Михаил Якушев: «Не запрещать и ограничивать, а расширять возможности»
Нижняя палата парламента (мажилиса) Казахстана приняла в первом чтении законодательные поправки, ужесточающие государственный контроль над интернетом. Если закон будет принят окончательно, то любой чат в QIP или Skype будет приравнен к организации митинга, а блог в «Живом журнале» — к расклейке прокламаций. Со всеми вытекающими последствиями для автора.
Казахстан демонстрирует urbi et orbi пример «несимметричного» развития.
С одной стороны, это одна из самых динамичных (спасибо нефти) экономик на пространстве Евразии, в некоторых секторах идущая даже впереди «старшего брата» — России (например, в области трудового законодательства). Программа «2030» (именуемая в народе «половина девятого») ставит целью вывести Казахстан к указанному году в число 10 самых технологически развитых стран мира.
С другой стороны, под руководством «мудрого папы» — президента Назарбаева — Казахстан осторожно, с оглядкой на европейские структуры (ведь в 2010 году Астана будет председательствовать в ОБСЕ), но упорно движется к модели, которую сами казахстанские политологи не стесняясь именуют «суперханством». Они оправдывают это тем, что не помешал же средневековый политический строй в Арабских Эмиратах превратить Дубаи в глобальный технологический инкубатор.
Мудрость и осторожность «президенту-хану» в самом деле нужна как воздух. Как иначе балансировать между заявленными в программе «2030» футурологическими целями и с каждым днем укрепляющимся режимом личной власти? Декларировать приверженность европейским ценностям («десятая часть территории Казахстана лежит в Европе!») и подавлять оппозицию по вполне каримовско-ниязовско-лукашенковским лекалам? Лавировать между выдавливанием русскоязычного населения из общественной и экономической жизни и призывами к российскому бизнесу активнее инвестировать в Казахстан (выход в конце апреля на местный рынок компаний Mail.Ru и ESET — только из последних примеров)?
Еще одно противоречие, которое стоит перед Астаной, заключается в том, что виртуальное пространство Казахстана (другими словами, домен .kz) и близко не может конкурировать с влиянием домена .ru. В сентябре 2009 домену .kz исполняется 15 лет, но в плане онлайнового пространства Казахстан по-прежнему находится в составе России. И в этом Нурсултан Назарбаев (а государство и Назарбаев в Казахстане — синонимы) видит серьезную помеху в движении к автократии без берегов.
Как признает ответственный секретарь Агентства по информатизации и связи Казахстана Батыр Маханбетажиев, «динамика развития ресурсов Казнета остается очень низкой». Число сайтов в национальном домене Казахстана, по официальным данным, около 6 тысяч. «А должно быть не меньше 100 тысяч!» — добавляет чиновник.
Главный редактор газеты «Вечерний Алматы» Светлана Мищенко подтвердила, что до сего дня никаких ограничений на регистрацию сайтов в доменах .ru, .com или .org в Казахстане не существовало: «Это можно сделать в любой фирме, которая занимается регистрацией доменных имен, за полчаса и за вполне приемлемые деньги».
Но регистрация даже в «экстерриториальном» домене не гарантирует спокойной жизни казахстанским пользователям Сети.
Осенью прошлого года казахстанские пользователи ЖЖ обнаружили, что доступ в их «уютные жежешечки» перекрыт. Заодно лишились доступа к ЖЖ и блогеры соседнего Кыргызстана, которые уж точно ни в чем перед Нурсултаном Абишевичем не провинились, но которые имеют несчастье жить «ниже по течению» общего с Казахстаном кабеля, которым заведует «Казахтелеком». Киргизы немедленно бросились жаловаться лично Эндрю Полсону, тогдашнему обладателю прав на LiveJournal.
Официально «Казахтелеком» блокировку популярного ресурса никак не комментировал. Однако среди самих блогеров моментально пополз слух: причиной является появление в ЖЖ за несколько дней до этого, 3 октября 2008 года, блога опального зятя Назарбаева — Рахата Алиева. В нем бывший муж старшей дочери президента Дариги, скрывшийся от гнева тестя в Вене, прямо объявил Назарбаеву информационную войну. Пользователи интернета узнали мельчайшие подробности из жизни «папы», вплоть до того, ноутбук какой модели стоит у того на прикроватной тумбочке.
