Подписаться на обновления
31 январяСуббота

usd цб 68.9291

eur цб 78.1105

днём
ночью

Восх.
Зах.

18+

ОбществоЭкономикаВ миреКультураМедиаТехнологииЗдоровьеЭкзотикаКнигиКорреспонденция
Общество  Экономика  В мире  Культура  Медиа  Технологии  Здоровье  Экзотика  Мнения  Дискуссии  Сеть 
Виктория Шохина   понедельник, 8 сентября 2014 года, 08.00

Синявский и Даниэль: шутовской хоровод
8 и 12 сентября 1965-го, были арестованы два советских писателя


Юлий Даниэль и Андрей Синявский
   увеличить размер шрифта уменьшить размер шрифта распечатать отправить ссылку добавить в избранное код для вставки в блог







Андрея Синявского взяли 8 сентября, Юлия Даниэля — 12 сентября. По статье 70 «Антисоветская пропаганда и агитация» УК РСФСР 1960 года Синявский получил семь лет, Даниэль — пять лет заключения в ИТК строгого режима. Им было тогда по 40 лет. Даниэль был инвалидом войны — у него были прострелены обе руки.

«Не перекормили ли мы нашими страданиями человечество?» — воскликнула как-то Мария Васильевна Розанова. Что ж, не будем говорить о страданиях. Сами писатели себя ни страдальцами, ни мучениками идеи не считали. Да и в деле этом много смешного и забавного (на фоне страшного). Маски-шоу, гэги и гиньоль.

Человек живёт для того, чтобы умереть. Смерть сообщает жизни сюжетную направленность, единство, определённость. Она — логический вывод, к которому приходят путём жизненного доказательства, не обрыв, но аккорд, подготовляемый задолго, начиная с рождения.

Бросок на Запад

Свой арест Синявский описал в автобиографическом романе «Спокойной ночи» (1984). «Я опаздывал на лекцию в школу-студию МХАТ и толокся на остановке, выслеживая, не идёт ли троллейбус, как вдруг за спиной послышался вопросительный и будто знакомый возглас: «Андрей Донатович?» <...> Обернувшись с услужливостью и никого, к удивлению, не видя и не найдя позади, кто так бы внятно и ласково звал меня по имени, я последовал развитию вокруг себя по спирали, на пятки, потерял равновесие и мягким, точным движением был препровождён в распахнутую легковую машину, рванувшуюся, как по команде, едва меня упихнули».

В тот же день, 8 сентября 1965 года, Юлий Даниэль отправился в Новосибирск. Он хотел помириться с женой, Ларисой Богораз, которая уехала туда с сыном. Однако 9 сентября Даниэля вызвали в местное отделение КГБ. После трёх дней допроса ему предписали вернуться в Москву. 12 сентября они полетели вместе, разведённые муж и жена. Во Внуковском аэропорту Даниэля взяли.

Арест был потрясением, но не был неожиданностью. Пускаясь на дебют — отправляя свои сочинения через границу, — они знали, на что идут. «Мы обезопасили себя тем, что поняли свою обречённость» (из «Мыслей врасплох» Абрама Терца).

Еще в университете товарищи Синявского по знаменитому на филфаке семинару по творчеству Маяковского, который вёл Виктор Дувакин, пели на мотив «Гоп со смыком»: «У Андрюши есть один пробел:/ Он ещё по тюрьмам не сидел!/ Знаем — сядет, не иначе,/ Ведь характер что-то значит, /Понесём Андрюше передачу!» Это, конечно, была шутка. Но ведь как обернулось!

И всё-таки странно читать у Синявского в повести «Суд идёт» (1956): «Я прибыл в лагерь позже других, летом пятьдесят шестого. Повесть, для завершения которой не хватало лишь эпилога, стала известна в одной высокой инстанции… Я не отпирался: улики были налицо». Написано за 10 лет до ареста.

В прозе Даниэля тема суда и лагеря тоже так или иначе появляется. И ещё вот это: «Вот я пишу всё это и думаю: а зачем мне, собственно, понадобилось делать эти записи? Опубликовать их у нас никогда не удастся, даже показать прочесть некому. Переправить за границу? <…> Да, по правде говоря, это и не очень красиво — печататься в антисоветских изданиях» (из романа «Говорит Москва», 1962).

Им нравились эти игры с Совдепией, опасные, но забавляющие. И расписывающие судьбу.

Cудебный процесс против писателей А. Д. Синявского и Ю. М. Даниэля

Бросок на Запад состоялся летом 1956-го: рукопись повести «Суд идёт» контрабандой вывезла из СССР Элен Пельтье, дочь военно-морского атташе Франции, — с ней Синявский учился на филфаке. (Спустя несколько месяцев Пельтье вывезет таким же образом один из машинописных экземпляров «Доктора Живаго». Она очень любила русскую литературу.)

Первой публикацией Синявского на Западе стал трактат «Что такое социалистический реализм?», появившийся без имени автора, в рубрике «Документ» во французском журнале Esprit в феврале 1959-го. Журнал Синявские показали другу Даниэлю. «У друга загорелись глаза, и промолвил он мечтательно: «Я тоже хочу…» (из рассказов М. Розановой).

