В общем, история эта неоригинальная, почти в точности повторяющая популярный мифологический сюжет. И перегородил Юрий Михайлович, усердно действуя лопатой, русло Алфея, переименованного в Москву-реку, и отвел её прямо на зловонный Черкизовский рынок. Воды реки стремительно потекли через полулегальное торжище, унося с собой канцерогенный контрафакт, тайные притоны, бритоголовых бандитов и сто тысяч китайцев… Вот только результат оказался отличным, поскольку Геракл действовал в условиях малозаселённой Элиды. Лужков же учинил свой сомнительный подвиг в громадном мегаполисе, по которому разнесло навоз Черкизона.
Несмотря на близость сюжетов, у нашей истории иная подоплека. Хоть и было задекларировано, что таким образом пресечена антисанитария и нелегальщина, приводящая к недобору отчислений в городской бюджет. Власти ещё весной начали подготавливать почву для решительных действий, выдвигая весьма сомнительные мотивы того, что Черкизон должен быть разрушен. Так, например, ректора Института физкультуры, на земле которого расположен рынок, обвинили в том, что он обокрал государство на 77,6 млн. рублей. Поскольку он клал деньги за сдачу в аренду земель не в государственный, а в институтский карман. И якобы эта история продолжалась долгие годы, во что можно было бы поверить в «лихие» 90-е, но никак не сейчас, когда фискальные органы сильны как никогда.
Затем на основании логических умозаключений появилась версия, согласно которой владелец рынка Тельман Исмаилов построил в Турции какой-то запредельно респектабельный отель, чем и разгневал Кремль. А гнев, как известно, всегда принимает разрушительные формы.
В конечном итоге восторжествовала наиболее приемлемая для потребителей новостных телепрограмм версия: борьба с нелегальщиной, вредным для здоровья контрафактом, криминалитетом, иноземными торговцами, чуждыми русской культуре. И Лужков за один день перегородил русло Москвы-реки…
Хотя все эти моменты были прекрасно известны задолго до горячего лета 2009 года. И с ними не только мирились, но многих они вполне устраивали. Не только торговцев последнего звена, для которых это было место мелкооптовых закупок. А также рядовых покупателей. Но и представителей самых разнообразных надзирающих, регулирующих и наводящих порядок органов, для которых Черкизовский рынок был дойной коровой.
Что же касается мотива вытеснения из торговли нелегальных иммигрантов, то он не может не изумлять. Потому что в стране уже давно действует закон, согласно которому к торговле не допускаются не только нелегалы, но и проживающие в стране на законном основании иностранцы. Но вскоре после его принятия, связанного с периодом обострения отношений с Грузией, о его существовании прочно забыли.
Можно было предположить происки конкурентов, для которых было бы полезно создать в Москве острый дефицит торговых площадей. И механизмы воздействия на исполнительную власть имеются — от провокаций до традиционных для современной России способов достижения поставленных целей. И действительно, после того, как гигантский клоповник закрыли, на ряде рынков резко подскочили тарифы за пользование складами и торговыми точками. Например, на «Садоводе», куда впустили около двух сотен черкизовских «погорельцев», плата за аренду складских помещений выросла в два раза.
Но любое социальное событие происходит в результате целого комплекса побудительных мотивов, как явных, так и искусно скрываемых. Закрытие громадной закупочной базы, на которой отовариваются челноки из городов российской части страны, способно вызвать дефицит «товаров народного потребления» и привести к их подорожанию. Правда, процесс этот достаточно инерционный — в глубинке не так скоро распродадут закупленный товар. При этом внутренние челноки не имеют какой бы то ни было организации, которая лоббировала бы их интересы.
А вот за отечественных производителей товаров лёгкой промышленности, не выдерживающих конкуренции с китайским ширпотребом, есть кому порадеть. Это, естественно, правительство, которое обеспокоено ухудшением экономического положения отечественных предприятий в условиях кризиса и ростом безработицы, чреватой социальными катаклизмами.
Косвенным свидетельством попытки поддержать российского производителя за счёт вытеснения с рынка — российского, а не Черкизовского — китайских товаров является тон распространяемых по информационным каналам страшилок и пугалок. Черкизон — интернациональное торжище, в котором принимали участие люди множества национальностей, проживающих в различных странах. Однако кроме как о злодеяниях китайцев, попирающих все мыслимые и немыслимые законы, в газетах не прочитать, по радио не услышать и по телевизору не посмотреть. Ну ещё изредка упоминаются вьетнамцы.
