Участник секции «Богатые и бедные: где справедливость?» Мирового политического форума-2011, бакалавр экономики Колледжа Беннингона, магистр международных отношений Университета Джона Хопкинса, соавтор книги «Реформирование партнерства: турецко-американские отношения в новой эре» о новом определении бедности, понятиях «бедный» и «богатый», политике Турции в вопросах борьбы с бедностью и о доминировании неолиберальной идеологии в современной экономике.
— Изменились ли за последние десятилетия понятия богатства и бедности? Кроется ли сегодня за понятиями «бедный» и «богатый» тот же смысл, который приписывался им 20 лет назад?
— Давайте посмотрим на количественные данные. За последние 20 лет из бедности вышли сотни миллионов людей по всему миру. В Китае их число составляет около 200—300 миллионов, в Бразилии – 20—40 миллионов, а в Индии – более 100 миллионов человек.
Кроме того, поскольку сегодня практически всюду, особенно в развивающихся странах, улучшаются стандарты жизни, вероятно, нельзя сказать, что понятие «бедный» имеет то же значение, что и раньше. Разрыв между богатыми и бедными странами сокращается. Богатые страны испытывают экономический кризис и не могут из него выбраться, что ведет к довольно быстрому, как я полагаю, сокращению их доли в мировой прибыли. С другой стороны, разрыв в доходах между бедными и богатыми внутри самих стран усилился. 350 миллиардеров располагают состоянием, которое превышает доходы половины стран мира. Все больше людей улучшают свое положение и движутся в направлении среднего класса. В 2022 году в мире доля среднего класса в структуре населения будет больше, чем доля бедных.
— Какое положение в этом контексте занимает Турция? Является ли бедность политизированной темой?
— Турция — это страна со средними доходами, причем за последнее десятилетие страна удвоила ВНП почти втрое. До 2008 года разрыв в доходах сокращался, однако после кризиса он начал вновь расти. Да, в Турции есть бедность, но эта бедность – совсем не та, которую можно обнаружить, например, в Индии, хотя в обеих странах существует и немаленький средний класс.
Я считаю, что турецкая политика уделяет слишком мало внимания проблеме бедности, чем следовало бы. Как правило, мы исходим из того, что у нас есть высокая социальная мобильность, которая создает возможности для того, чтобы выйти из бедности и перейти к более высокому уровню дохода. Кроме того, по сравнению с прошлым общие условия жизни улучшились, равно как здравоохранение и другие сферы. Уровень безработицы буквально пару недель назад упал до докризисного уровня. Да, в Турции существует множество проблем, но турки более оптимистично настроены в отношении своего будущего, чем люди во многих других странах, поэтому в стране народное недовольство не достигает высоких уровней. Если бы оно было высоким, то правящей партии не удалось бы получить 50% голосов избирателей на прошедших выборах. Однако существующие дисбалансы рано или поздно проявят себя.
— Очевидно, что мир за последние десятилетия стал богаче, тогда как же так получилось, что разрыв между богатыми и бедными также вырос? Какие меры могут быть предприняты, чтобы прекратить этот рост?
— Это проблема политического характера. Одной из причин того, почему экономическое неравенство за последние тридцать лет так бросается в глаза, является доминирование неолиберальной идеологии в экономике в большинстве развитых стран и не только в них. Например, если в США в 1976 году 1% населения принадлежало 7% доходов, то сегодня им принадлежит 27% доходов. И это значит, что средний класс в США испытывает сильное давление и продолжает сокращаться. Раньше в средний класс в этой стране входили квалифицированные рабочие, поскольку они имели соответствующий среднему классу доход. Сегодня этого больше нет. Похоже, что мы будем наблюдать рост среднего класса в развивающихся странах, но в развитом мире ему придется побороться за сохранение своей роли и статуса. Также возникли новые трения между двумя группами среднего класса: старыми и новыми, которые появляются благодаря рыночным механизмам. Эти трения между различными категориями среднего класса можно увидеть, например, в Таиланде.
— Эти и другие проблемы будут обсуждаться на одной из секций Мирового политического форума в Ярославле, который Вы планируете посетить в этом году. Каковы Ваши ожидания от предстоящих дискуссий? Что Вы планируете сказать и что Вы хотели бы услышать от других участников?
— Я придерживаюсь высокого мнения о предстоящем форуме в Ярославле, поскольку его организаторы сделали тему бедности центром дискуссий на одной секций, и я совершенно согласен с таким выбором.
На мой взгляд, вопросы, которые мы затронули в этом интервью – в частности, тема нового определения бедности, понимание, что значит быть бедным в сегодняшнем мире и как бороться против бедности, — являются действительно важными, и они будут в центре внимания в ближайшее десятилетие. Я надеюсь, что в результате работы Форума удастся если не выработать решение этих проблем, то хотя бы очертить контуры, в рамках которых мы будем обсуждать эти вопросы. И это уже важно. В конечном счете, будет ли вестись борьба против бедности или нет, является политическим решением. Если политики, наконец, решат бороться против бедности, а к ним присоединятся преуспевающие люди, последовавшие примеру Билла Гейтса, который пожертвовал часть своего состояния на борьбу с бедностью и призвал остальных делать то же самое, то очевидно, что всем им понадобится четкая стратегия. Эта стратегия должна давать ответы на такие вопросы, как эффективно оказывать помощь, как избежать коррупции в бедных странах, которая может привести к нецелевому использованию пожертвованных средств и т.д. Все это подчеркивает необходимость интеллектуальной дискуссии, разработки программ и институционального строительства. Я надеюсь, что проведение Мирового политического форума в Ярославле внесет свой вклад в решение этих вопросов.
Беседовала Юлия Нетесова
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Главный вопрос остался без ответа.
В Ярославе глава государства так и не приоткрыл завесу секретности относительно предвыборной интриги. - Нил Ушаков: «Космополитизм у Латвии в крови».
- Майкл Хадсон: «Как бедность и строгая экономия вредят экономическим интересам России».
- Эдвард Люттвак: «Культурное разнообразие является преимуществом для демократии, но лишь в некоторой степени».
- Роберт Скидельский: «Современные угрозы несравнимы с угрозами времён холодной войны».
- Збигнев Бжезинский: «До сих пор нельзя сказать, что европейская идентичность преобладает над немецкой или французской».
- Тейво Тейвайнен: «Глобальная демократия может изменить недемократический капитализм».
- Александр Рар: «Евразия выходит из тени».
- Человек с iPad.
Дмитрий Медведев внёс вклад в теорию и практику демократии. - Хранитель интернета.
Дмитрий Медведев предсказывает прямую демократию.
