О том, что Дания переживает рецессию, известно в Лозанне. Тем не менее в лозаннском международном Институте развития менеджмента (IMD) решили, что именно эта небольшая страна с пятимиллионным населением должна лучше перенести бушующую в мире экономическую бурю. Считается, что датская экономическая модель очень кризисоустойчива. Но можно ли её воспроизвести где-либо, кроме Дании?
«Мы переживаем самый тяжёлый кризис за последние полвека», — утверждает Нильс Бернстейн, глава центрального банка Дании. По его мнению, этот и следующий год будут очень сложными для датской экономики. Безработица может вырасти втрое, а ВВП, вероятно, начнёт расти только в 2011 году. Насколько упадёт ВВП в этом году, никому не известно. Мартовский прогноз ЦБ — минус 1,5%, майский — минус 3% (за год).
О том, что Дания переживает рецессию, известно и в Лозанне. Тем не менее в лозаннском международном Институте развития менеджмента (IMD) решили, что именно эта небольшая страна с пятимиллионным населением должна лучше перенести бушующую в мире экономическую бурю. В рейтинге IMD Дания заняла первое место по кризисоустойчивости. Как объясняет профессор Стефан Гарелли, датчане создали чрезвычайно стабильную, но при этом гибкую и способную быстро реагировать на изменение окружающих обстоятельств социально-экономическую модель.
Текущие и прогнозируемые экономические показатели, по данным The Economist Intelligence Unit
| 2008 | 2009 | 2010 | 2011 | 2012 | 2013 | |
| Рост/падение ВВП, % | —1,3 | —3,5 | 0,0 | 0,9 | 1,4 | 1,5 |
| Инфляция, % | 3,4 | 1,2 | 1,3 | 2,0 | 2,2 | 2,0 |
| Дефицит/профицит общего баланса реального государственного сектора, % ВВП | 3,6 | —2,5 | —5,8 | —2,0 | 0,6 | 0,8 |
| Сальдо платёжного баланса, % ВВП | 2,1 | 2,3 | 2,4 | 2,3 | 2,1 | 1,9 |
| Средний курс датской кроны к доллару | 5,10 | 5,59 | 5,39 | 5,27 | 5,15 | 5,07 |
| Средний курс датской кроны к евро | 7,49 | 7,46 | 7,46 | 7,46 | 7,46 | 7,46 |
Консенсус и компромисс
Недавно датчане лишились привычного премьер-министра. Либерал Андерс Фог Расмуссен, стоявший во главе правительства с 2001 года, подал в отставку ради поста генсека НАТО. Фог Расмуссен был очень популярен. Любовь граждан он заслужил главным образом тем, что, придя к власти, заморозил налоги.
Вообще говоря, когда-то Фог Расмуссен хотел не просто заморозить налоги, а решительно сократить их. Действительно, налоги в Дании, мягко говоря, не низкие (иногда даже говорят, что реальный подоходный налог там самый высокий в мире). Например, работающий датчанин со средними доходами для начала должен отдать 8% заработанного в фонд занятости. Налоговый вычет составляет 41 тыс. крон (8 тыс. долларов). С того, что сверх этого, берут 8% на здравоохранение, 6% отходит государству в виде подоходного налога и в среднем 25,5% достаётся муниципалитету (система описана приблизительно; с подробностями можно познакомиться непосредственно на сайте датских налоговиков). Будущий премьер-министр вполне справедливо считал, что это слишком, и даже изложил свою реформистскую программу в книге под названием «От социального государства к минимальному».
Книжка вышла в 1993 году. Её автор был по датским меркам отчаянным радикалом. Но датская политическая культура — это культура компромисса и консенсуса, и радикалам в датской политике мало что светит.
Когда через восемь лет Фог Расмуссен привёл Либеральную партию к власти, он был уже другим человеком. Консенсус стал для него более важной ценностью, чем реформы, и он вёл себя соответствующим образом. Налоги при нём не росли, но и не снижались. Что самое забавное — если хорошенько посчитать, то оказывается, что на самом деле налоги были заморожены ещё при социал-демократах, в 1993 году. Социал-демократам просто не пришло в голову об этом объявлять (у их избирателя другие ценности), а на граждан введение социал-демократическим правительством экологических налогов произвело такое впечатление, что они не заметили повышения налоговых вычетов. Либералы в этом смысле оказались ловчее: если сравнить 2005 год с 2001-м, то налоговое бремя чуть-чуть выросло, но поскольку абсолютные ставки налогов не менялись, то этого почти никто не осознал. Так или иначе, датское государство получает в виде налогов и перераспределяет более половины ВВП. Это очень много.
