Ян Веннер, Кори Сеймур. Gonzo. Жизнь Хантера Томпсона. Биография в высказываниях. СПб.: Амфора, 2009.
Про человека, изображённого на обложке этой книги, можно подумать, будто это модный парижский интеллектуал. На самом же деле это один из главных наркоманов и алкоголиков Америки — Хантер-«Страх и ненависть в Лас-Вегасе»-Томпсон собственной персоной.
Др. Х.С. Томпсон — главный герой и один из 113 авторов этой книги. Остальные 112 — пёстрая компания: от Джимми Картера с Томом Вулфом до официантки с шерифом — рассказывают о нём.
С чего вдруг такое внимание к человеку, про которого мы только то и знаем, что в кино его сыграл Джонни Депп, да ещё кое-кто слыхал, что он основал какую-то гонзо-журналистику? Однако в случае с Томпсоном дело не столько в том, что вышло из-под его пера, сколько в том, как этот человек распорядился несколькими десятками лет, отведёнными ему на этой чёртовой земле, или, как поют в песенках про Че Гевару, в «el ejemplo de su vida».
Хантер Томпсон ещё подростком, сидя в тюрьме, знал, что станет писателем (как Хэм и Фиц, да), но стал не просто писателем, он стал иконой — человеком, которому каждый встречный считал своим долгом предложить сахарку или шишку.
Да, служенье муз не терпит наркоты (если и терпит, то недолго и не в таких количествах); чуть меньше чем с середины этой книги, а хронологически — примерно с начала 70-х, едва ли не каждый из мемуаристов свидетельствует: Хантер пытался работать, но ни черта у него не получалось. Нельзя быть талантливым вчера, не преминул бы заметить Мамардашвили, и это, конечно, правда. Но кто кинет камень в человека, который таки вернул билет, пока остальные голосовали за контролёров?
Сейчас, когда сами слова «бунт» и «революция» наверняка кем-нибудь запатентованы, и пора придумывать вместо них другие, он был бы, пожалуй, террористом, если можно назвать террористом человека, любимое развлечение которого — палить среди ночи в соседские окна.
Человек, который на завтрак заказывал две «Маргариты», шесть пива и бутылку виски. Обожал помаду и парики. Курил и ел наркотики в количествах, убивающих лошадь. Когда его однажды пригласили на обед к какому-то миллиардеру и попросили хоть раз одеться прилично, он пришёл в костюме и, усевшись рядом с хозяином, сказал, что не хочет быть в тягость, так что принёс еду с собой, — достал из кармана свёрток, развернул и выложил всем на обозрение кусок мяса с копошащимися в нём червями. Человек, донжуанскому списку которого позавидовал бы сам Дон Жуан. Человек, агенты которого всегда заказывали ему билеты сразу на два рейса в одну сторону на случай, если Хантер проспит первый. Который собирал тысячные аудитории по всей Америке — люди хотели посмотреть на того, кто жил так, как никогда не осмелились бы жить они.
Человек, который перед тем, как застрелиться, обзвонил всех знакомых и попрощался.
Ясно, что настоящим хантеровским opus magnum была его жизнь — то есть, в сущности, вот эта самая книга.
Которая настоятельно рекомендуется всем, кто всю жизнь ждёт не дождётся пятницы.