Есть фотография: на похоронах Бориса Пастернака в Переделкине, 2 июня 1960 года, друзья выносят из дома крышку гроба. В 1966 году к ней придумали подпись: «Синявский и Даниэль несут свою скамью подсудимых». Тоже ведь смешно.


Сообщения западных СМИ об их аресте были путаными: «Три советских писателя, некоторые работы которых много лет публиковались на Западе, арестованы и ожидают суда, заявляют в некоторых литературных кругах Москвы. <…> Эти писатели — Абрам Терц, некий Даниэло [так назвали Даниэля] и третий, личность которого не уточнялась [ третьего не было]». Однако уже в октябре эти же СМИ уверенно объявляли, что Абрам Терц — автор статьи «Что такое соцреализм?», которая, подчеркнём, вышла анонимно. И что это псевдоним Синявского, а Николай Аржак — Даниэля. Более того, столь же уверенно и точно прогнозировали будущий приговор.

Власти и органы ситуацию не комментировали. Разве что инспирировали слухи: дескать, Синявский и Даниэль занимались контрабандой валюты. Так готовилось общественное мнение.

В январе 1966-го Москва наконец дала свой комментарий — в передаче радиовещания на Великобританию и Ирландию. А широкая советская аудитория о том, что произошло, узнала только из статьи Дм. Ерёмина «Перевёртыши» («Известия». 13.01.1966). (Первую главу своего романа «Спокойной ночи» (1983) Синявский назовёт «Перевёртыш»). И из статьи Зои Кедриной «Наследники Смердякова» ( «Литературная газета». 22.01.1966).

О тёмных двойниках

«Мой тёмный писательский двойник по имени Абрам Терц, в отличие от Андрея Синявского, склонен идти запретными путями и совершать различного рода рискованные шаги, что и навлекло на его и, соответственно, на мою голову массу неприятностей», — говорил Синявский.

Под псевдонимом Абрам Терц во Франции вышли роман «Суд идёт» (1959), «Фантастические повести» («Суд идёт», «Гололедица», «Ты и я», «Квартиранты», «В цирке», 1961), повесть «Любимов» (1963). В США — «Мысли врасплох» (1966). Под псевдонимом Николай Аржак в США — повести Даниэля «Говорит Москва» (1962), «Искупление» (1964) и рассказы «Руки», «Человек из МИНАПа» (1963) .

Псевдонимы брали из блатных песен. «Абрашка Терц, карманник всем известный/ Гостей созвал,/ И сам напился пьян»; «Аржак был парень бравый, любил фасон давить,/ Считался хулиганом, а дрался без ножа». Так Синявский и Даниэль играли, шутили, веселились. В самом деле — смешно: урки пишут прозу, порой очень непростую. А то и пускаются в теоретические рассуждения. (Синявский и после лагеря с удовольствием пользовался этим псевдонимом.)

«Наступило время блатных песен. Медленно и постепенно они просачивались с Дальнего Востока и с Дальнего Севера, они вспыхивали в вокзальных буфетах узловых станций. Указ об амнистии напевал их сквозь зубы... на плечах реабилитированной 58-й они вошли в города. Их запела интеллигенция… Это превратилось в литературу — безумный волчий вой, завшивевшие нательные рубахи, язвы, растёртые портянками, «пайка», куском глины падавшая в тоскующие кишки...

Но бывало и так, что кто-то из этих чистых, умытых, сытых людей вдруг ощущал некое волнение, некий суеверный страх: «Боже, что ж это я делаю?! Зачем я пою эти песни? Зачем накликиваю?» — так начинается роман Даниэля «Искупление». И ведь накликали!

Блатная песня подружила с Синявским Владимира Высоцкого, учившегося у него в Школе-студии МХАТ. «…Высоцкого мы полюбили особенно в ту пору потому, что он, с его пронзительной воровской тематикой, был очень созвучен ситуации, в которой мы жили и в которой уже существовали Терц и Аржак. Все его песни можно было применить и к Синявскому, и к Даниэлю, и к лагерю, и к суду» (из рассказов М. Розановой). Они записывали Высоцкого на магнитофон «Днепр-5», специально для этого купленный. Из их дома в Хлебном переулке песни Высоцкого расходились по всей России.

Узнав, что Синявского взяли, Высоцкий пришёл к Марье Васильевне, «снял со стены гитару и запел: «Говорят, арестован лучший парень за три слова…» (из рассказов М. Розановой).

В тот год в Большой серии «Библиотека поэта» вышли «Стихотворения и поэмы» Бориса Пастернака со вступительной статьёй Синявского — этот синий том успел разойтись и стал громким литературным событием. Даниэлю повезло меньше: весь тираж его повести «Бегство» (о русском крестьянине-самородке из XVIII века) пустили под нож.

По следу

Органы долго вычисляли, кто такой Абрам Терц. Заподозрили сначала литературоведа-пушкиниста Юлиана Оксмана, у него были контакты с западными славистами. Проверяли год, оказалось, что не тот.

Но когда в зале появился известный всей Москве журналист — узкий специалист по вопросам комсомольской любви и дружбы, когда на эстраде залоснились упитанные физиономии райкомовских деятелей, когда появился сам директор института — лауреат многочисленных премий и доктор разнообразных наук, академик Оглоедов — тогда собравшиеся поняли, что готовится нечто из ряда вон выходящее.

