Как выбирали место для строительства храма Христа Спасителя, где должна была б располагаться библиотека в здании Дворца Советов, чем отличается он от Дома Советов ЦИК и что хранилось под плитами церкви Малюты — очерк от сообщества idu_shagayu.
Были на экскурсии «Тайны Чёртова Болота». В начале прогулки нам вручили вот такие вот забавные рисованные карты с предстоящим маршрутом.
Наша прогулка началась от ст. м. Кропоткинская, от храма Христа Спасителя.
Храм был воздвигнут по инициативе Александра I в благодарность Богу за спасение России от наполеоновского нашествия. Изначально разместить сооружение было решено на Воробьёвых Горах, стройка даже началась, шла первое время довольно интенсивными темпами, но вскоре строительство заглохло из-за трудностей, возникших с грунтом, он впоследствии был признан непригодным для возведения на нём храма. Новое место для храма, на Волхонке, было выбрано уже Николаем I.
Примечательно, что эта местность ранее называлалась Чертольем. Своё название она получила по ручью Черторый, который вытекал из Козьего болота, протекал вдоль нынешнего Бульварного кольца и впадал в Москву-реку. Сильно наполняясь водой весной и летом во время ливней, ручей промыл глубокий овраг. В народных говорах такой овраг называли чертороем. Вот и стали местность называть Черторьем, а затем Чертольем. Превращение «р» в «л» не затемнило первоначального значения слова: мол, чёрт рыл этот овраг.
Перед постройкой храма находившиеся на этом месте постройки были куплены и снесены, был снесён и располагавшийся там Алексеевский женский монастырь, его принудительно перевели в Красное село.
Сохранилось предание, что игуменья монастыря, недовольная переездом, прокляла это место и предрекла, что ничто не устоит на нём долго, что в общем-то и случилось впоследствии — храм Христа Спасителя был разрушен большевиками в 1931 году для постройки на его месте Дворца Советов — грандиозного административного здания, места празднеств, съездов и т.д.
По проекту Дворец Советов должен был достигать высоты 420 м и должен был стать самым высоким зданием мира, его должна была венчать огромная статуя Ленина, в которой планировалось разместить библиотеку (по слухам — в голове у Ленина). Дворец Советов также должен был стать центром архитектурного ансамбля, включавшего в себя «сталинские высотки», которые стали бы его окружением. Масштабному проекту не суждено было быть осуществлённым, хотя фундамент его уже начали закладывать, но дальнейшему продолжению строительства помешало начало войны. Формально от строительства Дворца советов отказались в конце 1950-х.
Впоследствии были построены только «7 сестёр» — высотки МГУ, МИД и т.д. На месте же заложенного фундамента Дворца Советов устроили открытый плавательный бассейн «Москва», который просуществовал до 1994 года. С 94-го года было начато воссоздание храма Христа Спасителя в том виде, в котором он существует по сей день. Сейчас, правда, меняют скульптурные медальоны в тимпанах кокошников на бронзовые, что, кстати, противоречит изначальному проекту постройки.
Далее, следуя по Волхонке, мы повернули на самую короткую улицу Москвы — Ленивку (самой короткой — по одной из версий, по другой, самой короткой является улица Венецианова).
Название Ленивки известно с XIX века. В разное время улица также называлась Ленивый Торжок и Ленивый Вражек. Первое название — Ленивый Торжок — дублирует название рынка (торга, торжка), находившегося здесь в конце XVII века (ленивыми назывались торги, где товар продавался прямо с телег), второе — Ленивый Вражек — название оврага, по которому протекала речка Ленивка, левый приток Москвы-реки. Это название, как полагают, было дано речке за тихое течение, особенно — по сравнению с соседним Черторыем, но более вероятно, что овраг (и речка) был назван по Ленивому торжку.
Волхонка, 7 / Ленивка, 6 — доходный дом купцов Лобачёвых (1904, арх. Н.Г.Лазарев) с угловым эркером, увенчанным башенкой с флюгером.
Композиция фасадов дома традиционна для кон. XIX в. и не несёт черт новаторства. В декоре и формах карниза заметны мотивы модерна. Сюжетика лепнины компилятивна — панно и тяги с растительным и плодовым орнаментами сочетаются с изображениями животных, в том числе доисторическим ящером, или мифической саламандрой, и скульптурными женскими головками с весьма недобрым взглядом.
