Рассказ «Слепой Гудини» из недавно вышедшей книги Ашота Аршакяна (Свежий начальник. М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2011) — история весьма жизненная и актуальная (дело происходит как раз во время тех самых праздников, которые только что с облегчением отгуляли дорогие россияне). Благодарим издательскую группу «Азбука-Аттикус» за предоставленный материал.

Четвёртый этаж универмага «Вешняки» занимает оптовая фирма по продаже подарков. Это длинный зал со стеллажами, заставленными фляжками, биноклями, репродукциями, японскими мечами, корзинами для пикников.

Каждое утро я поднимаюсь в оптовый отдел, наливаю кофе из бесплатного автомата, сажусь на диванчик и жду клиентов. В моём бизнесе период с пятнадцатого декабря по пятнадцатое января, как говорится, — страда. Люди заходят на сайт, где выложены фотографии подарков, заполняют форму. Мне на мобильный приходят сообщения с телефонными номерами покупателей. Я перезваниваю, представляюсь менеджером, уточняю адрес, говорю, что высылаю курьера.

На самом деле я и менеджер, и бухгалтер, и курьер в одном лице. Набрав столько заказов, сколько смогу развезти, иду в менеджерскую, оплачиваю товар. Что-то громоздкое, например глобус-бар, спускают к дебаркадеру — крупные вещи я развожу на такси.

Есть закономерность в выборе подарков покупателями. Если под Новый год люди заказывают стандартные безделушки: начальник одаривает подчинённых никелированными статуэтками, подчинённые скидываются на массивное пресс-папье начальнику, — то накануне Рождества заказов становится меньше и подарки бывают намного дороже. Вероятно, это связано с тем, что умаявшийся за новогодним столом постсоветский гражданин примерно четвёртого января вспоминает, что впереди Рождество, что главный праздничный фейерверк он спалил во время поста, и тогда ему становится стыдно. Он уже не откупится статуэткой или пресс-папье! Самым близким людям на Рождество он подарит что-то по-настоящему ценное.

И я тут как тут. Для меня нет ни Нового, ни старого Нового годов, нет ни Рождества, ни Крещения, ни Святок. Тридцать первого декабря, например, я заканчиваю работать за полчаса до боя курантов. И, пока страна гуляет, я затаиваюсь и жду, когда какой-нибудь похмельный клиент наведёт курсор на ссылку, кликнет кнопкой мыши, попадёт на мой сайт и выберет подарок со странички ювелирных украшений.

Хризантемы из янтаря на золотом стебельке с рубиновыми звёздочками, шесть серебряных овечек с золотым бараном во главе в изящном футляре, брошь из крупного изумруда, цепочки, перстни — перечень велик. И цена любой из этих вещиц превышает весь мой оборотный капитал. Риск, конечно, но и прибыль — соответствующая.

В начале этого года я уже заработал порядочно. Но мне представилась возможность удвоить состояние всего одной продажей.

Это была миниатюрная бриллиантовая шкатулка в виде черепашки. Такую шкатулку подарил Алисе космический пират Весельчак У в мультфильме «Третья планета».

Пришлось собрать все свои деньги и даже занять недостающую четверть суммы.

Заказчика я проверил по нескольким компьютерным базам. Он жил в центре Москвы, не привлекался, пользовался одним и тем же номером мобильного телефона аж с девяностых, что окончательно расположило меня в пользу сделки.

Утром шестого января я вышел из стеклянных ворот универмага, зажав в левом кармане куртки бархатную коробочку со шкатулкой.

Всегда так: левая рука сжимает ценный товар, а правая подписывает накладные, оплачивает проезд, здоровается и открывает двери.

До станции метро «Выхино» ехал на маршрутке. На рыночной площади было малолюдно. Лишь шныряли редкие уголовники в чёрных вязаных шапках, у цветочника вяли под целлофановым тентом розы, подогреваемые свечкой, и у самого входа в метро пытался о чём-то спросить прохожих высокий мужчина в чёрных очках и с длинной тростью.

«Слепой», — догадался я.

Есть такое избитое выражение: «острое чувство несправедливости». Когда я подошёл близко к слепому и смог услышать, о чём тот спрашивает проходящих мимо людей, именно это чувство я и испытал. Слепой всего лишь просил помочь ему спуститься в переход, а прохожие его не замечали.