И всё-таки как же на них вышли? На этот счёт существуют разные версии. Будто бы Синявского вычислили по редкой цитате, которую он использовал и в здешней, и в тамошней публикации.

Будто бы их сдал давний товарищ Синявского, Сергей Хмельницкий. Он подсказал Даниэлю идею про День открытых убийств, которую тот воплотил в романе «Говорит Москва». И как-то в компании выяснилось, что по радио «Свобода» читали этот роман. И Хмельницкий, конечно, сразу же понял, кто такой Николай Аржак: «Да ведь это наше с Даниэлем произведение». А за ним уже числились доносы (см. главу «Во чреве китовом» в романе Синявского «Спокойной ночи» и ответ Хмельницкого «Из чрева китова» в журнале «22», 1986, № 48).

Ещё одна версия, так сказать, геополитическая: будто Синявского и Даниэля сдали нашим кагэбэшникам американские церэушники — «чтобы отвлечь общественное мнение от политики США, продолжавших непопулярную войну во Вьетнаме, и перебросить внимание общественности на СССР, где преследуют диссидентов». О чём Евгению Евтушенко поведал сенатор Роберт Кеннеди, «запершись в ванне и включив воду». В начале 1970-х Евтушенко рассказывал об этом Даниэлю несколько иначе: будто бы наши заплатили американцам за головы двух писателей чертежами новой подводной (атомной!) лодки. Эффектно!

«О том, как КГБ узнало о том, кто такие Абрам Терц и Николай Аржак, в точности неизвестно до сих пор, однако утечка информации, безусловно, произошла за пределами СССР: Ю. Даниэлю на допросе показали правленный его рукой экземпляр его повести «Искупление», который мог быть найден только за рубежом», — пишет Александр Даниэль.

Но было ещё кое-что. Галина Белая вспоминает, как отмечали защиту её кандидатской: «Все много пили, и Синявский тоже. И вот все разошлись, остался один Синявский. А у Нины Сергеевны [Павловой] была большая комната, 54 метра, разделённая колонной, и Синявский бегал вокруг этой колонны и кричал «Я — Абрам Терц, я — Абрам Терц». Это настолько не вязалось для нас с образом человека, печатающегося за границей, что нам не пришло в голову, что это правда. Но всё-таки мы с Ниной переглянулись и решили, что будем молчать и не придавать этому значения. На следующий день в ИМЛИ ко мне подошёл Андрей Донатович Синявский и сказал: «Галенька, ну как, я у вас там... не очень вчера?» — «Да нет, — сказала я, — всё было нормально, только вы почему-то бегали вокруг колонны и кричали: «Я — Абрам Терц, я — Абрам Терц...» И по его остановившемуся взгляду, по тому, как он побледнел, я поняла, что он — действительно Абрам Терц».

Да, Галина Белая и её подруга Нина Павлова молчали. Но можно ли ручаться, что Синявский не прокричал то же самое в каком-нибудь другом месте?

Не говоря уже о том, что подпольные писатели свои тайные рукописи давали читать знакомым. А Синявский, кроме того, любил почитать их вслух. Мог же кто-то рассказать кому-то, а тот ещё кому-то… Так что платить чертежами подлодки, пожалуй, было и не за что.

Не исключено, впрочем, что в каждой версии есть доля истины. И на них заходили с разных сторон.

Она же Аллилуева…

Есть ещё версия, согласно которой Синявского сдала Светлана Сталина-Аллилуева. Чисто пропагандистская версия: её запустил в западные СМИ Виктор Луи после того, как весной 1967-го дочь вождя не вернулась в СССР из Индии, и её нужно было дискредитировать.

Синявский и Аллилуева (как минимум) дружили. Они работали вместе в Институте мировой литературы (ИМЛИ), в секторе советской литературы. Под влиянием Синявского Аллилуева в 1962 году крестилась. Её первая знаменитая книга «Двадцать писем к другу» написана с его подачи и к нему же, к другу, обращена. Более того, у них, кажется, был роман. Ну, в общем, было нечто такое, что позволяло ей претендовать на Синявского.

Рассказывает М. Розанова: «Однажды мы с Синявским ужинали у его коллеги, соавтора и тёзки Андрея Меньшутина, который, как и мы, жил в коммунальной квартире недалеко от нас. Вдруг раздались три звонка в дверь — Аллилуева. <…> Светлана заявила: «Садиться не буду. Андрей, я пришла за тобой. Сейчас ты уйдёшь со мной». Я спросила: «Светлана, а как же я?» — Аллилуева мне сказала: «Маша, вы увели Андрея у жены, а сейчас я увожу его от вас» <…> Да, трахнул он её однажды, ну и что?..»

Один раз трахнул или два — не так уж и важно. Важно, что Светлана Иосифовна была влюблена в Синявского. Что не помешало ей уже после суда выступить на партийном бюро ИМЛИ с такой речью: «События с Синявским все восприняли трагически. Он нам наплевал в лицо… Это удивительно, чтобы человек был столь отвратительным двурушником. Я тоже не читала его произведений, но знаю со слов тех, кто читал» (см.: Дмитрий Зубарев. Из жизни литературоведов // НЛО. 1996. № 20). Сдаётся, что ею двигали не идейные соображения, а женская обида — ведь увести Синявского у жены она не смогла.

