 5 минут. Все вокруг затихли и уставились на нас. Никто ничего не понимал. Я начал чувствовать неловкость, т.к. ничего не мог ответить, только улыбался и вслушивался, стараясь разобрать хоть одно слово, но напрасно. Что хотел сказать мне Мастер, что он хотел сказать именно мне, я, к сожалению, так и не понял. Мне кажется, что он хотел сказать что-то важное, что-то особенное, а я так ничего и не разобрал. Потом поэт дрожащей рукой подписал свой же сборник, который до сих пор хранится в моей библиотеки. Вчера я его достал и полистал. Как дань памяти, представляю 2 моих любимых стихотворения Андрея Вознесенского.
В человеческом организме
девяносто процентов воды,
как, наверное, в Паганини,
девяносто процентов любви.
Даже если — как исключение —
вас растаптывает толпа,
в человеческом
назначении —
девяносто процентов добра.
Девяносто процентов музыки,
даже если она беда,
так во мне,
несмотря на мусор,
девяносто процентов тебя.
Не возвращайтесь к былым возлюбленным...
Не возвращайтесь к былым возлюбленным,
былых возлюбленных на свете нет.
Есть дубликаты —
как домик убранный,
где они жили немного лет.
Вас лаем встретит собачка белая,
и расположенные на холме
две рощи — правая, а позже левая —
повторят лай про себя, во мгле.
Два эха в рощах живут раздельные,
как будто в стереоколонках двух,
всё, что ты сделала и что я сделаю,
они разносят по свету вслух.
А в доме эхо уронит чашку,
ложное эхо предложит чай,
ложное эхо оставит на ночь,
когда ей надо бы закричать:
«Не возвращайся ко мне, возлюбленный,
былых возлюбленных на свете нет,
две изумительные изюминки,
хоть и расправятся тебе в ответ...»
А завтра вечером, на поезд следуя,
вы в речку выбросите ключи,
и роща правая, и роща левая
вам вашим голосом прокричит:
«Не покидайте своих возлюбленных.
Былых возлюбленных на свете нет...»
Но вы не выслушаете совет».
Cecilgh:
«Никогда такой славы, как была у Вознесенского, Евтушенко, Рождественского в 1960-е годы ни у одного живущего в России поэта потом уже не было.
Кадры из фильма Хуциева с поэтическим вечером в Политехническом навсегда стали визитной карточкой времени. Время это, оттепель, заговорило разными голосами, среди которых был и максимально удалённый от академической поэтической традиции голос Андрея Вознесенского.
Конечно, и он, как и другие двое, не мог не мыслить себя Маяковским. Но в отличие от американского профессора Евтушенко или умершего Рождественского ему пришлось жить десятилетия после Большой Славы. Жить у себя дома.
Здесь его графико-поэтические опыты вызывали скорее недоумение, чем восхищение. А анекдот Довлатова про Вознесенского, купающегося в снегу в ожидании иностранных туристов, подчёркивал вопиющее и на самом деле несправедливое отсутствие интереса к поэту на родине. Несправедливое, потому что со всех точек зрения Вознесенский — это явление.
Поэтическое, несомненно социальное и абсолютно неизученное. Но не в российской традиции поэту иметь долгую судьбу и благодарных поклонников-долгожителей.
Сейчас без архивных разысканий и дотошных публикаций, кажется, он был порядочным, вёл себя достойно. И скромно. Не кричал о себе и, хотя не был затворником (это тебе не Сэлинджер), кичиться былыми заслугами тоже никогда не стремился. Нравится тебе его творчество или нет, и как бы ты ни относился к его ранним стихам, кое-что он выкрикнул в вечность. Некоторые стихи из «Юноны» и повесть «Мне четырнадцать лет», например.
Поэтическая свобода не является синонимом качества. Но вот он умер, и вдруг захотелось именно её, пусть даже в ущерб качеству. И вечеров в Политехническом, и этих толп, которые валят слушать поэтов, затопляя Лубянку. И ещё почему-то снова хочется испытать то безумное веселье, которое охватило, когда в первый раз слушал «Пожар в архитектурном». Просто потому, что из обыденной жизни внезапно получилась поэзия.
Райклубы в рококо!
Весь в пламени диплом!
И дразнишь язычком.
Всё выгорело начисто.
Всё кончено!
Всё начато!
Айда в кино!»
Света:
«Умер великий поэт современности Андрей Вознесенский, ему было 77 лет. Песни на его слова неизменно любимы и популярны. Светлая память...
Ты меня на рассвете разбудишь,
проводить необутая выйдешь.
Ты меня никогда не забудешь.
Ты меня никогда не увидишь.
Заслонивши тебя от простуды,
я подумаю: «Боже всевышний!
Я тебя никогда не забуду.
Я тебя никогда не увижу».
Эту воду в мурашках запруды,
это Адмиралтейство и Биржу
я уже никогда не забуду
и уже никогда не увижу.
Не мигают, слезятся от ветра
безнадёжные карие вишни.
Возвращаться — плохая примета.
Я тебя никогда не увижу.
Даже если на землю вернёмся
мы вторично, согласно Гафизу,
мы, конечно, с тобой разминёмся.
Я тебя никогда не увижу.
И окажется так минимальным
наше непониманье с тобою
перед будущим непониманьем
двух живых с пустотой неживою.
И качнётся бессмысленной высью
пара фраз, залетевших отсюда:
Я тебя никогда не забуду.
Я тебя никогда не увижу».
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Хан.
Сегодня похоронили одного из самых лучших исследователей русского авангарда. - Последний киномагнат.
В возрасте 91-го года скончался кинопродюсер Дино Де Лаурентис. - Трилистник траурный.
Литература online. Чтобы помнили: Андрей Вознесенский, Максим Максименко (Краснодар), майкопские поэтессы Светлана Карпова и Татьяна Оленина. - Самый главный друг спорта.
Чиновники в СССР дружески называли Самаранча Иваном Антоновичем. - Настоящая семиотика.
Неделю назад в Москве умер Юрий Иосифович Левин. - Писатель русских слов.
На прощание Диме Горчеву. - Кто убил Валентину Толкунову?
Смерть великой советской певицы вызвала удивительный разброс в оценках: певица России или пережиток советских времён? - Лестница Иакова.
Памяти Елены Шварц. - «Коперник, погибший в Ландау галантном».
Похождения похотливого профессора Паганеля.
