Либо Россия должна договориться с Западом о комплексном разоружении во всех областях (СЯС, ПРО, РСМД, КРМБ, обычные вооружения), либо надо выходить из всех договоров и строить совершенно самостоятельную военную политику, адекватную ситуации.
О позициях США и России на начавшихся переговорах по выработке нового договора о сокращении стратегических вооружений не известно почти ничего конкретного.
Тем не менее общая суть проблем ясна. «Частный корреспондент» уже достаточно много об этом писал («Ледовое побоище», «Посадка «Тополя», «Пролёт «Булавы», «Обама разоружит Россию», «Меньшее из зол», «Двенадцать»).
Можно вкратце напомнить об этих проблемах.
Дальнейшее сокращение СЯС ведёт к тому, что Россия, по сути, утрачивает обороноспособность. Значительно уменьшившимся стратегическим арсеналом РФ должна будет осуществлять ядерное сдерживание по отношению как к США, так и к Китаю, который с учётом наличия у него большого количества БРСД (Россия и США таковых иметь не могут) практически сравнивается с Россией по количеству ядерных БЧ и носителей. При этом как Китай, так и США и НАТО обладают огромным превосходством над Россией в обычных вооружениях, а США, кроме того, — в высокоточном оружии воздушного и морского базирования.
Ситуация усугубляется практически полным развалом российской системы ПВО, что резко повышает уязвимость оставшихся СЯС (особенно МБР «Тополь» и стратегических бомбардировщиков на аэродромах) от ударов обычным высокоточным оружием. С другой стороны, развитие в США системы ПРО (в первую очередь — морского базирования) позволит руководству этой страны рассчитывать на то, что по России можно будет нанести обезоруживающий удар, единичные уцелевшие носители будут гарантированно добиты американской ПРО.
Ко всему этому добавляется проблема «возвратного потенциала», которая заключается в том, что США предлагают считать БЧ, снятые с носителей и отправленные на склад, и носители, находящиеся в резерве, вообще несуществующими, то есть не включать их в зачёт договора.
В целом Россия загоняет себя в ловушку в любой ситуации — и если подпишет новый договор, и если откажется от него. К сожалению, мы сами поставили себя в такое положение, практически утратив способность производить стратегические вооружения адекватного качества в адекватных количествах, при этом бессмысленно поссорившись с Западом.
Выходов из ситуации у нас остаётся два.
Первый — договориться всё-таки с Западом о комплексном разоружении. Именно с Западом, то есть не только с США, но и с НАТО. И именно комплексном, то есть речь должна идти не только о СЯС, но и о ПРО, РСМД, КРМБ и об обычных вооружениях. В этом случае мы могли бы не напрягаться по поводу угрозы с этого направления и сосредоточиться на обороне на востоке, что несравненно актуальнее.
Со своей стороны, Запад тоже перестал бы напрягаться по поводу «агрессивной непредсказуемой России» и мог бы сэкономить немалые средства, весьма полезные в условиях глобального экономического кризиса.
К сожалению, совершенно не факт, что Россия способна выставить адекватные условия, которые её устраивают. Тем более сомнительно, что Запад способен преодолеть свой мелочный эгоистичный снобизм, желание «дожать» Россию, заставить её принять его условия, хотя в стратегическом плане это невыгодно самому Западу.
Если первый вариант проваливается, то надо реализовывать второй — выходить из всех договоров по ограничению вооружений (СНВ, РСМД, ДОВСЕ) и начинать проводить полностью самостоятельную и независимую военную политику. Это ни в коем случае не должно подразумевать безудержную, непосильную для экономики гонку вооружений. Это должно подразумевать создание таких ВС, которые могли бы создать максимум проблем любому противнику. Брать числом не просто не нужно, но вредно. Необходимо задействовать умение.
Увы, именно умения у нас, похоже, и не осталось. Ни на уровне замыслов, ни на уровне реализации. Тем не менее необходимо более подробно рассмотреть оба варианта, что и будет сделано в следующих статьях.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