В это время у Аллилуевой уже был роман с Брадежом Сингхом Раджой, членом ЦК КП Индии. «Когда я рассказывала ему о собраниях, проходивших у нас в Институте мировой литературы, где до суда присутствующие обязаны были осудить, приговорить своего бывшего сотрудника Андрея Синявского, ещё не признавшего своей вины, где, по указу партийного начальства, фактически предрешался исход судебного дела, — Сингх только разводил руками и печально качал головой», — писала Аллилуева в книге «Только один год» (1969).

Кого они разбудили?

Делом Синявского и Даниэля власти хотели нагнать страху, однако добились противоположного. В День советской Конституции, 5 декабря 1965 года, в сквер у памятника Пушкину пришло человек шестьдесят, в основном молодёжь. Развернули плакаты «Требуем гласности суда над Синявским и Даниэлем» и «Уважайте советскую конституцию», но тут же были схвачены дружинниками и людьми в штатском.

Участники митинга поплатились кто институтом, кто работой. 23-летнего Владимира Буковского и 16-летнюю Юлию Вишневскую закрыли в психушке. Но именно с этого митинга ведут отсчёт диссидентскому движению в СССР.

Александр Гинзбург составил «Белую книгу по делу Синявского и Даниэля» («Посев», 1967) и получил за это пять лет по той же 70-й статье.

Александр Твардовский не стал снимать имя Синявского из 12-го номера «Нового мира» за 1965 год. Шестьдесят два писателя поставили свои подписи под письмом в адрес XXIII съезда КПСС — они просили разрешения взять осуждённых на поруки. Виктор Дувакин, руководитель того самого семинара по Маяковскому, выступал на суде свидетелем защиты и был за это изгнан из МГУ. Примеров благородного поведения было достаточно, чтобы не разувериться в людях.

Публикация «Одного дня...» стала не только литературным событием, но и фактом большой политики (что происходило потом почти со всеми произведениями Солженицына). Страна разделилась на друзей и недругов Александра Исаевича: одни им восхищались, преклонялись перед ним, другие пытались его хоть в чём-то уличить.

Но не все себя вели благородно. Так совпало, что в те же дни, когда Синявского и Даниэля арестовали, было объявлено о присуждении Нобелевской премии Михаилу Шолохову. К нему обращались писатели из разных стран с призывом встать на их защиту. Однако призывам он не внял. Наоборот, выступая на XXIII съезде КПСС весной 1966 года, пожалел о слишком мягком приговоре: «Попадись эти молодчики с чёрной совестью в памятные двадцатые годы… ох, не ту меру наказания получили бы эти оборотни!» В устах нобелевского лауреата по литературе это звучало (почти) смешно. Лидия Чуковская в открытом письме Шолохову писала: «Ваша позорная речь не будет забыта историей. А литература сама Вам отомстит за себя, как мстит она всем, кто отступает от налагаемого ею трудного долга. Она приговорит Вас к высшей мере наказания, существующей для художника, — к творческому бесплодию».

Общественным обвинителем на процессе выступала Зоя Кедрина, коллега Синявского по ИМЛИ: она шила ему, помимо антисоветчины, порнографию и антисемитизм. А также писатель Аркадий Васильев (кстати, отец Дарьи Донцовой), который взывал: «Товарищи судьи! Я от имени всех писателей обвиняю их в тягчайшем преступлении и прошу суд о суровом наказании!» За что Корней Чуковский внёс Васильева в список людей, которым запрещено было приходить на его похороны.

Процесс был поставлен с размахом. Достаточно сказать, что вёл его сам председатель Верховного суда РСФСР Лев Николаевич Смирнов.

Обвиняемые держались достойно. Они позволяли себе возражать, спорить, шутить, а то и смеяться. И объясняли суду, в чём сущность литературного творчества. Это им не помогло, но вины своей они не признали. С тем и вошли в историю.

17 октября 1991 года в «Известиях» было опубликовано сообщение о пересмотре дела Синявского и Даниэля за отсутствием в их действиях состава преступления.

«Если не смеяться, можно сойти с ума», — говорил Андрей Синявский.




ОТПРАВИТЬ:       



 




Статьи по теме:



«Нечаянная радость» Бажова

27 января 1879 года родился Павел Бажов, знаменитый уральский писатель, мастер народных сказов

«…Наше русское поле тем и отличается от всех остальных, что на нём нет затейливых цветов, а только простые васильки да солнечный жолтак. Наши люди даже перед подвигом смерти не встанут на котурны и “могут отмочить ободрительную шутку”. Не случайно у нас создалась пословица: “Посильна беда со смехом, невмочь со слезами”».

27.01.2015 10:00, Игорь Фунт


Японский идеалист

12 января родился самый популярный в России японский писатель Харуки Мураками

Как ни странно это звучит, но популярность Мураками в России похожа на успех «Аквариума». С разницей в двадцать лет. У писателя та же глобальная роль: он сближает Запад и Восток через веру в общие светлые идеалы. Что отзывается благодарностью в русских душах.

11.01.2015 08:00, Константин Рылёв


Царь абстракционизма

16 декабря родился художник Василий Кандинский, который изобрёл абстрактную живопись

Василий Кандинский (1866—1944) сделал переворот в изобразительном искусстве. И сначала он сделал его буквально: вернувшись поздно из мастерской, он обнаружил в полумраке своего дома неизвестную чудесную картину.

