Американские и европейские аналитики обсуждают перспективы взаимоотношений двух главных полюсов западного мира.
С начала нового тысячелетия существование единого мировоззрения у Европы и Америки всё чаще ставилось под вопрос. Сегодня западные аналитики уже всерьез задаются вопросом о том, чего же на самом деле у США и стран ЕС больше — сходств или различий.
Наличие во время холодной войны общей и однозначной угрозы со стороны СССР объединяло Соединенные Штаты и страны Западной Европы в единый идеологический блок, делая все другие разногласия внутренними и второстепенными. Однако после ее окончания все ранее скрывавшиеся под ковром конфликты обострились. С начала нового тысячелетия существование единого мировоззрения у Европы и Америки всё чаще ставилось под вопрос. Сегодня западные аналитики уже всерьез задаются вопросом о том, чего же на самом деле у европейских стран и США больше — сходств или различий.
Военная операция Америки и ее союзников в Ираке, пожалуй, наиболее остро проявила имеющиеся расхождения. Тогда, в 2003-м, западное интеллектуальное пространство стало полем резкого столкновения двух идеологий: американских неоконсерваторов, одним из ключевых представителей которых стал Роберт Кейган, и европейских пацифистски настроенных интеллектуалов социально-демократического толка, среди которых были такие известные личности, как Умберто Эко, Жак Деррида, Юрген Хабермас и др. (см. ряд ключевых для этой дискуссии публикаций здесь). Основным пунктом расхождения стал вопрос о том, как, при каких условиях и во имя чего должна применяться сила международным сообществом против отдельно взятого государства. Конкретно речь шла, разумеется, об Ираке, и американцы оправдывали военную интервенцию, тогда как европейцы ее осуждали.
Со времен тех дискуссий прошло уже около шести лет, в Америке уже официально говорят о выводе войск из Ирака, а в международной жизни произошло множество событий не менее значимых, чем иракская кампания. Однако дискуссии по всем новым вопросам в отношениях между Европой и Америкой сегодня ведутся всё с тех же позиций и в тех же терминах, что и в начале десятилетия.
Издание The National Interest публикует статью британского журналиста и политического аналитика Джеффри Уиткрофта под названием «Континентальные дрейфы», в которой автор повторяет идею о том, что в основании идеологических расхождений между Евросоюзом и Соединенными Штатами лежит вопрос об эффективности использования военной силы в международной политике. Так, в Америке уже давно считают, что Европа, сокращавшая на протяжении десятилетий военные расходы, превратилась в социальный рай за счет Соединенных Штатов, которые эти расходы лишь увеличивали, во многом исходя из требований безопасности всё той же Европы. Европейцы, со своей стороны, всё меньше хотят поддерживать силовую политику США и всё больше противятся вмешательству Америки в свои отношения с другими странами. Характерным в этом отношении стал вопрос о вступлении Турции в Евросоюз, который усиленно лоббировался Америкой, но не получил поддержки в Европе. В глазах европейцев Америка продолжает ассоциироваться со страной оружия и религии, тогда как сами европейцы занимают всё более пацифистскую политическую платформу и всё реже ходят в церковь.
Уиткрофт повторяет распространенную ныне идею о том, что такая разница в мировоззрении Америки и Европы вызвана их историческим опытом: триумф Америки дался ей сравнительно легкой ценой, тогда как десятки миллионов европейцев стали жертвами войн первой половины ХХ века. Однако при этом он ставит и более глубокий вопрос: было ли вообще мировоззрение Европы и Америки когда-либо общим? Атлантический союз в рамках НАТО сегодня считается наиболее ярким примером успешного сотрудничества Западной Европы и США. Но ведь подлинная крепость этого союза так и не была проверена на деле: была бы Америка готова придерживаться договоренностей в рамках альянса и пожертвовать десятком своих городов для защиты Западной Европы, если бы та подверглась нападению со стороны СССР? Этот вопрос автор оставляет без ответа.
В своей статье «США и Европа: партнерство равных», опубликованной в журнале World Policy Journal, редактор германского издания Internationale Politik — Global Edition Пауль Хокенос пишет, что сегодня продуктивное сотрудничество между Соединенными Штатами и Евросоюзом возможно только в случае отказа обеих сторон от того мировоззрения, на котором было построено их взаимодействие в рамках НАТО.
Организация Североатлантического договора — военно-политический союз, который был призван обеспечивать безопасность в Европе, исходя из принципа, коротко сформулированного в 1967 году британским дипломатом и генеральным секретарем НАТО лордом Исмеем: «русских не впускать, американцев не выпускать, немцев не распускать» (точнее: keep the Russians out, the Americans in, and the Germans down). Сегодня же европейская безопасность невозможна без взаимодействия с РФ. Более того, сама эта безопасность связана не столько с вопросами военного характера, сколько с вопросами коллективного взаимодействия в области защиты климата и борьбы с глобальным потеплением, энергетической безопасности и ядерного разоружения. При решении этих проблем центральная роль должна быть отведена именно Евросоюзу, внешняя политика которого год от года обретает всё более определенную идентичность. В таких реалиях взаимодействие между США и Европой возможно только на паритетных началах.
Противоположного взгляда на то, как следует достигать консенсуса во взаимоотношениях США и ЕС, придерживается профессор международной дипломатии Школы международных и общественных связей при Колумбийском университете Стефен Сестанович. Его статья «Не спрашивайте о том, что Европа может для вас сделать» опубликована в журнале Foreign Policy. По мнению Сестановича, распространенные утверждения о том, что американцы — это сторонники жесткой внешнеполитической линии, тогда как европейцы — приверженцы компромиссных подходов, неверны и не подтверждаются историей.
В послевоенные годы наиболее успешного взаимодействия с Европой достигали такие президенты США, как Рейган, Буш-старший и Клинтон. Секрет же их политики заключался в том, что они в известной степени игнорировали мнение европейских держав, будь то в вопросах резкого сближения с СССР в 80-е или жесткой политики на Балканах в 90-е. Европейцы изначально всегда занимали критическую по отношению к Америке позицию. Но если Америка строго действовала согласно своим заявлениям, то они в итоге всегда становились на ее сторону или как минимум принимали достигнутые Америкой результаты.
Ничего, по мнению Сестановича, не изменилось и сегодня. Президенту Бараку Обаме в таких, например, вопросах, как операция в Афганистане, следует обращать меньше внимания на Европу, и в этом будет залог единства позиции Запада в долгосрочной перспективе.
Точки зрения, перечисленные в данных трех статьях, существенно различаются, однако вряд ли можно указать на какую-либо из них как на абсолютно верную или, наоборот, ложную. Видимо, это так потому, что отношения между Европой и Соединенными Штатами действительно имеют множество различных аспектов. И одни из них становятся приоритетными в одних внешнеполитических условиях, а другие — в других. Нет единого и вневременного американского или европейского взгляда на конкретные проблемы, который можно было бы четко и однозначно зафиксировать. Поэтому в вопросах отношений Америки и Европы успеха достигнет, видимо, не тот политик, который будет искать истинно европейскую или истинно американскую линию, с тем чтобы впоследствии их совместить (таких линий просто нет), а тот политик, который отыщет те лозунги, которые будут наилучшим образом отвечать интересам обоих континентов в текущей международной обстановке.
Ссылки:
Geoffrey Wheatcroft. Continental Drifts
Paul Hockenos. U.S. & Europe: Partnership of Equals
Stephen Sestanovich. Ask Not What Europe Can Do for You
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
