Радован Караджич обратился к Каиру и Амману с просьбой предоставить ему документы, свидетельствующие о присутствии в Боснии и Герцеговине в 1992—1995 годах египетских и иорданских наёмников. В качестве адвокатов «брат Радо» решил использовать своих потенциальных недругов.
Это случилось. Главный обвиняемый в военных преступлениях на территории бывшей Югославии — экс-президент самопровозглашённой Республики Сербской Радован Караджич официально призвал Египет и Иорданию защитить его на заседаниях МТБЮ. В своём письме к представителям правительств этих государств он подчеркнул, что именно от их «взвешенной позиции» зависит будущее «мирового правосудия».
Следует отметить, что «мировое правосудие» в лице главного обвинителя трибунала Сержа Браммерца давно требовало от ряда арабских стран подтверждения слов Караджича о том, что активисты «Аль-Каиды» готовили в Юго-Восточной Европе «массовую тренировочную акцию». Которая, как подчеркнул лидер боснийских сербов, была некой подготовкой к «партизанской войне в США», своеобразным итогом которой стала атака на здания Всемирного торгового центра в Нью-Йорке. «Исламисты пытались создать в Югославии очаг напряжённости, — сказал, в частности, Караджич. — Люди, проходившие подготовку в нелегальных лагерях террористов под Амманом и Каиром, хорошо потренировались в Баня-Луке и Пале». Караджич отметил, что лично он располагает данными о «диверсионной деятельности потенциальных международных преступников в БиГ», но его словам в настоящее время не верят ни в МТБЮ, ни в арабском мире. Прокуроры Гаагского трибунала предоставили Караджичу (впервые за два последних года с момента ареста) возможность пообщаться с журналистами. В интервью СМИ «брат Радо» сказал буквально следующее: «Спецслужбы Египта и Иордании следили за исламскими радикалами в Боснии в 90-х, а поэтому должны отыскать в своих архивах документы, свидетельствующие о наличии на территории бывшей СФРЮ арабских преступников, скрывавшихся от законных властей на родине».
Складывается впечатление, что Караджич пошёл на сделку с собственной совестью. Ещё в 1994-м он, будучи главнокомандующим армией Республики Сербской, назвал арабских наёмников, принимавших участие в региональных боевых действиях, «примером попустительства преступных руководителей государств, их породивших». Кто бы мог предположить, что спустя 15 лет после окончания боснийской войны Караджич сможет найти в себе силы выступить, если так можно выразиться, с покаянием-предложением не столько к Западу, сколько к арабскому миру и признать наконец что его фраза: «Все мусульмане могут стать террористами» — не более чем «полемический эксцесс».
В архивах спецслужб Египта и Иордании действительно есть досье на неких полевых командиров, «воевавших в районах Бугойно, Тузлы, Яйце и Зворника». По некоторой информации, Боснийская Федерация, представленная ныне руководством Сараево, сохранила военные карточки, где были записаны практически все «солдаты Аллаха» — активисты исламских движений.
«Я не гнался за государственными должностями, но пока я их исполнял, я исполнял свои обязанности в интересах народа, который живёт в моём сердце. Я горд тем, как исполнял свою должность, без какой-то личной выгоды или личных интересов. Я буду чувствовать себя свободным везде, где бы я ни провёл остаток жизни, — пишет Радован Караджич в ответ на вопросы, переданные ему агентством Reuters. — Я надеюсь, что после суда надо мной вещи будут выглядеть совершенно иначе и, может быть, не будет необходимости ловить и судить кого бы то ни было ещё, включая генерала Младича».
«Я действительно не мечтаю о независимой Республике Сербской. Нет причин, почему БиГ не может существовать с двумя энтитетами, основанными на этническом принципе. Это не первый случай в Европе. Например, посмотрите на Бельгию, Швейцарию и Испанию», — пишет Караджич. Здесь стоит отметить, что бывший президент РС, находящийся более года в отрыве от мира, явно смотрит на него сквозь розовые очки. Ни мусульмане, ни сербы, ни хорваты в БиГ не хотят жить в едином государстве. К тому же мусульманская сторона постоянно тянет одеяло на себя, отбирая всё больше государственных функций РС в пользу мусульманского Сараева.
Как бы то ни было, а Караджич в самое ближайшее время не даст ответа на больной вопрос, который бередит югославскую рану. Но тогда придётся заговорить тем, кто так или иначе стал — вольно или невольно — вершителем судеб людей страны, чей президент в районе Восточных Балкан считается героем.