Данную особенность недавно прояснили «Ведомости», поведавшие о закрытом заседании президиума правительства, состоявшемся 1 июня. На нём министр промышленности и торговли Виктор Христенко сделал доклад, лейтмотивом которого был призыв перекрыть кислород челночной торговле, перевести торговлю с рынков в сети магазинов, ориентирующихся на отечественного производителя, ужесточить таможенный контроль, вытеснить с рынка дешёвые китайские товары низкого качества, разгромить подпольные цеха. В докладе говорилось, что мало того, что «дискриминация со стороны нелегальных товаров буквально задушила отечественное производство», так ещё и за счёт полукриминального характера торговли госбюджет ежегодно недополучает налогов на 650 млрд рублей. (Для прояснения этой цифры отметим, что Дмитрий Медведев, находясь в саровском ядерном центре пообещал выделить 2,5 млрд рублей на создание отечественного суперкомпьютера, на котором можно будет моделировать ядерные процессы. А это задача чрезвычайно непростая и очень дорогостоящая.)
Ну, и Лужкову дали в руки лопату. И, несмотря на то, что он и его супруга являются близкими друзьями владельца Черкизона Тельмана Исмаилова, Юрий Михайлович запрудил реку.
В результате возникла неоднозначная ситуация, на которую первой откликнулась Общественная палата. В порыве гуманизма, достойного куда более вдумчивого приложения, палата призвала предоставить нелегальным торговцам с рынка в виде исключения право временного проживания в России. Это обосновывалось тем, что отчаявшиеся и не имеющие средств к существованию нелегалы резко повысят в столице уровень преступности. Ну а московское правоохранительное начальство раскрутило эту идею до полного абсурда, опасаясь серии террористических актов.
Это как же надо не знать человеческую психологию, чтобы приписать торговому сословию даже теоретически не присущие ему качества. Лавочники, как называл этих людей яростный Ленин, преследуют единственную цель: купить подешевле, продать подороже, поменьше отстегнуть мздоимцам и татям и всяческими способами сохранить полученную прибыль. Но чтобы заявлять о своих гражданских правах, хоть бомбами, хоть демонстрациями — такого за ними никогда не водилось.
Эти люди живучи не меньше, чем Чубайс или клан Михалковых. Потому что они раз и навсегда уяснили себе, что на здешней почве никакого закона для них не существует. Что достичь поставленной цели можно только силой или хитростью. А правды искать не у кого. Здесь джунгли, и вести себя надо соответствующим образом, то есть отключив такие естественные качества как чувство собственного достоинства, гордость, милосердие, жалость…
Эти люди, как наши соотечественники, так и китайцы, вьетнамцы и представители еще двухсот пятидесяти национальностей, пускаясь на дебют, прекрасно знали реальность возникновения нынешней ситуации. Что во время вывоза товара с закрытого рынка их будут избивать и грабить. Что будут громадные убытки. Что трудно будет восстать из пепла. Но знают они и то, что в этой жизни непоправима только смерть.
Поэтому победить их древнегреческими методами невозможно. Они расползаются по московским рынкам и начинают дело буквально с нуля. Вот, правда, призывы Христенко не ограничились лишь одним Черкизовским рынком. На днях приостановили работу Измайловского рынка. Естественно, за нарушение противопожарной безопасности. И вряд ли его откроют. Но остаются другие рынки. Не только в Москве, но и в Подмосковье. Если же в столичном регионе с рыночной торговлей будет покончено, то останется немало мест в необъятной России, где за должную мзду им предоставят торговые точки. А не будет точек, так ещё что-нибудь придумают.
В этой эмоционально ёмкой истории существует и ещё один аспект. И он не столь оптимистичен. Вряд ли можно признать, что момент для столь энергичной реорганизации торговли выбран удачно. Да, вероятно, отечественный производитель в нынешний кризисный момент почувствует себя лучше. И безработица в отрасли поубавится. Но произойдет это не сегодня и не завтра. Поскольку навоз из черкизовских конюшен воды реки будут долго нести по необъятным просторам России, пока не смоют в Китайское море. А вот немалые миллионы прочих соотечественников, которые не смогут в сей трудный период покупать дешёвые вещи, материально пострадают. И это способно поднять давление в котле.
А в заключение необходимо сказать, что Лужков сделал запруду совсем не в том месте. Да и не он был должен делать её, а федералы. Очистительные воды необходимо было пускать на МВД, таможенную, мигрантскую, санитарную и прочие службы, благодаря которым долгие годы процветал, превращаясь в суверенное государство в государстве, Черкизовский рынок. И не только он, а вся система торговли товарами подпольной лёгкой промышленности.