Я поравнялся с ним. Слепой взял меня под локоть, и мы пошли.

Нет! Я не дурак! И знаю все эти истории про мнимых слепых щипачей! Я ещё крепче сжал бархатную коробочку. А слепой крепко сжал мой локоть. Весь мир тогда сосредоточился у меня в левом кармане, все страхи, надежды и чаяния. Мне вспомнился Гудини. Он мог проникнуть в любое помещение, не оставляя следов взлома. Закованный в наручники, он нырял в ледяную воду, освобождался из любых тюрем, по часу находился… Такой Гудини мог бы, пожалуй, выкрасть и мою бриллиантовую шкатулку сквозь сомкнутые на коробочке пальцы.

Я так усиленно думал и так серьёзно просчитывал возможность того, что мой слепой окажется реинкарнацией Гудини, что не слышал, о чём тот говорит.

А он спрашивал, где можно купить диски.

— Диски? — переспросил я. — Какие диски?

— Музыку! — обиженно ответил слепой.

Мы пошли искать диски.

Послать бы куда подальше этого слепого! Нет! Мы ищем диски.

Наконец мы нашли в переходе музыкальную палатку. Слепой, просунувшись в окошко, беседовал с продавцом, когда мне позвонил клиент.

— Здравствуйте. Вы курьер? — спросил клиент.

— Да, ваш заказ уже в пути! — отрапортовал я.

Слепой в этот момент отпустил мой локоть, достал деньги, чтобы расплатиться, забрал у продавца диски и протянул их мне:

— Подержите, пожалуйста…

Но одной рукой я держал у уха телефон, клиент как раз объяснял мне, как удобнее до него добраться, а другой рукой сжимал в кармане коробочку с бриллиантовой шкатулкой. И я не мог её отпустить! Ни на секунду!

Продавец давал слепому сдачу. Слепой просил меня подержать диски.

Пауза затянулась.

Я отпустил коробочку, застегнул на кармане молнию, взял диски.

И потянулись секунды. Секунды, когда я не контролировал все свои будущие возможности в бизнесе: свой магазин, автомобиль, рабочий кабинет, в котором никогда не будет безвкусных пресс-папье, а будут спокойствие, уверенность и деловое счастье.

Слепой за эти секунды ощупал специальные выпуклости на купюрах, спрятал деньги, забрал у меня диски. Я закончил разговор с клиентом и опять вцепился в коробочку с бриллиантовой шкатулкой.

Она была на месте. И была такой же тяжёлой. Но кто поручится, что этот слепой Гудини не подменил её содержимое, пока я держал диски?! Кто поручится?!

Я возненавидел слепого.

— Знаете… — обратился я к нему, — мне позвонили. Я тороплюсь!

— Конечно, проводите меня до платформы. А до какой вам остановки?

Вот тут я должен был ответить вопросом на вопрос, я должен был узнать, куда нужно слепому, и наврать, что еду в противоположную сторону.

Но я проговорился:

— Мне до «Пушкинской»!

— И мне! — обрадовался слепой.

Да! Мне всего лишь надо было доехать до станции метро «Пушкинская». Всего девять остановок. А на обратном пути я вызову такси, найму охрану, сейф, пистолет… Что угодно! Только бы избавиться от слепого, продать шкатулку, сделать себе самый важный подарок на Рождество. И не думать о том, что вместо бриллиантов в коробочке лежит свинцовая болванка или ещё что-то в этом роде.

Хотя, если слепой уже подменил шкатулку, тогда зачем он увязался со мной? Значит, не подменил?! Значит, ещё только собирается подменить?!

Когда прибыл поезд, я спросил у слепого:

— А вы действительно слепой?!

— Не совсем, — гнусавым и нарочито жалобным тоном ответил тот и добавил: — Слабовидящий.

Так вот под ручку мы протиснулись в переполненный вагон. И опять всё моё существование сконцентрировалось на коробочке со шкатулкой.