Экскурсовод рассказал забавную историю: во время летнего смога москвичи часто смотрели на флюгер дома, в надежде, что ветер переменится и принесёт долгожданное облегчение. Ветер так и не переменился, но вот на крышу всё-таки кто-то залез и развернул флюгер в другую сторону — если гора не идёт к Магомеду... Наверно выдумка:
После Ленивки заглядыветм в Лебяжий переулок, в начале которого перед нами предстаёт на первый взгляд совершенно безликий обшарпанный дом, но это только на первый взгляд. Почти под крышей дома сияют в солнечных лучах очень красивые майолики, жаль, что находятся они слишком высоко, чтобы снизу можно было их как следует рассмотреть.
Дом, который находится перед нами — доходный дом П.Г. Солодовникова, он был перестроен архитектором Гончаровым из служебного корпуса находившейся здесь ранее усадьбы. Это один из доходных домов, построенных на средства мультимиллионера Гаврилы Гаврилыча Солодовникова, который почти всё своё громадное состояние завещал государству (Пётр Гаврилович — его сын — был его душеприказчиком и руководил распоряжением средств пожертвования совместно со специальной комиссией).
Майоликовые панно представляют собой несколько картин: какие-то витязи, девушка (якобы это певица Забела — супруга М. Врубеля), рыбки и даже драконы и грифоны. Сведения об авторстве майолик расходятся. Называется А. М. Васнецов. Предполагают, что несколько эскизов принадлежат Врубелю, а также, что Врубель делал все рельефные фигурки композиции. Плитка изготавливалась в Абрамцевских мастерских. Дом, кажется, планируется снести, так что можно считать, нам повезло его увидеть.
Далее мы переходим Большой Каменный мост, по дороге любуемся Кремлём.
А при спуске с моста видим на противоположной стороне набережной заключённую в оковы реку Неглинку, это она в своде набережной за чугунной решёткой.
Согласно одной версии, река получила своё название из-за топей, болот в её русле: неглинок — болотце, болотистое место с ключами. По другой версии, название реки произошло от песчаного, «неглинистого» дна.
Спустившись с моста, попадаем, собственно, на Болото — местность в Москве, низменность напротив Кремля между правым берегом Москвы-реки и её старицей (ныне Водоотводным каналом). До 2-й половины XVIII века из-за низких берегов эта местность затоплялась во время дождей и весенних паводков и действительно представляла собой болото. К осушению болота привело строительство Водоотводного канала в 1783—1786.
В старину здесь устраивались кулачные бои, на которые приезжал смотреть царь, а в XVII—XVIII веках Болото было местом публичных казней. Здесь были казнены Емельян Пугачёв и его сподвижники. После осушения, с конца XVIII века, и вплоть до революции в 1917 году Болото было крупнейшим торговым центром Москвы. После революции лавки переоборудовались в склады. В 1946—1948 годах, к 800-летию Москвы, на Болоте был разбит сквер с фонтаном и цветниками по проекту архитектора В. И. Долганова.
Собственно, от «Болота» Болотная набережная, например, получила своё название. Ну а мы двигаемся в другую сторону от Каменного моста — на Берсеневскую набережную, к «кровавому замку» — знаменитому дому на набережной.
Берсеневская набережная получила своё название ещё в XIX веке. Название дано по той причине, что тут, когда то была местность Берсеневка, на которой был государев красный сад, в котором рос шиповник и крыжовник. Начиная с 17 века, как и во многих станах Европы, в России крыжовник был едва ли не самой популярной ягодой, только звался он иначе — берсень или берсень-крыж.
Дом на набережной. Официально — Дом Советов ЦИК и СНК, в обиходе — Домом правительства. Но каких только прозвищ не давали ему затем москвичи: и «Расстрельный дом», и «этап ГУЛАГа», и «кремлёвский крематорий», и «Допр» (это означало одновременно и «Дом Правительства», и «Дом предварительного заключения»)… После публикации в 1976 году знаменитой повести Юрия Трифонова его навсегда окрестили Домом на набережной.
