85-летняя Йованка Броз получила паспорт гражданки Сербии, и, соответственно, возможность выйти из-под домашнего ареста, где она оказалась после смерти своего именитого супруга. Местные власти уже превратили это в политическое шоу.
Когда в 1977-м супругу президента Социалистической Федеративной Республики Югославия объявили «капиталистической шпионкой», товарищ Тито, проживший к тому времени с ней более тридцати лет, ни сделал ровным счетом ничего, дабы спасти свою «вторую половину» от местной службы безопасности. Так уж получилось, что Иосип Броз (впоследствии маршал Тито), человек исключительно принципиальный, не изменил обещанию, данному будущей жене во время скромного бракосочетания: «Сначала я буду блюсти интересы Югославии, и только потом — твои». Впоследствии ещё не один историк обвинит «югославского диктатора» в «бесчеловечности», «чёрствости» и даже «издевательстве над женщиной». У них не было пышной свадьбы, о которой мечтала Йованка — в 1952 г. они тайно расписались в одном из провинциальных ЗАГСов и только через год западная пресса вскользь упомянула о том, что на одном из дипломатических приемов в Белграде присутствовали «мистер и миссис Броз (Тито)». На протяжении многих лет Йованка никогда не вмешивалась в большую политику и даже не сопровождала своего супруга в международных поездках. В одном из своих немногочисленных интервью в середине семидесятых она подчеркнула, что попросту наслаждается ролью жены, а поэтому считает свою судьбу «полностью удавшейся». Будучи в тени своего мужа, она вела традиционный для многих жен советских руководителей образ жизни — занималась коллекционированием бриллиантов и меховых шуб, отдыхала на лучших морских курортах, а также участвовала в благотворительности, принимая детей в пионеры, открывая новые больницы и музеи.
Роковую для себя ошибку «миссис Броз» совершила в марте 1976-го. Тогда она по неизвестным причинам периодически встречалась с группой югославских генералов, планировавших свержение Тито. Одиннадцать представителей генштаба СФРЮ, впоследствии арестованные и осуждённые на длительные сроки тюремного заключения, были связаны с ЦРУ. На допросах практически все они признались, что Йованка Броз знала о якобы готовящемся перевороте и негласно поддерживала потенциальных путчистов. Этого «предательства» маршал Тито своей жене не простил. Возможно, именно поэтому он не стал чинить препятствий югославской службе безопасности, сначала возбудившей против неё уголовное дело, а затем, по слухам, даже подписал постановление на заключение её под домашний арест. Вплоть до смерти Тито в 1980 г. Йованка со своим супругом больше не встречалась — она жила в левом крыле роскошной белградской резиденции маршала, куда президент предпочитал не заходить. А затем о «миссис Броз» забыли. «Лихие девяностые», сопровождавшиеся распадом СФРЮ, крахом коммунистической системы на Балканах и, наконец, локальными войнами, принесли Йованке Броз, по её собственным словам, «одиночество и страдания». Ни правительство Анте Марковича, сменившего на посту югославского лидера Иосипа Тито, ни «общесербский диктатор» Слободан Милошевич не вспомнили о VIP-узнице, всё это время не имевшей права покидать пределы резиденции и даже встречаться с друзьями и знакомыми. Вскоре резиденция пришла в полнейшую негодность: большинство её помещений, включая зал приемов, обветшали и грозились рухнуть в любой момент. Сама же престарелая Йованка до недавнего времени жила в двух комнатах, ранее служивших в качестве кухонных складов. Из всех людей, которых она за тридцать лет «домашнего заточения» видела, были лишь приставленный к ней охранник и ближайшие родственники. Можно смело сказать, что бывшая первая леди Югославии влачила жалкое существование: женщина, некогда имевшая возможность тратить десятки тысяч долларов на роскошные одеяния и изысканные яства, получала так называемое «пенсионное пособие» в размере 120 евро. На положенную каждому сербскому гражданину, достигшему 65-летнего возраста, пенсию рассчитывать Йованка не могла — оказавшись под домашним арестом, она автоматически лишилась всех удостоверений личности, включая паспорт, идентификационный код и даже свидетельство участника партизанского движения Второй мировой войны. Но даже тогда она не жаловалась. «Я могу жить даже в спартанских условиях», — утверждала вдова президента СФРЮ. Впрочем, в 1999 г. Йованка вместе с сыновьями Тито от предыдущих браков подала в суд, требуя вернуть всё конфискованное имущество маршала, в том числе яхту, несколько загородных домов и автомобильный парк на общую суму в 16 миллионов долларов. Суд не только отказал в иске, но и своим решением усилил охрану дома Йованки. «Если бы не приятели, оставлявшие у ворот резиденции Броз продукты питания и медикаменты, она наверняка умерла бы от голода и болезней», — отметил как-то один из охранников.
От смерти «миссис Броз» спас нынешний министр Сербии по вопросам труда и социальной политики Расим Ляич. Совершенно случайно ему в руки попало письмо Йованки Броз. Решив лично выяснить условия её проживания, он пришел в ужас. «Аварийное здание с прохудившейся крышей, заросший палисадник, мусор и грязь — разве это условия жизни нашего гражданина?» — патетически вопросил он. И тут же для Йованки всё изменилось к лучшему. Социальная служба принесла ей официальные извинения за «недоплату по пенсионному пособию» и назначила «миссис Броз» пенсию в размере 500 евро. Кроме того, ежемесячно она будет получать по 1100 евро компенсации за «причиненные государством неудобства». Паспорт гражданки Сербии, зарубежный паспорт, а также другие отобранные удостоверения личности вдове президента вручил сербский министр внутренних дел Ивица Дачич. Министр гарантировал «забытой узнице» полную свободу передвижения и пообещал, что правоохранительные органы снимут контроль за «обветшавшим зданием». В свою очередь министр Расим Ляич сообщил, что власти уже рассматривают вопрос о капитальном ремонте особняка, где Йованка Броз провела в заключении 30 лет. Местным телевизионщикам удалось показать нескрываемую радость престарелой женщины, получившей наконец возможность увидеть окружающий мир. «Теперь я надеюсь, что моя мечта отправиться в путешествие наконец станет реальностью», — сказала, в частности, она. И поблагодарила нынешнее сербское правительство за «проявленную заботу».
Между тем, эта сцена выглядела как-то уж слишком неестественно. На ум сразу приходят слова главного героя одного из криминальных сериалов, заявившего, что «дабы сделать человека счастливым, достаточно у него что-то отобрать, а затем вернуть». И уж как-то совершенно не хочется отмечать, что о вдове Тито вспомнили именно в тот момент, когда Белград изо всех сил пытается продемонстрировать перед Евросоюзом «свою приверженность демократии и общечеловеческим принципам политики». Как бы то ни было, а историю со «спасением Йованки» в Брюсселе уже оценили по достоинству.
Комиссар ЕС по вопросам безопасности Хавьер Солана сказал, что сегодняшние сербские власти исправляют ошибки «диктаторских времен» и понемногу восстанавливают историческую справедливость. Независимые европейские аналитики называют, впрочем, процесс возвращения гражданке Броз документов очередным политическим шоу, которое на руку, прежде всего, «новым белградским демократам»…
…Однако, как и раньше, Йованка Броз не намерена вникать в «большую политику». Сейчас для неё главное другое — одиночества больше нет.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
