Кажется, что вся музыка стала цифровой: кто может, покупает в iTunes и Amazon, кто не может — слушает её в социальных сетях или качает через торрент-трекеры. Правообладатели страшно сердятся и преследуют за копирование. Однако социологические исследование показывают, что, хотя продажи CD и снизились, но «цифра» вовсе не убила «пластик», а те, кто скачивают музыку, покупает её чаще, чем те, кто не умеет.
Агентство The Leading Question опросило английских любителей музыки и выяснилось, казалось бы, невероятное — они предпочитают покупать CD или слушать потоковое аудио, а не заниматься файлообменом.
По данным агентства, доля тех, кто регулярно качает музыку из сети, постоянно снижается: с 22% в декабре 2007 года до 17% в январе нынешнего, 2009-го. Самое значительное падение отмечено среди тинейджеров в возрасте 14–18 лет: доля постоянно качающих музыку среди них снизилась с 42% до 26%. И это вопреки тому, что доля тех, кто хотя бы однажды скачивал что-нибудь из Сети, увеличилась с 28% в декабре 2007-го до 31% в январе 2009-го.
Тех, кто покупает треки в сети ежемесячно — 19%, качает — 17%. И хотя доля тех, кто регулярно раздает музыку альбомами — 13%, покупателей музыки в цифровом формате — 10%. The Leading Question отмечает, что отношение скачанных и купленных треков с декабре 2007-го (4:1) сократилось к январю 2009-го в два раза — 2:1. Вообще подростки предпочитают знакомиться с новой музыкой через YouTube, потом конвертировать её в mp3.
Вслед за первым, The Leading Question выпустило и другой пресс-релиз: «Любители музыки всё еще предпочитают CD скачиванию». По результатам опроса 1000 респондентов в ходе ежегодного «Speakerbox survey», оказалось, что, несмотря на увеличивающуюся долю продаж цифровой музыки:
— 73% всё ещё испытывают радость, скорее купив CD, чем загрузив музыку;
— 66% тинейджеров предпочитают CD;
— 59% любителей музыки слушают CD каждый день;
— 23% скорее нарежут CD, чтобы поделиться музыкой, а вот 18% сделают это по Bluetooth. А всего по рукам пойдет 17% треков и 13% альбомов.
Для технически не слишком подкованных потребителей музыки первое их знакомство с цифровой музыкой начинается, когда они засовывают CD в компьютер. А продвинутые пользователи музыки покупают CD, не выказывая ни малейших признаков того, что «цифра» может заменить «реальное (CD) потребление» музыки. Даже те, кто подписан на Napster или Musicstation (сайты, берущие абонентскую плату за скачивание музыки), тратят на CD больше, чем те, кто обходится без подписки: £16,87 против £11,37 в месяц. Те, кто слушает потоковое аудио на своих компьютерах каждый день, также больше тратят на покупку CD (£12,17 в месяц) и цифровой контент (£7,02 в месяц, тогда как средний размер таких трат — £3,81).
В своё время в интервью программе «Аргентум» на «Эхе», Земфира сказала, что удивлена, почему народу, который перестал ходить в музыкальные магазины, не хочется взять в руки упаковку с CD, полистать книжечку. Если бы Земфира была старше, то была бы не меньше удивлена какой-то суетной мизерностью jewel box CD по сравнению с LP, особенно с теми, в которых был альбом, вкладки, открытки… — то, что тогда называлось «дела». Открыть запечатанную пластинку — это было целое действо, сродни раскапыванию клада: эстетика вещей, их тактильности. Теперь кажется, что вещи как материальный объект — что-то вроде неизбежного зла, особенно те, что создают повседневность. И хотя зачастую они сделаны так, чтобы исчезнуть в процессе использования, они сподручны, их как бы нет, и это лучшее, что может случится с дизайном.
Но вот музыка перешла в другой формат, она виртуализировалась. Более того, я знаю тех (и у них это не поза), кто намеренно не смотрит клипы с исполнителями любимой музыки, и если бы было можно, то и не заморачивался бы запоминанием имён и названий. Может, это и лень, но и скорее знак того, что потребление музыки переходит в другую форму.
С одной стороны, её значение в жизни уже такое, каким было в 1960-х, а с другой стороны — нет времени. Плейер сделал музыку сподручной. Цикл потребления укоротился: из Сети в ухо. Всякое портативное устройство, становясь частью одежды, интенсифицирует информационный поток. Музыку продают по трекам. Если вы автор и хотите концептуальности, то стройте пластинку, как Кортасар свой «62. Модель для сборки».
Нейл Янг пожаловался на качество цифровой музыки — mp3-звука. Но даже если бы этот стандарт и допускал лучшее качество, то расслышать его в полной мере можно было бы только при высоком уровне громкости, а это бы сильно сажало уши. Янг, разумеется, перфекционист: в студии, по его словам, он пишется на плёнку, не в цифру. Интересно его замечание: «Я не слушаю музыку, которая звучит у меня в голове. Надеть наушники — ад для меня. Я могу слушать mp3 только на расстоянии в полмили, чтобы у воздуха был шанс сделать этот звук естественным».
Только отстранённость: музыка не в уши, а в тело. Такая музыка — скорее ритуал. От месс до клубов. Это больше похоже на бытование музыки в традиционных обществах. В обществах современных музыка заполняет собой практически всё акустическое пространство. Даже шум перекодируется в её понятиях. И тут mp3 уже не одиночество, отсроченность, подвешенность коммуникации iPod'а, а напоминание, тег настроения. В Токио каждая станция имеет такой свой звуковой маркер, короткую, на два-три такта, мелодию. Рингтон.
Музыка, чистое медиа. Контейнер для смыслов, объект с методами. Он заполняется, наследуется, но для каждого из нас остаётся его частным. Как всякое медиа — это zeitgeist, и потому всё время хочется чего-то нового, более того, записанного буквально на днях. Всё так, как будто музыка имеет свойство новостей — стареть. Но она действительно стареет. Если это музыка не из моей личной истории, то она уже не может оцениваться с точки «современно — не современно», поскольку она не сопереживалась, не сопрягалась с моим временем, со мной.
Музыка — тег, с помощью которого в социальной сети можно маркировать своё состояние: что я сейчас слушаю.
Опросы The Leading Question отмечают падение файлообменных практик среди подростков, что можно объяснить не только близостью к вершинам поп-музыки и популярностью потоковых аудио- и видеосервисов YouTube, MySpace, Spotify, Pandora, но и общим изменением баланса интереса не в пользу музыки. Кроме того, некоторые просто опасаются подхватить вирус. Или получить предупреждение от провайдера при файлообмене через сеть. Поэтому многие меняются саморезанными копиями или используют Bluethoth. В конце концов, они готовы заплатить — и платят.
Их прагматизм — в трезвом учёте количества кликов, которые будут потрачены на поиски, соображений безопасности и того, сколько это всё может стоить в деньгах. Ни романтики, ни идеологии. Просто тег состояния души.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