Решение о строительстве Дома правительства было принято Советом Народных Комиссаров в 1927 году, когда стало очевидно, что все жилплощади, занятые служащими госаппарата, перенаселены. С весны 1918 года такими жилищными площадями в столице являлись: Кремль, в котором проживали 1 257 человек, а также гостиницы «Националь», «Метрополь» и другие, где обитал 5 191 человек из числа ответственных работников и заслуженных революционеров. Кроме того, аппараты и наркоматы нуждались дополнительно в полутора тысячах ответственных работников, в то время как свободных комнат на правительственном балансе числилось лишь 29.
Москва всегда страдала от перенаселения. И выход из создавшейся ситуации виделся один — строительство Дома правительства, причём такого, чтобы признаки новой жизни проступали в нём во всём коммунистическом величии. Когда решение было принято, потребовалось отыскать место под застройку с совершенно определённым условием — оно должно быть недалеко от Кремля. Искомое место нашлось на так называемом Болоте — территории за Большим Каменным мостом, на противоположном от Кремля берегу Москвы-реки.
К началу строительства дома пейзаж этого столичного уголка был следующим: на стрелке острова, у развилки Москва-реки и обводного канала, домик в стиле «модерн» со ступенями, сбегающими к воде — Императорский Московский речной яхт-клуб, он был открыт в 1867 г. К 1911 г. в яхт-клубе состояли 124 активных члена и насчитывалось около 40 гребных и парусных судов. Командором яхт-клуба и основным меценатом в 1915 г. был известный предприниматель, владелец огромной водочной и коньячной империи — Сергей Николаевич Шустов, директор товарищества «Н.Л. Шустов с сыновьями».
За яхт-клубом — красными кирпичными корпусами вставали цеха фабрики товарищества «Эйнем», учреждённого в 1867 году (нынешний «Красный Октябрь»). Потом — первая московская трамвайная электростанция (к ней мы ещё вернёмся), управление трамваев (сохранившееся) и трамвайный круг (уже не существующий), а за ними — остатки винно-соляных складов, пролёт Якиманки и Каменного моста и, наконец, «каменный рынок», расположенный как раз на месте бывших царских садов. В общем, место должно было быть торгово-заводским, но по стечению обстоятельств здесь вырос грандиозный памятник социалистической эпохи.
Дом на набережной был построен по проекту Б.М. Иофана на месте, где до этого находились винно-соляные склады, что нашло отражение в архитектуре его внутренних дворов. По первоначальному проекту дом должен был быть красным, как и Кремль, однако, в связи с нехваткой денег, внешние стены дома стали серыми. 12-этажный дом на набережной с 505 квартирами (24 подъезда) стал одним из самых крупных домов в Европе.
На этажах по две квартиры. В квартирах был дубовый паркет, художественная роспись на потолках. Фрески делали специально приглашённые из Эрмитажа живописцы-реставраторы. На потолках красовались пейзажи разных времён года, цветы, фрукты. Дом включал в себя клуб (ныне Театр эстрады), кинотеатр на полторы тысячи мест, спортивный зал, универмаг, прачечную и амбулаторию, сберкассу и отделение связи, детский сад и ясли. Подъезд дома № 11 — нежилой, в нём нет ни квартир, ни лифтов. Предполагается, что отсюда или прослушивали квартиры жильцов других подъездов, или за стенами скрыты некие тайные помещения. Помимо этого подъезда в доме имелись конспиративные квартиры чекистов. Чекисты работали в доме под видом комендантов, консьержей, лифтёров и в своих квартирах встречались со своими осведомителями. Многие жители дома были репрессированы целыми семьями. Существует статистика, что из 2745 человек, живших в доме, было расстреляно 242 человека. Именно поэтому на экскурсии и окрестили этот дом кровавым замком.
Фактически во дворе Дома на набережной находится трамвайная электростанция, по сей день действующая. Электростанция была создана специально для энергоснабжения трамвайных линий. Построена в 1907 г.
Достаточно редким в промышленной архитектуре явлением является включение в неё элементов явно не функциональных, тем не менее фасад электростанции изначально украсила башенка со шпилем, очень похожая на церковную колокольню. До того, как элекростанцию заслонили высокие стены дома на набережной, её башня возвышалась над болотным островом, словно башня крепости — московского Тауэра.
