Владимир Войнович. Автопортрет: Роман моей жизни. М.: Эксмо, 2010.
Владимир Войнович на своём веку написал немало автобиографических сочинений. В первую очередь книги «Иванькиада», «Дело № 34840», «Замысел», а также газетные очерки и скрипты для радио. У всякого более или менее известного писателя в какой-то момент возникает желание рассказать о своей жизни. Но к созданию автобиографических текстов 70—80-х годов Войновича подтолкнули ещё и, так сказать, контрпропагандистские мотивы. О писателе долгое время распространялись всякие выдумки, подчас далеко не безобидные. Апокрифы эти продолжают бытовать и доселе. Так что, с одной стороны, в ответ клеветникам, а с другой — идя навстречу пожеланиям своих многочисленных поклонников, Войнович написал толстую обстоятельную книгу «Автопортрет». Это и вправду, как гласит подзаголовок, «роман жизни» — от детства в среднеазиатском Ходженте до событий 2008 года. Отдельные эпизоды этой книги уже знакомы читателям, другие публикуются впервые.
Ключевое слово к биографии Войновича — «самоучка». Литературному мастерству он учился не в институтах. Даже в школе Войнович окончил не все классы (из-за войны). А уже в зрелом возрасте он сам научился рисовать и получил признание в этом амплуа: переплёт книги украшают автопортреты писателя...
Не имея ни связей, ни престижных дипломов, ни (поначалу) московской прописки, Войнович спасался скепсисом, здравомыслием, трудолюбием и отменным чувством юмора. Герой этой книги противопоставляет советскому абсурду сметливость, элементарную логику и желание всегда и всюду быть честным. Впрочем, в постскриптуме к книге автор допускает, что он, возможно, был недостаточно самокритичен и «отобразил не все свои проступки, недостатки и слабости». В другом месте Войнович признаётся, что, может быть, «отдельные факты перепутал, но намеренно не врал». Что ж, роман есть роман.
Ну а вообще чтение получилось занимательное, местами чрезвычайно смешное и в то же время... грустное. Много невесёлого и нелицеприятного рассказал Войнович о российской жизни и русской литературе. Иные, возможно, и обидятся на него за прямоту и резкость. Автор никому не прощает лицемерия и малодушия, даже спустя многие десятилетия.
Пунктир жизни писателя Войновича практически во всём совпадает с главными событиями отечественной истории последних трёх четвертей века. Сталинские репрессии, война, послевоенная бедность, либеральный дух конца 50-х — начала 60-х, «заморозки» брежневских лет, диссидентское движение, сам- и тамиздат, эмиграция на Запад, возвращение «изъятой литературы» в период перестройки... Все эти вехи истории были и вехами жизни Войновича. Но, даже будучи европейской знаменитостью и живым символом эпохи, он остаётся скептиком и сугубо частным лицом. Культ личности, нетерпимость и фанатизм ему одинаково несимпатичны как в советской, так и в либеральной среде. Он сам по себе и себе на уме. Мудрец и насмешник. Неколебимый западник, идущий в литературе архетипически русским путём.
* * *
Критика:
Нина Иванова («TimeOut»):
«Владимир Войнович — едва ли не единственный из ныне живущих литературных классиков, который позволяет себе с последней прямотой высказываться о недавно почивших. Притом что известно, что жанр некролога — жанр прежде всего дипломатический. De mortuis aut bene, aut nihil. И тем не менее, отзываясь на смерть Солженицына на страницах отечественных СМИ, он ничуть не смалодушничал, а сказал примерно то же, что говорил, пока Александр Исаевич был жив.
С выходом 800-страничной подробнейшей автобиографии становится понятно, что это не бестактность со стороны Войновича, а предельная честность. Ровно с такой же беспощадностью он отзывается и о себе. Он не побоялся выставить себя в этой книге глупым, смешным, злым, простодушным. Разумеется, все мемуары субъективны. Разумеется, все воспоминания призваны утвердить точку зрения автора на описываемые события. Но Войнович умудрился изложить факты своей жизни с такой подкупающей иронией к самому себе, что веришь всему, что он рассказывает. Даже если он где-то по свойственной писателям привычке приукрасил».
Сусанна Альперина («Российская газета»):
«В книге практически нет фотографий — на встрече с журналистами, посвящённой выходу издания, писатель посетовал, мол, мало в жизни фотографировался, есть много снимков, сделанных в последнее время, и нет тех — из прошлых легендарных времён. Зато обложку книги украшают рисунки самого Владимира Николаевича (известно, что писатель увлекается живописью). Особенно хорош автопортрет…
Автопортрет словесный тоже без сомнения удался. Книга объёмна — почти 900 страниц. Её герои — Александр Твардовский, Булат Окуджава, Георгий Владимов, Эльдар Рязанов, даже Звиад Гамсахурдия — всех не перечесть. Тираж 15 тысяч экземпляров. В принципе — не маленький, но для такого труда этого количества книг явно не хватит. И издательству придётся допечатывать ещё и ещё».