16.12.2014 08:00, Константин Рылёв


Товарищ Брюсов

1 (13) декабря 1873 года родился Валерий Брюсов

Лидер русских символистов, поэт и прозаик, переводчик и критик Валерий Яковлевич Брюсов — одна из самых неоднозначных фигур в русской поэзии. В этом году в издательстве «Вита Нова» (Санкт-Петербург) вышла первая (как это ни странно) биография Брюсова. Превосходно оформленное, иллюстрированное исследование на 672 страницах, выполненное Василием Молодяковым. Издательство «Вита Нова» любезно предоставило нам для публикации фрагмент этой книги.

13.12.2014 08:00, Василий Молодяков


Франциск

12 декабря 1915 года родился Фрэнк Синатра

Под Синатру не валяют дурака, с ним взрослеют, совершенствуя высшую форму лицедейства — умение скрывать свои чувства под маской лирического героя. Как ни странно, к этому гению модно относиться скептически. И чем выше градус невежества и чванства, тем сильней недоверие.

12.12.2014 09:00, Георгий Осипов


Моррисон. Путешествие шамана

8 декабря 1943 года родился Джим Моррисон, поэт и шаман

В день рождения Моррисона издательская группа «Азбука-Аттикус» любезно предоставила «Частному корреспонденту» возможность опубликовать фрагмент книги Алексея Поликовского Моррисон. Путешествие шамана (М.: КоЛибри, 2008. – 304 с. – Жизнеописания). Книга представляет собой подробный рассказ о жизни поэта и музыканта.

08.12.2014 10:00, Алексей Поликовский


О «Мысленном волке» и не только

Алексей Варламов встретился с читателями и рассказал об историческом пути России, любимых писателях и своей новой работе на посту ректора Литературного института

В рамках 16-ой международной ярмарки интеллектуальной литературы Non-fiction 29 ноября в Авторском зале прошла презентация романа Алексея Варламова «Мысленный волк», выпущенного «Редакцией Елены Шубиной». Встречу было решено обозначить как «Русская интеллигенция и Первая мировая Война».

03.12.2014 16:00, Артем Пудов


Что гонит нас вперёд

7 (20) ноября 1910 года умер Лев Толстой

В ночь с 9 на 10 ноября (ближе к утру) знаменитый русский писатель Лев Николаевич Толстой покинул свой дом в Ясной Поляне и в сопровождении доктора Маковицкого отправился на близлежащую железнодорожную станцию Козлова Засека, где сел в поезд. Это было осуществление его давней мечты о свободе. И его последний путь. Через десять дней, 7 (20) ноября 1910 года, он умрёт в дороге.

20.11.2014 10:30, Олег Давыдов


Главная тайна Чарльза Мэнсона

В тюрьме California State Prison в Коркоране (США) отмечает свой 80-ый день рождения Чарльз Мэнсон, самый влиятельный маньяк-убийца XX века

Он стал не менее популярным персонажем поп-культуры, чем The Beatles. Сам Чарли не совершил ни одного убийства. Более того, он защитник животных, музыкант и автор некоторых песен. При этом — пожизненное. За что же?

12.11.2014 09:00, Глеб Давыдов


Старейший молодой журнал

В московском театре «Эрмитаж» 27 октября состоялось торжественное мероприятие, организованное в честь 90-летия известного литературного журнала «Октябрь», издания с долгой и непростой историей. В настоящий момент, несмотря на издательский кризис и падение общего интереса к чтению, «Октябрь» продолжает открывать новые имена, реализовывать разнообразные проекты, остается важным игроком на литературном поле, имеющим своих почитателей.

11.11.2014 15:00, Артём Пудов






 
 

Новости

Китайским компаниям запретили страховать болельщиков ЧМ от разочарования
В Поднебесной болельщикам предлагаются страховки от недосыпания, переедания, похмелья и фанатов-хулиганов.

 

 

Мнения

Александр Феденко

Бог и Бездна Андрея Звягинцева

Важно уточнить: это не рецензия на «Левиафан», это взгляд на самого Андрея Звягинцева через его кино. Взгляд субъективный

Из четырех фильмов сложилась единая картина – сложная, интересная, но остающаяся незамеченной. Она висит перед всеми нами и, стоит пристально вглядеться, как она раскроется. И раскроется не только теми смыслами, о которых хотел рассказать режиссер; но и теми, которые он хотел скрыть, которые живут в нем, переживаются им и, может быть, даже не всегда осознаются. В этом полотне я искал ответы на два вопроса: «О чем Звягинцев снимает кино?» и «Что он сам ищет?».

Антон Красовский

Граница Уральских гор в российских головах

Манифест русского европейца

На фоне попыток отмежеваться от бьющего санкциями Евросоюза и все не отпускающей россиян волны патриотизма и национализма слова «Я русский – и я европеец» звучат как что-то давно забытое. Однако они прозвучали: журналист Антон Красовский опубликовал манифест нового русского западника, место которого – в первых рядах на Марше единства всей Европы. Facebook скорее согласен.

Татьяна Щербина

Традиционны ли ценности?

