Американские аналитики обсуждают способы осуществления плана Барака Обамы по восстановлению авторитета и влияния США на Ближнем Востоке. На фоне сложности палестино-израильского конфликта и необходимости противостоять иранской ядерной программе политическими средствами достижение договоренностей между Израилем и Сирией вновь кажется вполне реальной целью.
Ближний Восток является одной из главных тем внешнеполитического плана президента Барака Обамы, и центральным вопросом на сегодняшний день здесь по-прежнему остается ядерная программа Ирана. Решение проблемы военными средствами в случае с Ираном представляется крайне нежелательным. А для политического урегулирования необходима правильная последовательность наступлений и уступок. Способствовать этому может лишь укрепление общего влияния Соединенных Штатов в регионе через изменение образа Америки в глазах мусульманского мира и восстановление старых связей, растерянных администрацией Джорджа Буша. На фоне такой повестки дня американские аналитики обсуждают перспективы попытки в очередной раз достигнуть договоренностей с Сирией, в частности нормализовать ее отношения с Израилем.
Флагманом текущих дискуссий стала статья «По ту сторону Ирака», опубликованная в журнале Foreign Affairs президентом Совета по международным отношениям Ричардом Хаасом и директором Центра Сабана по ближневосточной политике при Институте Брукингса Мартином Индиком. В ней авторы, обсуждая ближневосточную политику США за пределами Ирака, пишут, что Израиль не потерпит другой ядерной державы в регионе и примет самые жесткие меры для пресечения даже возможности появления у других стран средств по созданию ядерного оружия. Свою решимость он уже неоднократно демонстрировал, когда в свое время подвергал бомбардировкам территории Сирии и Ирака. Нет никаких оснований ожидать от Израиля иного отношения к ядерной программе Ирана.
Правда, в Соединенных Штатах, да и в Израиле, понимают, что в случае бомбардировки Израилем иранских объектов реакция последует незамедлительно: нападениям подвергнутся израильские и американские военнослужащие во всем регионе вплоть до Афганистана. И именно такая цепочка неизбежных следствий всерьез дестабилизирует ситуацию. Интересно, что из сказанного Хаас и Индик делают вывод о том, что камнем преткновения здесь является именно Иран и только его следует удерживать от опасных односторонних действий.
Сдержать Иран удастся в том случае, если Израиль сможет найти общий язык с Сирией, которая сегодня является стратегическим партнером Тегерана, через которого тот в значительной степени осуществляет свою политику на всем ближневосточном пространстве. Считается, что именно через Сирию Иран оказывает поддержку таким организациям, как ХАМАС и Хезболлах.
В Америке сегодня считают, что вероятность на успех при розыгрыше сирийской карты является наиболее высокой по сравнению с остальными имеющимися альтернативами (речь идет, например, о достижении договоренностей между Израилем и Палестиной или прямых переговорах с Ираном без предварительного союза с Сирией). Во-первых, угроза со стороны Ирана сделает Израиль более сговорчивым. Если в 2000 году, когда Иран еще не был столь значимым фактором, Сирия и Израиль были в шаге от достижения приемлемых для обеих сторон договоренностей (вывод израильских войск с Голанских высот в обмен на толерантное отношение к Израилю), то сегодня, пишут авторы, речь идет уже о возможности стратегического партнерства между двумя странами ради стабильности в регионе. И если Барак Обама предоставит обеим сторонам нужные им гарантии от Соединенных Штатов, то подобная сделка вполне может состояться.
Переориентация Сирии и параллельная сделка с Москвой (оказание Россией политического давления на Иран в обмен на нерасширение НАТО на восток, отказ от размещения противоракетных радаров в Восточной Европе и содействие во вступлении России в ВТО) изменят ситуацию в регионе настолько, что Иран не просто окажется вынужденным отказаться от военной ядерной программы, но и увидеть в таком отказе реально выгодную альтернативу.
Если принять во внимание те обращения, которые Барак Обама сделал с начала этого года в адрес исламского мира, равно как и его признание права Ирана на собственную ядерную программу в мирных целях (с условием бдительного контроля со стороны международных структур), то можно предположить, что сегодня Белый дом пытается реализовывать именно описанную выше повестку. Однако похоже, что она демонстрирует не только непосредственные намерения Соединенных Штатов, но и то, каким Америка видит или хотела бы видеть реальное положение дел в регионе. При этом вопрос о том, какова же на самом деле внешнеполитическая реальность на Ближнем Востоке, остается весьма спорным. Это касается как Израиля, так и Сирии и Ирана. Реакция, последовавшая на статью Хааса и Индика, стала отдельным тому подтверждением.
Так, в мартовском номере Foreign Affairs публикуется письмо Д. Голда и Ш. Шапиры, которые в 1999 году были дипломатами в команде израильского премьера Биньямина Нетаньяху. Они утверждают, что тогда в переговорах с Сирией Нетаньяху вовсе не намеревался выводить войска с Голанских высот и, более того, администрация президента Клинтона неоднократно высказывалась в поддержку данной позиции. В своем ответе Хаас и Индик вынуждены были обвинить самого Нетаньяху в неискренности, а авторов письма — в ревизионизме истории, указав на факты, косвенно подтверждавшие готовность Израиля в 1999 году покинуть Голанские высоты.
Более того, в марте журнал Commentary опубликовал обширную статью члена редколлегии Wall Street Journal Брета Стефенса, в которой автор приводит целый ряд доводов о том, что попытка заключения союза с Сирией будет ошибкой как для Израиля, так и для США. Причиной тому является неспособность сирийского руководства в лице президента Башара Асада последовательно выполнять договоренности. Стефенс, анализируя политику Сирии в исторической перспективе, как во время правления Хафеза Асада, так и после прихода к власти Башара Асада, приходит к выводу о том, что Израиль и США в лучшем случае потеряют время, пытаясь договориться с Сирией, но желаемого противовеса Ирану всё равно не получат.
Отдельное возражение на позицию Хааса и Индика выражает профессор международных отношений Университета Джорджа Вашингтона Амитаи Этциони, чья статья «Дорога в Дамаск» публикуется на страницах издания The National Interest. Даже если Израилю и Сирии удастся договориться на взаимовыгодных условиях, на это уйдет не менее двух лет. А этого срока хватит Ирану, чтобы стать ядерной державой. Более того, переориентация Сирии не позволит изолировать Иран, поскольку он поддерживает активные связи с такими странами, как Россия, Китай, Венесуэла и др. Поэтому единственным эффективным способом сдерживания иранской угрозы являются прямые переговоры между Вашингтоном и Тегераном. И чем скорее это будет усвоено в администрации президента Обамы, тем больше времени останется у Соединенных Штатов для предотвращения военного кризиса или ядерной гонки вооружений в регионе.
Таким образом, ситуация на Ближнем Востоке, похоже, останется неопределенной независимо от того, насколько определенной и последовательной будет политика США. Однако в любом случае конкретные действия Вашингтона станут главным фактором, влияющим на изменение ситуации. Поскольку президентские выборы пройдут в Иране уже в июне, следует ожидать, что конкретные сигналы от США в ближайшие месяцы будут достаточно интенсивными. Насколько же успешно каждой из заинтересованных сторон, включая не только Сирию, но и Россию, удастся использовать эту ситуацию в своих интересах, похоже, сможет показать только время.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
