Как вы думаете, какую роль могут сыграть презервативы в борьбе с повышением уровня углекислого газа в атмосфере Земли, соответственно с глобальным потеплением? Оказывается, самую непосредственную.
Население планеты катастрофически увеличивается. Потому применение противозачаточных средств способно спасти и планету, и отдельные страны от экологического коллапса и всеобщей нищеты.
Как вы думаете, какую роль могут сыграть презервативы в борьбе с повышением уровня углекислого газа в атмосфере Земли, соответственно с глобальным потеплением? Оказывается, самую непосредственную. Население планеты катастрофически увеличивается, по мнению английской неправительственной организации Optimum Population. Фонд появился в 1991 году. «Остановитесь на двух!» — призывают организаторы добропорядочные семьи, то есть не стоит обзаводиться кучей детей, подумайте… О чём? Сэр Дэвид Аттенборо, известный натуралист и телеведущий, который стал покровителем фонда Optimum Population в прошлом году, считает, что увеличение численности населения угрожает… безопасности дикой природы. Кроме того, мы ответственны и за изменение климата и глобальное потепление тем, что выдыхаем слишком много углекислого газа в атмосферу. Каждые 4 фунта стерлингов, потраченные на программу планирования семьи, предотвращают выброс 1 тонны углекислого газа в атмосферу. Для достижения того же результата необходимо тратить 8 фунтов на программы по озеленению, 15 фунтов — на разработку и внедрение ветряных двигателей, 31 фунт потребует производство солнечной энергии, 56 фунтов — разработка новых типов двигателей.
Поэтому борьба за сокращение рождаемости — экономически выгодная цель прогрессивно мыслящей части цивилизованных стран, прежде всего Европы и Америки. Тут и презервативы, и другие противозачаточные средства помогут самым прямым образом. Ничего личного, только безопасность. Разумеется, для безопасности планеты численность человеческой популяции, например англичан, должна сокращаться не менее чем на 0,25% в год. Словом, с какой стороны ни посмотри — увеличение населения губительно для нас же самих.
Однако мы привыкли слышать, что Россия вымирает и демографическая ситуация в нашей стране находится в катастрофическом положении. Причём главным признаком вымирания для истерических «футурологов» является уровень естественной убыли населения, хотя одновременно они пытаются измерять уровень нашего развития уровнем рождаемости и абсолютно уверены в том, что именно низкий уровень благосостояния, разрушенная система здравоохранения и отсутствие должной социальной поддержки — главные причины нежелания русских (славянских народов) обзаводиться семьями и детьми. Мы полагаем, что такой российский показатель, как 1,3, катастрофически мал по сравнению со стандартным показателем нормального воспроизводства — 2,1 (речь идёт о количестве родов на одну женщину). Мы обвиняем 90-е, власть, иммигрантов в том, что Россия доведена до «вымирания», и отчаянно негодуем, когда американские эксперты или представители ООН утверждают, что нашу страну могут спасти только мигранты от окончательного и бесповоротного самоуничтожения. А уж о так называемой исламизации России и говорить не приходится. К тому же считается само собой разумеющимся, что мусульмане, в отличие от русских, активно воспроизводят себя, то есть с потомством, с количеством детей на одну семью, у них проблем нет и быть не может. Все перечисленные «положения» являются устойчивыми стереотипами нашего нынешнего сознания, как общественного, так и индивидуального.
Да, оценивать депопуляцию только по уровню естественной убыли населения без учёта естественной её прибыли и прежде всего коэффициента фертильности нелепо. Именно сравнение двух показателей и может дать объективную картину того, что же происходит с Россией. Депопуляция — это такая убыль населения, при которой уровень рождаемости недостаточен для компенсации даже очень низкого уровня смертности. Известный российский демограф Владимир Борисов подсчитал, что в среднем, при 1,5-детной семье население страны уменьшается наполовину через 50 лет, а при однодетной — через 24 года.
Поэтому эксперты справедливо полагают, что в России депопуляция на 98% зависит от чрезмерно низкой рождаемости и на 2% — от чрезмерно высокой смертности. Замечу, кстати, что в СССР 1964 года рождаемость впервые перестала обеспечивать воспроизводство населения, а в 1992 году, когда скрытая депопуляция стала явной, население России стало убывать.
Но парадоксальность современной «депопуляции» России заключается как раз в том, что по уровню воспроизводства, а значит, и по скорости «вымирания» мы находимся на том же самом уровне, что и… 30 ведущих европейские стран. И один лишь уровень естественной убыли населения (за 16 лет с 1992 года естественная убыль населения России составила 12,3 млн человек) ничего не может нам сказать о том, насколько травмирована нация историческими катаклизмами.