Общественный запрос — хочется вернуть идентичность, вернее, ее образ, и спрятаться туда от будущего

«Традиционных ценностей» — проверенных временем, многовековых, которые ныне пропагандируют в России, — просто не существует. Ни российских/русских, ни французских, ни немецких, хотя набор моральных ценностей в каждую эпоху очевиден: «официальные», декретируемые, всегда поддерживает большинство, а у разных социальных групп и ценности разные. Нет ценностей, которые продержались бы в течение всей истории страны, — есть национальный характер, проявляющий себя разными гранями в разных обстоятельствах, и бытовые привычки.

Алексей Синяков

«Крылья бы мне действительно помогли»

Как я познал похмелье

Эту невыносимо похмельную, полную страданий и пост-алкогольных телепортаций ту самую историю нам рассказал Алексей Синяков. Надеемся, она поможем вам справится с этими затянувшимися каникулами.

Александр Чанцев

Барабанщики вам покажут

Уикэндовое кино от Александра Чанцева

Радость и разочарование от новинок, маргинальные фильмы прошлых лет и вечное сияние классики. Долгие новогодние каникулы – повод, конечно, смотреть не только «Иронию судьбы» и ТВ-паноптикум.

Денис Драгунский

Три заметки о патриотизме

Лев Толстой как зеркало

Можно терпеть любое правительство ради милого сердцу пейзажа, звуков родного языка и знакомых лиц на улицах города, можно призывать себя «слушать музыку революции», а можно с ужасом бежать из страны, где власть захватила пьяная матросня под руководством подкупленных немцами полуинтеллигентов. Можно знать наизусть всего «Онегина», а можно косноязычно блякать через каждое слово – но при этом любить родину.

borisakunin

Осторожно, двери закрываются. Следующая остановка…

Воспоминания ветерана

Писатель Борис Акунин вспоминает события декабря 2011 года, митинги, на которых зарождались надежды, довольно быстро переросшие в разочарования и горькое осознание того, что в России массам демократия пока не нужна.

seva_riga

Мое поколение рулит...

Как будем отвечать на вопросы «Во имя чего?» и «С каким результатом?»

Наши дети, которые выросли без пресса социалистических догматов о вреде частного предпринимательства, категорически не хотят иметь своё дело и предпочитают офис бюрократа лаборатории инженера. Лозунг “Работать будут другие” уже можно смело объявлять национальной идеей большинства элит, возглавляемых нашим поколением.

Евгений Кузнецов

«Все катаклизмы, депрессии, спады, революции – признак накопления критического количества ошибок в системе»

Страна в кризисе. Но если кто-то думает, что причина тому – санкции, упавшая нефть или там политика ЦБ – может не надеяться на быстрое улучшение в будущем. Потому что это следствие, а не причина.

Михаил Эпштейн

Умный мусорный бак и судьбы цивилизации

Интернет полон самых радужных пророчеств о будущем умной техники. Предметы домашнего обихода, обзаведясь компьютерными чипами, сами станут собирать нужную для их работы информацию, обмениваться ею, обращаться с просьбами и советами к владельцам. Они будут опережать наши желания, не дожидаясь приказов. "Интеллигентный дом" ("intelligent house") - это выражение уже будет указывать не на обитателей дома, а на бытовую технику и возможность вежливого общения и взаимопонимания с ней. Да и вобще понятие "интеллигенции" изменит свой смысл. "У меня интеллигентный холодильник", - похвастается одна хозяйка. Другая ей в ответ продемонстрирует "интеллигентный" шкаф, оснащенный датчиками и детекторами. Третья робко вставит: "а у меня интеллигентный муж" - но на нее посмотрят с недоумением...

Евгений Витишко

Тюремная каша

Зарисовки в стиле крохоток Солженицына, сделанные экологическим и политическим узником в Тамбовской колонии №2

Старая водонапорная башня. Из красного кирпича как чудовищный магнит притягивает к себе разбитые сердца, пустые желудки, жадные руки и нечистую совесть…

Ирина Глущенко, доцент отделения культурологии НИУ ВШЭ, Москва

Советская повседневность через призму очуждения

Советскую повседневность, как и любую другую, можно изучать по разным источникам. Можно обратиться к архивам, прессе, документам, партийным постановлениям, работать с артефактами, фотографиями, фильмами, дневниковыми записями, мемуарами, частной и официальной перепиской, статистическими справочниками и телепередачами. Собственно, следы повседневности растворены во всей материальной культуре.

Марк Сандомирский

Кто валит рейтинг Путина?

Рейтинг президента как индикатор психологического состояния общества

Феноменальный взлет рейтинга Владимира Путина в 2014 году, а также его текущая динамика (в сторону снижения) с точки зрения социально-психологической имеют два источника - статический и динамический.

Сергей Митрофанов

Внутри вождя

Демократия в России?

Понятно, что харизматичен тот политик, с которым ассоциирует себя большинство. Тогда оно готово перенимать манеру его поведения, вешать его портреты в приемных (или стикеры на холодильник), шутить его плоскими шутками и копировать с него моду. Даже если лидер — маленький и кривенький. И вообще всячески с ним объединяться в рейтингах поддержки.
Менее изучено и понято обратное влияние фанатов на объект своего фанатизма. Ведь не только ведомые пластичны по отношению к своему лидеру, но и лидер находится в определенной и часто трагической зависимости от созданной ими легенды, под которой очень легко оказаться погребенным самому.

