Недавний саммит СНГ, прошедший в Кишинёве, неожиданным образом привлёк к себе интерес. Встречи в рамках Содружества уже давно не попадают в фокус журналистского внимания по очевидной причине: из бракоразводной конторы трудно сделать что-то действенное и работающее. А потому каждый новый саммит СНГ, как правило, в информационном пространстве рассматривается сквозь призму одного вопроса: «Больной скорее мёртв, чем жив, или, наоборот, скорее жив, чем мёртв?»
Но последняя встреча в постсоветских верхах приковала к себе интерес в связи с резкой активизацией внешнеполитической активности новой молдавской правящей коалиции. В самом деле, такая активизация создателей коалиции «За европейскую интеграцию» кажется вполне логичным шагом, поскольку на внутреннем фронте основные тактические задачи решены. Давний руководитель Молдовы Владимир Воронин перешёл в разряд депутатов от оппозиции. Победившая же коалиция смогла избрать спикера (им стал Михай Гимпу), затем утвердить его в должности и.о. президента и, наконец, сформировать правительство во главе с Владимиром (Владом) Филатом. Впереди, правда, выборы президента — первая проба состоится 23 октября. Однако в случае её провала (а затем и второй пробы) досрочные выборы ранее 2010 года не пройдут. А значит, есть время для выплеска энергии вовне.
Поэтому наступило время озвучивать внешнеполитические установки, тем паче что этот блок проблем тесно связан с внутриполитической динамикой. В Молдове это в первую очередь проблема Приднестровья, которая, с одной стороны, ключевой вопрос для определения состоятельности молдавского государства и национальной идентификации его граждан, а с другой — критически важный сюжет во взаимоотношениях с РФ, Украиной, Румынией, Европейским союзом и США.
В итоге в конце сентября новые коалиционеры озвучили широкий спектр претензий к России: вывод войск из Приднестровья, интернационализация мирного урегулирования и возможный выкуп акций «Газпрома», который «монопольно» распоряжается местной энергетикой. И всё это под бодрые комментарии сторонников новой коалиции о том, что СНГ — это «старуха, ждущая смерти».
Однако саммит прошёл. Нынешний и.о. президента Молдовы Михай Гимпу родил новую метафору относительно Содружества: «Видите ли, старуха ещё хочет жить!» Более того, власти постарались пресечь возможные уличные эксцессы сторонников «унири» (объединения с Румынией) и противников «имперской власти». Красиво была обставлена и процедура передачи эстафеты председательства в СНГ от Молдовы РФ. Чем же объясняются такие неожиданные (или, напротив, ожидаемые) развороты в политике новых молдавских властей?
Во-первых, если внимательно приглядеться ко всем требованиям нового молдавского правительства, то нельзя не увидеть в них старых, хорошо знакомых по временам президентства Владимира Воронина идей. Это стремление к интернационализации мирного урегулирования, окончательный вывод остатков 14-й армии со всеми складами из Приднестровья, европеизация (которая не снималась с повестки дня и в период полного доминирования компартии). Пожалуй, только одно отличие можно обнаружить в риторике победившей коалиции: её стремление к сближению с Румынией и преодоление воронинского наследия в этом вопросе. Не будем забывать, что план Дмитрия Козака (создание федеративной Молдовы) похоронила именно команда Воронина, который в своей риторике по отношению к приднестровцам допускал, как говорили коммунистические вожди времён СССР, значительные перегибы. Чего стоит одно только сравнение ПМР с мусорной свалкой!
Во время позднего Воронина лидеру молдавской компартии было уже не до Приднестровья. Он боролся за сохранение власти, используя при этом и «ностальгический ресурс», и поддержку Кремля. Думается, получи он всё то, что хотел, в скором времени мы бы и от него услышали призывы к «новым европейским» подходам к разрешению приднестровской проблемы. Новая же коалиция не имеет (по крайней мере пока) широких связей с Москвой. Но эта задача вполне ей по плечу. Тем более если Москва поймёт, что новая власть сильная и пришла надолго. Так уже было в Абхазии с Сергеем Багапшем, где изначально не принимаемый Кремлём политик стал затем стратегическим союзником. Показательно, что во время саммита в Кишинёве Дмитрий Медведев предпочёл «не заметить» своего вчерашнего партнёра Владимира Воронина (ныне рядового депутата), а проводил время в обществе Мариана Лупу, возможного будущего президента республики, вчерашнего коммуниста, а ныне лидера Демократической партии.
Впрочем, и в своём внешнеполитическом наступлении новые коалиционеры уже сделали некоторые важные оговорки. Тот же Владимир Филат высказался в том духе, что «не дело каждого назначенного правительства определять сроки вывода этого контингента из Приднестровского региона. Главное, чтобы Россия строго следовала ранее достигнутым договорённостям». 1 октября 2009 года по итогам своего визита в Брюссель молдавский премьер заявил, что трансформация нынешнего миротворческого механизма необходима, но она должна решаться только в результате дискуссий между всеми участниками мирного процесса.
Таким образом, мы можем констатировать, что национальный эгоизм определял поведение и молдавских коммунистов, и антикоммунистов. И те и другие предпочитали видеть иных миротворцев и иных гарантов мирного процесса. И те и другие стремились к снижению роли РФ на Днестре. Коммунистов при этом отличала аккуратность, и в своей борьбе за новый статус-кво они не увлекались так, как это делал Саакашвили. Воронин и Ко чётко знали, где необходимо ударить по тормозам. Хочется надеяться, что у их оппонентов с этим также всё в порядке, а прагматизм для них намного более важен, чем политическое актёрство в духе грузинского лидера.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