Флексикьюрити
Почему датская культура консенсуса не превратилась в культуру стагнации? И почему стремление к равенству, точнее говоря, к выравниванию доходов — а в Дании самый низкий уровень имущественного расслоения в мире — не превратило датчан в халявщиков и лентяев? Ответ на второй вопрос дать очень сложно — конечно, если не прибегать к шаманским заклинаниям о национальной своеобычности и генетическом трудолюбии. Но ответ на первый вопрос существует. Дело в том, что в здоровом обществе вполне может сложиться консенсус по вопросу необходимости реформ. Именно это случилось в Дании (и в других скандинавских странах) в начале 80-х, когда модель классического социального государства стала давать сбои и постепенно загнивать.
В 1982 году на выборах победили консерваторы. Они привели в порядок финансы, но не могли справиться с безработицей, превышавшей 10%. Эту проблему решили социал-демократы. Премьер-министр Поуль Нируп Расмуссен изобрёл для этого штуку под названием «флексикьюрити» (flexicurity = flexibility + security). Флексикьюрити — это сочетание самого гибкого в Европе рынка труда с очень высокими пособиями по безработице. Кажется, очень просто, но безработица от этого упала в 4 раза.
Датскому предпринимателю никто не мешает увольнять работников, поэтому он не боится их нанимать. Рынок труда в стране просто кипит. За год работу теряет каждый пятый датчанин. И в этом нет ничего страшного, потому что люди, потеряв одну работу, быстро находят другую. Датские профсоюзы не возражают, потому что социальная защищённость датских трудящихся, вероятно, самая высокая в мире. Для некоторых групп населения величина пособия по безработице составляет 120% от заработка (налоги так высоки, что их на это хватает). Почему они не сидят на нём вечно? Потому что правительство и соседи (налогоплательщики) активно побуждают их искать работу, которую к тому же на рынке, не скованном железными цепями пожизненного найма, найти легко.
Загадочная датская модель
Гибкость датчан проявляется не только на рынке труда. В Дании — самый свободный в Европе финансовый рынок и одна из самых открытых экономик. Пенсионную систему Дании незаметно дореформировали до такого состояния, что почти у всех есть личные пенсионные накопления. Эксперты ОЭСР с восхищением пишут, что датским политикам удалось убедить большинство работающих граждан самостоятельно откладывать на старость, сохранив при этом систему социальных пенсий для всех жителей.
Другая особенность Дании — исключительно высокий уровень децентрализации. Большая часть чудовищных датских налогов тратится там, где собирается, и люди видят, на что они идут (а от этого, согласитесь, всё-таки немного легче). Кроме того, граждане держат своих чиновников на коротком поводке и заставляют их заниматься тем, что люди считают важным и полезным. Сейчас, например, в стране идёт реформа сектора государственных услуг, потому что люди хотят за те же деньги получать от государства больше услуг более высокого качества. Ведь государство через налоги перераспределяет примерно половину ВВП. Граждане это хорошо осознают и требуют, чтобы их обслуживали как следует. Чтобы сэкономить на масштабе, в стране провели муниципальную и административную реформу, сократив количество административных единиц (и поголовье государственных и муниципальных служащих). Во многих случаях коммуны сами хотели объединить ресурсы, но полицию и суды укрупняли сверху.
На кризис датское правительство отреагировало снижением налогов на общую сумму 4,85 млрд долларов (ВВП страны в 2008 году составил более 200 млрд долларов). Налоги будут снижать начиная с 2010 года. Парламент оказался даже сговорчивей, чем ожидало правительство; правда, снизить верхнюю ставку подоходного налога правящей коалиции меньшинства всё-таки не удалось, зато средних налогоплательщиков уравняли с бедными. Министр экономики и лидер консерваторов Лене Эсперсен назвала решение парламента исторической налоговой реформой, которая резко повысит конкурентоспособность (и без того конкурентоспособной) страны. В её словах есть некоторое преувеличение: снижение подоходного сопровождается ростом экологических налогов, акцизов на сигареты и вредную еду (газировку и чипсы). Однако это, безусловно, знаковое событие. Если антикризисное снижение налогов приведёт к экономическому росту, то политика ослабления налогового пресса может быть продолжена.
Некоторое время назад американский журнал Time пытался выяснить у датчан, как вообще может существовать успешная экономика при таком уровне налогообложения: вдвое выше, чем в США! Датчане объяснили, что дело в том, что они, датчане, презирают формальности, всё критикуют и не признают авторитетов. И прибавили: в Дании 5 млн населения, и все в каком-то смысле родственники. Американцы махнули рукой и списали эффективность безумной датской модели на загадку датской души.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