 

Календарь

Человек перемен

1 февраля родился первый президент России Борис Ельцин

Большой разброс оценок его самого и его деятельности как политика — ещё одно свидетельство того, что личностью он был незаурядной, а роль, которую он сыграл в истории современной России, до сих пор не осознана в полной мере. Авторы книги «Человек перемен» пытаются восполнить этот пробел.

Сергей Беляков

Марин Цветаев

Московская любовь парижского мальчика

Мур вовсе не хотел французом оставаться. Он приехал в Советскую Россию, чтобы стать советским человеком. Немцы замкнули окружение под Вязьмой. Несколько дней между Москвой и наступающим вермахтом практически не было советских войск. Паника в Москве, сгоревшие партбилеты, сожжённые собрания сочинений Ленина, Маркса и Энгельса: «День 16 октября был открытием, который показал, насколько советская власть держится на ниточке». Великая иллюзия кончилась.

Виктория Шохина

Белые негры Нормана Мейлера

31 января 1923 года, родился писатель, который воспел хипстера

Художник должен «всё время рисковать, возмущать покой, затрагивать больные вопросы в той мере, в какой ему позволяют его энергия и мужество... И влиять хоть в какой-то мере на историю своего времени. Хотя ход истории непредсказуем и будущее неизвестно», говорил Мейлер. Своё мировоззрение он определял как «смесь марксизма, консерватизма, нигилизма и больших порций экзистенциализма».

Наталья Нехлебова

Жизнь по закону Страдания

30 января 1948 года умер Махатма Ганди

В современной Индии Ганди — отец нации, практически святой. «Иисус Христос, Шива и Ганди — хорошие боги», — сказал мне 16-летний мальчик-индус. Ганди действительно походил на Иисуса Христа, который пытался бороться за свободу. Он любил врага своего, смиренно шёл в тюрьму, готов был пожертвовать своей жизнью. Но реальность слишком неоднозначно реагирует на идеалы.

Николай Надеждин

Создатель «жука»

30 января 1951 года умер Фердинанд Порше, великий немецкий конструктор

Фердинанд Порше-старший в первую очередь знаменит как создатель самого популярного автомобиля ХХ столетия, вошедшего в историю под именем «Фольксваген-жук». Изобретения Фердинанда Порше актуальны и сегодня. Любой современный автомобиль в той или иной степени последователь великих моделей Порше. Перед вами несколько главок из беллетризованной биографии Порше (Фердинанд Порше / Н. Надеждин. М.: Мир энциклопедий Аванта+, Астрель). Как появилась идея создания народного автомобиля? Как связаны Порше и Ремарк? Что сказал конструктору Иосиф Сталин во время личной аудиенции? И другие интересные истории...

Андрей Колесников

Забытое «Наследство»

Владимир Кормер как зеркало русской интеллигенции

29 января выдающемуся русскому писателю и философу Владимиру Федоровичу Кормеру исполнилось бы 75 лет. Нельзя сказать, что он совсем забыт. Но тираж его двухтомника составляет 1500 экземпляров. Скорее всего, это и есть потолок нынешнего активного интереса к творчеству одного из самых ярких и талантливых семидесятников — литературному и философскому.

Константин Рылёв

Док Чехофф

29 января 1860 родился Антон Павлович Чехов

Классики, в силу тотального навязывания их произведений ещё в школе, становятся чем-то хорошо знакомым, но крайне абстрактным: вроде героев компьютерной игры. Граф Т. (он же Л.Н. Толстой) и Ф.М. Достоевский в новом пелевинском романе: супербоевики, владеющие массой приёмов и разными видами оружия. Нечто вроде Шварца (Арнольда) или Рэмбо.

Виктория Шохина

Валентин Катаев: паркур в катакомбах

28 (16) января 1897 года родился писатель, который придумал мовизм

Великая Октябрьская социалистическая революция (как к ней ни относись) спровоцировала всплеск творческой энергии. И один из интереснейших писателей, революцией мобилизованных, — Валентин Катаев. Особый вопрос — какие трюки ему пришлось изобретать в предложенных обстоятельствах. И чем это на круг обернулось, кроме Сталинской премии (за «Сына полка»), звания Героя Социалистического Труда, дачи в Переделкине и прочих благ.

Павел Рыбкин

Давай пофехтуем

28 января 1996 года умер Иосиф Бродский

...Оставалось совсем ничего — получить себе статую при жизни. И этого Бродский тоже сумел добиться, потому что обнаружил в своей крови мрамор гораздо раньше, чем об этом догадались современники, в частности, нобелевский комитет. И сам поставил себе окончательный диагноз — «мрамор сужает мою аорту»...

Дмитрий Мишенин, Анна Маугли

Над пропастью в гранже

27 января 2010 года скончался Джером Дэвид Сэлинджер

Классик американской литературы Джером Сэлинджер, наверное, и не думал, когда писал свои «Девять рассказов» о Глассах и «Над пропастью во ржи», что станет первым гранж-писателем Штатов. Но случилось именно так.

Игорь Фунт

Пора!..