В 1900 году 24,7% населения Земли обитало в Европе. Сегодня же её население всего лишь десятая часть. К 2025 году, по оценкам экспертов Европы, где средний показатель рождаемости 1,48 ребёнка на одну женщину, европейцев на планете будет всего лишь 7%. Чем выше уровень благосостояния, тем ниже уровень рождаемости, и никакими экономическими механизмами не возможно объяснить вымирание Европы. Обычно грешат на экономическую неуверенность в завтрашнем дне и безработицу, но рождаемость в бедной бывшей ГДР выше, чем в богатой западной части Германии. Впору спрашивать о другом: кто быстрее и эффективнее вымирает — Европа или Россия?
Словом, пресловутый «золотой (сытый) миллиард» своими же собственными руками парадоксальным образом обеспечивает собственное вымирание, не обращая никакого внимания на своё исключительное положение и состояние по сравнению со всем остальным населением Земли. А если обратиться к опыту тех же США, то за последние четверть века количество белого населения сократилось с 80 до 50%, и только в 2006 году, впервые за 35 лет (!), рождаемость в США достигла уровня, обеспечивающего естественное воспроизводство населения без учёта иммиграции, коэффициент фертильности — соотношение числа родов к общему числу женщин в стране — достиг 2,13.
Экспансия мусульман и исламской культуры по всему миру — одна из самых актуальных тем, которые обсуждает экспертные сообщества, политики, демографы развитых стран. Ориана Фаллачи в своей книге «La Forza della Ragione» («Сила разума») утверждает: «Европа всё больше и больше превращается в провинцию ислама, в колонию ислама… Чтобы поддерживать на одном уровне число работающих, Европейский союз нуждается в 1,6 млн иммигрантов ежегодно; а чтобы поддерживать нынешнее соотношение между работающими и пенсионерами, ежегодно требуется потрясающее воображение число иммигрантов — 13,5 млн. Образующийся вакуум заполняется исламом и мусульманами. Пока христианство спотыкается на каждом шагу, ислам остаётся крепким, агрессивным и амбициозным. В то время как европейцы размножаются недостаточно, да ещё, как правило, в зрелом возрасте, мусульмане размножаются в больших количествах начиная с молодого возраста» (см. Даниэль Пайпс. Мусульманская Европа // New York Sun, 11 мая 2004 года).
Этот миф культивируется и активно используется писателями, публицистами, исследователями. Уверенность в том, что мусульманский мир не испытывает никаких проблем с воспроизводством, — именно миф, который треплется из статьи в статью. Для того чтобы это понять, надо прежде всего помнить, что сокращение уровня рождаемости охватывает все страны и культуры. Армянский исследователь Грант Микаелян в своей недавней статье, что называется, со статистикой в руках также разрушает устоявшийся миф: «Всего за семь лет репродуктивное поведение населения исламских государств Северной Африки и Юго-Западной Азии претерпело серьёзные изменения. Сокращение рождаемости, пусть и с некоторыми колебаниями, происходит повсеместно, причём в некоторых государствах (Оман, Катар) сокращение рождаемости произошло почти вдвое, в то время как в других оно происходило медленнее, как например в Саудовской Аравии или в Йемене». Известный демограф Кристоф Вандескрик считает, что сокращение рождаемости у народов юга будет происходить даже быстрее, чем в той же Европе. Причём любопытно: показатели мусульманских стран аналогичны тем же показателям европейских стран 60-х годов. Не говоря уже о том, что представители мусульманского мира, ассимилируясь в Европе, отнюдь не отказываются перенимать европейскую культуру и традиции цивилизованной малодетности. Тот же Даниэль Пайпс упоминает о феномене мусульманской модернизации: «По причинам, которые так до конца и не ясны (образование женщин? Доступность абортов? Взрослые слишком заняты собой, чтобы иметь детей?), модернизация ведёт к резкому снижению рождаемости. Кроме того, если мусульманский мир подвергнется модернизации, иммиграция в Европу станет менее привлекательной». Исследователь American Enterprise Institute Бен Уаттенберг считает, что семьи иммигрантов быстро становятся похожими на коренные европейские.
Потому не стоит принимать без всяких оговорок такие заявления той же Орианы Фаллачи: «Около 5% населения Европейского союза, или почти 20 млн человек, идентифицируют себя в настоящее время как мусульмане; если имеющаяся тенденция сохранится, к 2020 году это число увеличится до 10%. Если немусульмане сбегут подальше от нового исламского порядка, что выглядит вполне возможным, то континент в течение нескольких десятилетий может стать преимущественно мусульманским».