По мнению юриста из Алма-Аты Татьяны Сальниковой, версия о том, что ЖЖ был закрыт из-за появления там блога опального члена первой семьи Казахстана, выглядит неубедительно: «Алиеву хочется представить себя политическим беженцем, чуть ли не главным оппозиционером Назарбаева. На деле же, когда человек такого уровня опускается до тупого криминала, государство должно было на это реагировать, — считает Сальникова. — Был же у нас премьер-министр Кажегельдин, тоже сбежавший за границу. Но он в ЖЖ блогов не открывал. Всё равно ведь казахстанские блогеры пользуются анонимайзерами, так что, каковы бы ни были причины закрытия доступа в ЖЖ, они не достигают своей цели. Здесь не политика, здесь чистой воды экономика: когда ресурс зарегистрирован не в домене .kz, непонятно, как брать налоги за рекламу, за пользование трафиком и т.д.»
Интересно, что это мнение алма-атинского юриста слово в слово повторяет в первом же посте своего блога сам Рахат Алиев: «В том, что сегодня происходит, нет никакой политики. Одна, так сказать, экономика».
При этом, по официальным же данным, только 14% населения страны имеют доступ к Сети. Поэтому мнение моей собеседницы о том, что закрытие ЖЖ из-за семейной ссоры в правящей семье — это стрельба из пушки по воробьям, похоже на правду. Ситуация в точности описывается поговоркой «Паны дерутся — у холопов чубы трещат».
Как полагает директор московского Института проблем информационного права Андрей Рихтер, опасения вызывает то, что форум, блог, чат и другие интернет-инструменты казахстанский законопроект недвусмысленно предлагает приравнять к средствам массовой информации.
«По сути, — считает г-н Рихтер, — насильственное придание авторам блогов и участникам чатов статуса журналиста, а всем интернет-ресурсам — статуса СМИ приведет к неоправданному ограничению свободы выражения мнения в интернете, что противоречит обязательствам Казахстана как члена ОБСЕ. С другой стороны, приравнивание журналистики к блогерству повлечет за собой выхолащивание профессионализма, размывание стандартов работы и, в конце концов, снижение социальной ответственности и роли традиционных СМИ в обществе. Всё это неминуемо ведет к уменьшению свободы СМИ в Казахстане».
Батыр Маханбетажиев, выступая в Астане 9 апреля, ссылался на то, что внесенный в нижнюю палату парламента (мажилис) законопроект представляет собой взвешенное среднее между жесткими схемами регулирования интернета, существующими в Северной Корее, Китае, Иране и некоторых других государствах, с одной стороны, и либеральной евро-американской моделью — с другой. Авторы закона отдельно указывают, что «специальные отраслевые законы, регулирующие российские сегмент сети Интернет, в Российской Федерации отсутствуют».
Таким образом, Казахстан и в этом имеет шанс обогнать «старшего брата».
К слову, генеральный директор ECDL Russia (The European Computer Driving Licence, «Европейские компьютерные права») Мария Лазарева высказывается за мягкий вариант государственного регулирования — в целях «выработки правил игры и противодействия негативным тенденциям». С точки зрения г-жи Лазаревой, назрела потребность во введении кодекса сетевого общения, в том числе с привлечением тех, кто занимается социальными сетями как бизнесом.
Решение мажилиса от 30 апреля 2009 года вполне укладывается в продекларированную Астаной еще в прошлом году официальную «Концепцию формирования и развития единого информационного пространства казахстанского сегмента интернета на 2008—2012 годы». В концепции определено, что «государство должно взять на себя роль катализатора происходящих перемен, координатора действий всех участников Казнета».
P.S.: По всей видимости, интернет-пространство между Китаем и США выстраивается таким образом, что промежуточные позиции занимают Казахстан, Россия и некоторые страны Европы. По мере того как интернет становится всё более значимым медиа, государственнические настроения берут вверх и Сеть начинают причесывать так, как будто это и есть телевидение.
К сожалению, каждый шаг от свободы — это рынок, подаренный Google и другим игрокам свободного рынка, потому что в интернете обмануть людей труднее: они легко могут почерпнуть информацию из других источников — везде, кроме Китая и некоторых стран, которые решились ему последовать. Разница только в том, что Китай представляет собой страну-континент с герметичной культурой, системой управления и письменностью, он самодостаточен и при этом быстро развивается, в то время как его подражатели, думая отрезать интернет, в действительности отрезают себя. Это не страшно для маленькой хунты, но той же России такой подход грозит потерей всех внешних рынков для интернет-бизнеса по тому же принципу, как мы потеряли Украину и Беларусь для российских телеканалов.