Башня была призвана вписать электростанцию в общий архитектурный ансамбль с расположенными напротив неё кремлёвскими соборами и башнями, равно как и с существовавшим тогда храмом Христа Спасителя. К сожалению, на сегодняшний день башня лишена своего шпиля. Поговаривают, что ГЭС уберут с острова, а в её здании разместят экспоцентр (лишний раз приходит на ум аналогия с Лондоном, только теперь с электростанцией Баттерси).
По преданию, «на болоте» располагаются палаты и домовая церковь Малюты Скуратова — жестокого приспешника Ивана Грозного. И несмотря на то что этому факту нет доказательств, за церковью Николы на Берсеневке — построенной на месте старой через сто с лишним лет после смерти Малюты — закрепилось название «церкови Малюты».
Вид на церковь из двора Дома на набережной.
Сегодня кажется невероятным, что одна из самых красивых и благодатных церквей Москвы имеет отношение к такому человеку. Но у её стен давняя история, они не раз перестраивались, и, возможно, страшная находка прошлого века — сотни черепов под старыми церковными плитами — изначально была скрыта как раз под трапезной Малюты.
Современные эксперты думали, что черепа эти «расстрельные», то есть относящиеся к постреволюционному периоду, но исследование эту версию опровергло — они покоятся под плитами с XVII века. А сами «Малютины палаты», которые правильнее было бы назвать палатами Аверкия Кириллова, были заложены боярином Берсенем Беклемишевым в царствование Василия III.
Но и с ним приключилась страшная история: боярин был казнён царём за «переченье» и несогласие. Достроил палаты думный дьяк Аверкий Кириллов уже в царствование старшего брата Петра I Фёдора Алексеевича (1676—1682 годы). Считается, что Аверкий ведал царскими садами. Но несмотря на вполне мирную должность, думный дьяк тоже долго не прожил — был убит во время стрелецкого бунта в Хованщину.
Палаты Аверкия Кириллова.
Во дворе палат находится колодец, он явно новый, но традиция загадывать желание, глядя в глубину колодца, уже зародилась. Желание непременно должно быть хорошим, только в этом случае оно исполнится.
В этой связи с таинственной тематикой нашей прогулки можно напомнить и тот факт, что, пока волжская вода канала Москва — Волга не пополнила Москву-реку, мальчишки из Дома на набережной обнаружили в подвалах церкви и «Малютиных палат» несколько подземных ходов, ведущих на другой берег Москвы-реки. В тех ходах черепов было не сосчитать, и иногда какой-нибудь «головой» малолетние сорванцы запросто играли в футбол. Там же, в этих ходах, в замурованной нише нашли женский скелет в цепях, но когда нишу вскрыли — от соприкосновения с воздухом он рассыпался. Теперь уровень грунтовых вод поднялся на несколько метров, и все ходы затоплены. А легенды продолжают жить.
На этом наша таинственная прогулка почти закончена, мы в последний раз любуемся видом московского Тауэра с Патриаршего моста и по нему возвращаемся к храму Христа Спасителя и, уже изрядно замёрзшие, отправляемся по домам.
Текст публикуется с сохранением авторской стилистики и орфографии. С другими материалами автора и с их обсуждением вы можете ознакомиться в его блоге и в сообществе idu_shagayu.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Новоиерусалимский шатёр хотят демонтировать.
Письмо в координационный Совет Народного Фронта. - Развитие - через сохранение.
Заявление Координационного совета Общественного движения «Архнадзор». - «Расстрельный дом» и дом Быкова .
От края пропасти к реестру объектов культурного наследия. - Памятники Московской окружной железной дороги исчезают один за другим.
Мосгорнаследие информирует ГУВД о преступлении по ст. 243 УК РФ . - Каждый объект на контроль жителя.
«Общение москвичей и власти должно быть взаимным, а сигнал – проходить не только сверху вниз, но и снизу вверх». - Достали достопримечательное место.
В Москве ломают знаменитый стадион «Динамо». - Медиа, инновации и история.
«Развитие новых медиа важно не само по себе, а своим эффектом – трансформацией коммуникаций». - Сам себе эксперт.
Как же легко манипулировать вами, уважаемые... Стыдно. - Разгром «Детского мира».
Свежие свидетельства разрушения интерьеров знаменитого универмага. - Уволен главный архитектор Москвы.
Кто ещё ответит за отсутствие инфраструктуры в новостройках?