Но самое парадоксальное заключается как раз в том, что даже у экспертов нет однозначного понимания того, что же в действительности хуже для современного мира — сокращение рождаемости или, наоборот, её повышение. Деятельность неправительственного фонда Optimum Population тому подтверждение, но это всего лишь один из центров. Обеспокоенность европейцев понятна. Плотность населения в Европе намного выше, чем в США (27 человек) или европейской части России (29 человек), — 119 человек на 1 кв. км. Им совершенно недоступно обитание на таких просторах, как у нас, особенно за Уралом, где плотность населения такая же, как и плотность населения Homo sapiens в эпоху неолита — 1 человек на 1 кв. км. Поэтому каждый новый человек на территории Европы оценивается со всех сторон многочисленными комиссиями и экспертами.
Но и в самой России тот же Анатолий Вишневский, директор Центра демографии и экологии, полагает, что не более двух детей в семье — это признак европейской цивилизованности. И не видит никаких проблем с сокращением числа молодёжи и старением общества. Да, старение общества охватывает все континенты и культуры. «В глобальном масштабе число жителей в возрасте 60 лет или старше почти утроится, увеличившись с 743 млн в 2009 году до 2 млрд в 2050 году, когда впервые в истории число таких людей превысит число детей в возрасте до 15 лет», — отмечает в своём докладе генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун. Но интервью академика газете «Известия» (14 сентября 2001 года) заканчивается категорическим выводом: «Снижение населения отдельно для России плохо, для Германии — плохо. Но для мира в целом — хорошо. Нельзя свои эгоистические чувства ставить выше интересов жизни на Земле».
Так что же в действительности лучше для России — не ставить свой эгоизм выше интересов планеты или продолжать изобретать политические и демографические шаги в направлении всё-таки повышения уровня рождаемости, увеличения, так сказать, доли молодёжи в населении Российской Федерации? Протоиерей Александр Ильяшенко, настоятель храма Всемилостивого Спаса бывшего Скорбященского монастыря на Новослободской, автор книги «Большая семья — большие надежды: Демография и нравственность» и отец 12 детей, полагает, что России необходима реабилитация семьи и сельского хозяйства ( «Родит ли Российская земля собственных Платонов? — Парламентарии о мигрантах и демографии»).
В конце концов, у нас есть резерв и для одного, и для второго варианта. Мы быстро становимся цивилизованными — не спешим создавать семьи и обзаводиться детьми к 20 годам. Карьера, самореализация, творческая активная жизнь всё больше становятся идеалом молодой части российского общества, особенно в крупных городах. Не хотят россияне обзаводиться «избыточным» количеством детей — и не надо. К тому же границы открыты и перемещаться в современном мире в любом направлении несложно.
Словом, многодетные семьи России не грозят, как бы ни возмущались сторонники патриархального уклада жизни. В 2006 году, по результатам опроса фонда «Общественное мнение», даже в идеальных условиях (то есть при идеальном уровне благосостояния и государственной поддержки) далеко не все участники опроса готовы были стать многодетными родителями. 7% вообще не хотели бы иметь детей, ещё 8% ограничились бы одним ребёнком, 40% готовы были воспитать двоих малышей. А четырёх и более малюток готовы были растить только 12% опрошенных.
Чем плохо с точки зрения интересов и России, и планеты?
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Первое послание Большого брата.
Веганы организовываются, чтоб захватить мир и сделать его лучше . - Демография и демократия.
Народа нашего к несчастью,
Являемся его мы частью. - Парадоксальный вопрос абортов в России.
Абортов меньше не там, где их сделать труднее, а там, где их делать незачем. - Сергей Капица: «Я не сторонник катастрофического взгляда на жизнь».
Светлана Конеген расспросила Сергея Петровича Капицу о демографической теории и состоянии отечественной науки. - Как работает родовой сертификат?
Реализация программы на примере региональной женской консультации. - Маша Макарова: «Я вам должна сказать, это просто царские роды были».
Звёзды рок- и поп-музыки выступили в защиту семей, выбирающих домашние роды и здоровый образ жизни . - Искусственные детки.
Всё об экстракорпоральном оплодотворении в России. - Всероссийская перепись населения — 2010.
- Эмансипация в таблетках.
Рыбки-транссексуалы наступают. - Умереть с комфортом.
Составлен рейтинг государств, наиболее удобных для встречи со смертью.