Мою руку как будто что-то жгло, и это жжение поднималось вверх, охватывая грудь и голову. Мне нестерпимо хотелось проверить, на месте ли шкатулка. Я чувствовал, как моя левая рука пульсирует и даже трясётся. Бывает такой момент во время сна, когда ты мысленно делаешь какое-то движение, ну, например, тебе хочется повернуться на другой бок, но взаправду этого не происходит, и только после множественных мысленных попыток, окончательно проснувшись, тебе наконец это удаётся.

Так получилось и в этот раз.

Когда поезд на перегоне «Текстильщики» — «Волгоградский проспект» выехал на поверхность, я вырвал из кармана куртки четырежды проклятую коробочку, извлёк бархатный футляр, открыл его, и на гранях бриллиантовой черепашки взорвалось яркое полуденное солнце.

Взорвалось и померкло в моих глазах. Перед собой я видел только белые пятна.

Я подумал, что это не страшно, что скоро это пройдёт. Я засунул футляр в коробочку и убрал обратно в карман. Не знаю, как это выглядело со стороны, но чувствовал я себя глупо.

Вот мы уже проехали «Пролетарскую».

Слепой снова держал мой локоть. Беспокойство прошло. Только нормальное зрение ко мне не возвращалось. И люди, и станции, и реклама на стенах — всё было настолько размытым, что я мог только догадываться о том, что вижу.

Как можно потерять зрение, помогая слепому?

Я сам над собой смеялся.

«Таганская», «Китай-город», «Кузнецкий мост»… Я водил перед глазами руками, пытаясь их разглядеть, и совсем не заботился о содержимом своих карманов.

Выйдя из вагона, я на ощупь добрался до мраморной колонны и остановился.

— Что с вами? — спросил Гудини.

— Понимаете, со мной что-то случилось. У меня слабость или повышенное давление. Пойдёмте к эскалатору.

Мы шли медленно, иногда задевали людей. Не помню, как выбрались на улицу. Было светло, я не различал названия, номера домов, но никак не мог признаться Гудини, что тоже ослеп. Теперь, больше ориентируясь на звук, я слышал, о чём разговаривают прохожие, они больше не казались мне только потенциальными клиентами.

А когда я в очередной раз наткнулся на кого-то, нам крикнули:

— Вы что, ослепли?! — и затем: — Ах! Да! Извините! С наступающим!

Гудини остановился, легонько постучал тростью по моим туфлям.

Я понял, что без его помощи не обойтись.

Клиент был удивлён, что с таким ценным товаром руководство ювелирного магазина отправило слабовидящего курьера, да ещё и со стажёром. Но перед праздником не стал сердиться и дал чаевые. Гудини сначала сам пересчитал деньги, потом мне показал, как это делается.

Первое, что я различил, выйдя на улицу, была перетяжка через всю Тверскую: «С Рождеством Христовым!»

ОТПРАВИТЬ:       

Статьи по теме:

• Имя прозы.
  Игорь Гельбах, «Очертания Грузии», Иерусалим, 2012.
• Воля к форме.
  2 мая 1886 года родился Готфрид Бенн, немецкий поэт, писатель, эссеист, одна из фундаментальных фигур немецкого экспрессионизма.
• Конец публицистики.
  Человеческая победа над злом – страдая, не озлобиться.
• Мина Полянская: «Еврейский нос» – явление не анатомическое, а вполне «культурный продукт».
  Акции оппозиции на Маяковке и Пушкинской площади были подробно и точно описаны Фридрихом Горенштейном еще в 1976 году.
• Мина Полянская: «Набоков вспоминал о Берлине как о кошмарном сне».
  Писатели третьей волны эмиграции. Отъезд и возвращение .
• Альтернатива ЖЗ.
  В рунете появилась первая абсолютно открытая библиотека толстых журналов.
• К столетию со дня рождения Иштвана Эркеня.
  Иштван Эркень. Пьесы. КомпасГид, 2012, 224 с., ил. перевод с венг. Татьяны Воронкиной.
• Нескончаемая жизнь искусства.
  3 (15) мая 1891 года родился Михаил Афанасьевич Булгаков.
• Юрий Олеша: называтель вещей.
  «Нельзя строить государство, одновременно разрушая общество».
• Боб, форшмак и рок-н-ролл .
  По страницам книги рассказов Семёна Каминского «30 минут до центра Чикаго».