Конфликт — это генератор социальной энергии, которую следует направить в правильное русло, а вовсе не искоренить в ее источнике. Конфликты являются неотъемлемой особенностью любого общества: даже в наиболее плюралистических они ослабевают, но не исчезают.

Дарендорф родился 1 мая 1929 года в Гамбурге, в семье влиятельного члена социал-демократической партии. Во время войны, ещё школьником, был арестован за членство в нелегальной молодёжной антигитлеровской организации.

После войны начал обучение в Гамбургском университете, где изучал философию и классическую филологию. В 1952 году защитил диссертацию о Марксе, затем провёл два года в Лондонской школе экономики. Там же написал диссертацию уже по социологии (о неквалифицированных британских рабочих).

Вернувшись в Германию, работал ассистентом в Университете Саарбрюккена, где готовил диссертацию о классовых конфликтах. После её защиты в 1957 году получил должность профессора в Гамбургской академии народного хозяйства. Кратковременно был членом правительства Вилли Брандта.

С 1958 по 1960 год провёл в США. Результатом этой поездки стал его знаменитый курс лекций «Прикладное просвещение. Общество и социология в Америке» (1963).

Дарендорф сочетал свои научные занятия с широкой политической и международной деятельностью (директор Европейского социологического центра, комиссар от Европейского сообщества и др.).

В 1974 году был выдвинут на пост ректора Лондонской школы экономки, который он занимал до 1984 года. В 1987 году за научные и политические заслуги был посвящён в лорды Великобритании.

По возвращении в Германию и до выхода на пенсию в 1994 году преподавал в университете города Констанц. После выхода на пенсию продолжал активную политическую и публицистическую деятельность.

Дарендорф оказал огромное влияние на формирование немецкой послевоенной социологии, в первую очередь благодаря своему основательному знакомству с американской социологией и американским обществом. В работе «Прикладное просвещение. Общество и социология в Америке» Дарендорф стремился показать, что течение социологических идей более не направлено из Европы в США, напротив, Европа идёт за Америкой. Специалисты (в частности, Римма Павловна Шпакова, на сведения которой во многом опирается данный текст) считают, что именно благодаря усилиям Р. Дарендорфа в немецкой науке укоренилась неопозитивистская методология, положения которой он принимал и широко пропагандировал. (Не стоит, конечно, понимать данный процесс прямолинейно — как простое заимствование Европой американских научных разработок в послевоенный период. Дело в том, что неопозитивизм — континентальный (прежде всего австрийский) феномен, «перебравшийся» в США и другие англосаксонские страны перед Второй мировой войной. Речь, таким образом, шла всё же о возвращении неопозитивизма, хотя и в новом статусном качестве.)

В работе «Прикладное просвещение» Дарендорф не только анализировал теории американской социологии, но и показывал, каким образом они являются отражением устройства и функционирования конкретного — американского — общества. Получалось, что будущее за американской социологией постольку, поскольку американские социальные практики, массовая культура и т.д. распространяются по миру. Дарендорф крайне высоко оценивал достижения американской культуры. Он писал: «Американское общество представляет собой величайший эксперимент рационального освоения мира в истории человечества».

Это не означало, что он не видел недостатков американского общества и американской социологии, которая, как он полагал, закрывает глаза на многие негативные стороны социальной действительности (антиинтеллектуализм, дискриминация неграждан, высокая бедность в США).

Особенно критично он оценивал структурно-функциональный анализ (в США его главным представителем был Т. Парсонс). В силу того что он, этот подход, по его мнению, полностью закрывает глаза на такую фундаментальную характеристику общества, как конфликт. Разработка теории конфликта в либеральном политическом ключе — одно из основных научных достижений Дарендорфа. Идеологическая категория «либеральный» использована здесь не случайно — Дарендорф отрицательно оценивал тенденцию к утрате в социологии ценностных и моральных установок. В силу этого Дарендорф, считавший себя последователем Макса Вебера, критиковал тезис последнего о ценностной нейтральности научного знания.

Дарендорф обращался и к фундаментальной социологической проблематике — элементарным категориям социологии как науки (работа «Homo sociologicus», 1959). Такой элементарной «клеткой» социологического анализа не могут быть понятия «социальное действие» (М. Вебер) или «социальное отношение» (Л. фон Визе). По его мнению, элементарной категорией социологического анализа может быть только понятие «социальная роль». Социальная роль — это комплекс ожиданий, которые общество (основной «раздражитель» человека) адресует индивиду. Эти ожидания выражают долженствование или возможность действий, которые отдельные группы адресуют человеку. Человек социологический — это и есть носитель социальных ролей. Овладение социальной ролью в свою очередь составляет существо процесса социализации. Вступая в различные социальные роли, человек отчуждает часть себя обществу, причём ни одна социальная роль не поглощает человека полностью.