27 января 1891 года родился писатель, поэт, переводчик, публицист, фотограф и общественный деятель Илья Эренбург

Поздней осенью 1953 года И. Эренбург начал работать над повестью «Оттепель».
…Идёт обсуждение книги молодого автора. Выступает инженер Дмитрий Сергеевич Коротеев: он коснулся личной жизни героя повести – агронома Зубцова, влюбившегося в жену товарища. Почувствовав, что его любовь не вызывает сочувствия у окружающих, Зубцов уезжает на Север. Дмитрий Сергеевич явно осуждал неосмотрительность и легковесность поступков влюблённого агронома. Не думал - не гадал Коротеев, что нечто подобное вскоре произойдет и с ним: он не равнодушен к Лене Журавлёвой. И она тоже чувствует, что Дмитрий Сергеевич её очень интересует…


 

Интервью

Кино должно работать

Алина Рудницкая поделилась своими мыслями на тему документальных фильмов и фестивалей

В этом году честь быть в составе жюри конкурса полнометражных фильмов на Амстердамском фестивале документального кино IDFA выпала режиссёру Алине Рудницкой. Слава не только в России, но и за её пределами, пришла к ней вместе с дебютным фильмом, а каждая последующая работа способствовала укреплению её статуса талантливого документалиста. Мы встретились с Алиной Рудницкой за пару часов до объявления номинантов IDFA, чтобы поговорить "за кино и за жизнь".

Детство на свалку

Ханна Полак закончила работу над своим новым фильмом, посвященном теме российских бездомных детей

Документальный фильм Ханны Полак «Человек живет для лучшего» о девочке Юле с подмосковной свалки получил на Амстердамском фестивале IDFA Специальный Приз Жюри. Названием картины послужила цитата из пьесы Максима Горького «На дне». Главной героине присущи те же проблемы и радости, что и всем остальным детям, но с одной поправкой – у неё нет дома. Режиссёр наблюдала за Юлей на протяжении 14-и лет, отразив процесс её взросления и жизненную ситуацию, в которой она оказалась. В своём интервью Ханна Полак рассказывает об отношении к бездомным детям и к кино, и о том, как она пришла к этому.

Национальная премия нашла «Аптекарский огород»

Артем Паршин рассказал, каково быть первым ландшафтным архитектором МГУ

Проект ландшафтного архитектора Ботанического сада МГУ «Аптекарский огород» Артема Паршина «Сад лекарственных трав» был награжден золотым дипломом Российской национальной премии по ландшафтной архитектуре в номинации «Лучший реализованный общественный проект до 1 га». Премия, учрежденная Союзом архитекторов и Ассоциацией ландшафтных архитекторов России, имеет статус высшей профессиональной награды. Возникновение подобной национальной премии – это важный шаг, символизирующий осознание обществом важности ландшафтного дизайна, ландшафтной архитектуры – организации среды, в которой мы живем.

Исторические «кризисы»: грани возможного

Беседа с философом и историком культуры Михаилом Ямпольским

Сегодняшняя медиасфера — это довольно сложная условная сфера, в которой есть много чего ориентированного на разных людей. Каждый потребляет то, что ему ближе и нужней. Кто-то смотрит каких-то так называемых политических экспертов, которые делают вид, что они что-то знают и могут предсказать. А кто-то слушает Киселева. То есть каждый находит себе тот сектор представления мира, который его устраивает и привлекает. Но это сложно организованная сфера, в которой каждый человек играет какую-то роль.

Ольга Новикова: «Пишу о других и сама становлюсь Другой»

Прозаик, филолог и редактор «Нового мира» Ольга Новикова, у которой недавно вышла новая книга «Каждый убивал» (М.: АСТ, 2014), об отсутствии детективной традиции в России, угрозе социального взрыва, тоталитарности книжного рынка, будущем толстых журналов и интеллигентных Штирлицах как единице измерения.

Владимир Савенок: «Учет доходов и расходов без какой-то определенной цели и без анализа отчетов – это обычные бухгалтерские операции, не имеющие большого смысла»

Беседа с лучшим российским специалистом по управлению личными финансами

О том, как взять собственные деньги под контроль рассказывает Владимир Савенок – генеральный директором Консалтинговой группы «Личный капитал», автор бестселлеров «Как составить и как реализовать личный финансовый план», «Инвестировать — это просто», «Миллион для моей дочери» и других. Статьи Владимира публиковали «Ведомости», «Форбс», «Генеральный директор», «Русский Newsweek», «Секрет фирмы», «Личный бюджет», «D’».

Пропала табличка

Директор «Аптекарского огорода» рассказал о том, как потерялся вход в Сад

В среду 5-го ноября между 2 и 3 часами ночи сотрудники Административно-технической инспекции сняли вывеску на Главном входе в Ботанический сад МГУ «Аптекарский огород». Основанием для действий чиновников стало предписание Департамента СМИ и рекламы №43-О02-771 об организации «демонтажа и перемещения информационных конструкций, не соответствующих требованиям утвержденной Архитектурно-художественной концепции по ул. Проспект Мира». Новость о происшествии появилась во многих ведущих СМИ, однако прояснить ситуацию до конца пока не удалось. Чтобы разобраться в этой истории, «Частный Корреспондент» поговорил с директором «Аптекарского огорода» Алексеем Ретеюмом.

Мы имеем дело с непознанным

Интервью с Иваном Засурским, журналистом, заведующим кафедрой новых медиа и теории коммуникаций факультета журналистики МГУ им. М. В. Ломоносова

О трендах современной медиасреды, способах выживания интернет-проектов и о том, как не стать персонажем «Тошноты» Сартра, мы поговорили с человеком, который мечтает создать мир, где будут править накопленные знания.