Начина с 1980-х годов Дарендорф обратился к теме труда и трансформации труда в современном обществе. Согласно одному из его тезисов, труд уходит из современного общества — людей трудно привлекать к работе, которую они, например, начинают считать непрестижной (феномен, который мы сейчас широко наблюдаем в Москве, где на определённые типы занятости претендуют только мигранты). Смысл труда утрачивается также в силу высокой стандартизации и шаблонных алгоритмов современной трудовой деятельности. Дарендорф искал выход из этой тревожной ситуации. Он полагал, что «общество труда» следует заменить «обществом деятельности» — если труд классически связан с необходимостью, то деятельность, по мнению Дарендорфа, со свободой. Расширение сферы «деятельности» Дарендорф связывал с самодеятельностью и самоорганизацией, а также с феноменом, который Дарендорф называл «инициативой». Любопытно, что многие из «инициатив» относятся к области теневой экономики. Теневые «инициативы» выгодны, поскольку свободны от налогов, но дело не только и даже, видимо, не столько в этом. «Инициативы» также более свободны во многих других отношениях, например с точки зрения распоряжения временем или результатами труда. В теневых «инициативах» выше эффективность труда, выше инициативность и предприимчивость. Инициатива, таким образом, неформальный, часто теневой вызов прогрессирующей рутинизации, стандартизации и бюрократизации человеческой деятельности.

Конфликт — важнейшая тема для всего творчества Дарендорфа, которую он разбирал как на теоретически-спекулятивном уровне, так и анализирует эмпирически, на материале конкретных исследований. Он считал, что конфликты являются неотъемлемой особенностью любого общества: даже в наиболее плюралистических они ослабевают, но не исчезают. Теория конфликта Дарендорфа является, как уже упоминалось выше, либеральной, то есть он не считает, что современному обществу присущи непримиримые конфликты (как это принято считать, например, в марксизме), которые непременно должны вести к революции. Для Дарендорфа принципиально, что любой социальный конфликт можно сделать контролируемым, а энергию конфликта превратить в конструктивную силу для созидания новых социальных структур.

Теория конфликта Дарендорфа никак не утратила актуальности в том числе в нынешней российской ситуации. Вдумаемся, например, в следующее его рассуждение:

Вопреки часто выражаемому предположению, полное манифестирование конфликтов всегда уже является шагом к их ослаблению. Многие столкновения приобретают свою высшую степень интенсивности и насильственности тогда, когда одна из участвующих сторон способна к организации, есть социальные и технические условия, но организация запрещена и, таким образом, отсутствуют политические условия. Историческими примерами этого являются конфликты как из области международных отношений (партизанские войны), так и конфликты внутри общества (индустриальные конфликты до легального признания профсоюзов). Всегда наиболее опасен не до конца доступный для понимания, только частично ставший явным конфликт, который выражается в революционных или квазиреволюционных взрывах. Если конфликты признаются как таковые, то часто с ними не так много связано. Тогда становится возможным смягчение их форм. (Здесь и далее цитируется работаЭлементы теории социального конфликта )

Напряжение конфликта, согласно Дарендорфу, тем сильнее, чем ниже мобильность между конфликтующими сторонами (неважно, располагается ли ось конфликта на горизонтальной или вертикальной оси): «Вертикальная и горизонтальная мобильность, переход в другой слой и миграция всегда способствуют снижению интенсивности конфликта».

Самым бесперспективным способом устранения конфликта являются попытки его подавления: «В той мере, в какой социальные конфликты пытаются подавить, возрастает их потенциальная злокачественность, вместе с этим стремятся к ещё более насильственному подавлению, пока наконец ни одна сила на свете не будет более в состоянии подавить энергию конфликта».

Согласно Дарендорфу, конфликты следует не подавлять, а регулировать. Для мирного разрешения конфликта важно, чтобы он был манифестирован, организационно оформлен, а затем канализирован в мирное русло по определённым правилам игры. Последние, согласно Дарендорфу, представляют собой типовые соглашения, конституции, уставы и т.п., которые «могут быть эффективны только в случае, если они с самого начала не отдают предпочтения одному из участников в ущерб другому, ограничиваются формальными аспектами конфликта и предполагают обязательное канализирование всех противоположностей».

Не следует во что бы то ни стало стремиться устранять причину конфликтов. Конфликт — это генератор социальной энергии, которую следует направить в правильное русло, а вовсе не искоренить в её источнике.

Перефразируя Гераклита, Дарендорф утверждал следующее: «Возможно, конфликт является отцом всех вещей, то есть движущей силой изменений, но конфликт не должен быть войной и не должен быть гражданской войной. Пожалуй, в рациональном обуздании социальных конфликтов заключается одна из центральных задач политики».

Лоренц Йегер в сегодняшнем некрологе (Frankfurter Allgemeine Zeitung ) следующим образом очертил глубокую связь научной и личной стороны поведения Ральфа Дарендорфа:

«Вспоминая о нём, я могу сказать, что свою научную решимость к разрешению конфликтов он выдающимся образом сохранял и в личном поведении. Он был необычайно либеральным собеседником. Ему была совершенно чужда личная обида на то, что его собеседник высказывал взгляды, отличающиеся от его собственных, тем более он не считал это опасностью для идеальной общественной цели. Он учтиво излагал свою позицию, без пылкого усердия, но с величайшей определённостью. И бесконечно верил в возможность некатастрофического разрешения конфликтов…»

Немецкому социологу, таким образом, удалось редчайшее сочетание интеллектуальных взглядов и собственного образа жизни.