Региональные власти по всей стране объявляют о повышении тарифов на энергию и инфраструктурные услуги. Тарифы, регулируемые федеральными властями, тоже растут. Общее повышение составит примерно 25%. Это неудивительно — при дырявом государственном бюджете сокращение субсидий населению ускоряется, а рост себестоимости в энергетике, ЖКХ и транспорте по-прежнему ничем не сдерживается.
Старые недобрые традиции
Россия. Декабрь. Чиновники тарифных ведомств устанавливают, сколько в следующем году будет стоить электричество, газ, отопление и прочая продукция регулируемых отраслей. Как известно, в нашей энергетике, жилищно-коммунальном комплексе, транспорте и связи продавец не может назначать цену своих услуг свободно. Считается, что в этих отраслях «естественная монополия» и свобода ценообразования привели бы к резкому повышению тарифов и сокращению объёма услуг, оказываемых населению. По официальной версии, государственное регулирование нацелено на установление тарифов на уровне, слегка превышающем объективно необходимые издержки производства, — как это было бы в условиях свободной конкуренции. Государство, таким образом, одновременно приближает экономику к условиям естественного рыночного равновесия и заботится о социальном благополучии граждан.
Благостную картину портит один нюанс: зачастую тариф не «чуть выше», а значительно ниже заявленных издержек производителя. Получается, что, оказывая свои услуги, регулируемое предприятие получает убытки, которые компенсируются либо за счёт прямых субсидий из бюджета, либо за счёт повышенной наценки для других потребителей. Последний вариант называется «перекрёстным субсидированием», распространён в России достаточно широко. Например, для простых граждан электричество стоит дешевле, чем для заводов, хотя себестоимость его подачи на завод ниже. Во всём мире для промышленности электроэнергия дешевле, чем для домашних хозяйств (см., например, данные в таблицах 1―2), в России же наоборот.
Таблица 1. Тарифы на электроэнергию в США, с учётом налогов и сборов. Сентябрь 2008 года
| Штат | Цена электроэнергии для частного жилья,
центов/кВтч | Цена электроэнергии для промышленности, центов/кВтч
|
| Нью-Йорк | 19,42 | 10,48
|
| Иллинойс | 11,27 | 7,67
|
| Калифорния | 14,59 | 11,09
|
| Техас | 13,42 | 8,98
|
| Аляска | 16,8 | 13,72
|
| Айдахо | 7,3 | 5,03
|
| Гавайи | 36,94 | 30,3 |
Источник: newtariffs.ru
Таблица 2. Средние розничные цены на газ в Европе на 1 января 2007 года
| Страна | Группы потребителей | Цена без прочих налогов, евро/тыс. м3 | Цена без НДС, евро/тыс. м3 | Цена со всеми налогами, евро/тыс. м3 |
| Великобритания | Население (D3) | 370,5 | 370,5 | 389,0 |
| Бизнес(I3-2) | 327,5 | 331,8 | 390,0 | |
| Германия | Население (D3) | 462,1 | 512,7 | 610,3 |
| Бизнес(I3-2) | 383,1 | 420,1 | 499,8 | |
| Испания | Население (D3) | 405,9 | 405,9 | 470,7 |
| Бизнес(I3-2) | 228,6 | 228,6 | 265,0 | |
| Италия | Население (D3) | 390,0 | 503,5 | 606,7 |
| Бизнес(I3-2) | 279,9 | 297,1 | 326,8 | |
| Нидерланды | Население (D3) | 406,9 | 512,1 | 609,3 |
| Бизнес(I3-2) | 219,7 | 263,6 | 313,9 | |
| Польша | Население (D3) | 289,8 | 289,8 | 353,6 |
| Бизнес(I3-2) | 230,6 | 230,6 | 281,5 | |
| Франция | Население (D3) | 377,8 | 377,8 | 445,3 |
| Бизнес(I3-2) | 248,8 | 255,0 | 302,4 |
Источник: ФСТ РФ
Перекрёстное субсидирование — общепризнанное зло. Оно подталкивает домашние хозяйства к расточительному поведению и делает неоправданными инвестиционные проекты, которые окупились бы, если б не искусственное удорожание энергии для коммерческого сектора. Получается страна, где в квартирах круглосуточно пылают газовые горелки, из-под кранов бессмысленно хлещет горячая вода, а свет никогда не гаснет даже в кладовках. Заводы же пребывают в убожестве, и никакая модернизация им не светит.
Российские власти всегда утверждали, что этот расклад — не следствие их принципиального выбора, а временная уступка рядовым гражданам. В рамках социальной политики. Со временем, однако, предполагается данную практику отвергнуть: тарифы для населения поднять, для промышленности снизить, а тем бедным гражданам, кто даже при экономии затрудняется оплачивать потребляемую энергию, платить напрямую из бюджета. Конечно, это должно быть сделано не одним махом, а постепенно, и именно поэтому новогодние праздники в России всегда омрачены удорожанием коммунальных услуг для простых людей. Так говорит правительство.
Газовый узел
Зарубежные аналитики, а также представители «Газпрома» нередко добавляют к этой картине ещё один важный штрих. Если электрическая и тепловая энергия по большому счёту не могут передаваться на дальние расстояния без серьёзных потерь, то с природным газом всё иначе. Газ можно поставлять на экспорт, и его цена в Западной Европе (равно как и в Восточной Азии) в несколько раз превышает тариф, действующий для российских потребителей. По сравнению с европейцами и бытовой, и торгово-промышленный секторы российской экономики платят за газ смешные деньги. К отечественным электростанциям, которые работают в основном на газе, это тоже относится. В результате для «Газпрома» поставки на внутренний рынок становятся своего рода благотворительностью из-под палки. И масштабы этих противоестественных благодеяний воистину потрясающие, так как Россия потребляет 70% газа, добываемого на её территории, — в абсолютных объёмах это больше, чем потребление Германии, Франции, Италии, Японии, Китая и Индии, вместе взятых.
Логичным решением было бы либерализовать внутрироссийские тарифы на газ, смирившись с их ростом и сокращением внутреннего потребления. Это позволило бы «Газпрому» сильно увеличить — может быть, даже удвоить — объёмы экспорта, а правительство смогло бы изъять у него в виде налогов дополнительную выручку и потратить её на компенсации для отечественных потребителей. Конкретно эта компенсация означала бы, что налоги снижаются, а заработная плата бюджетников и социальные пособия, включая пенсии, повышаются. Параметры данной операции вполне могут быть такими, что казна, «Газпром» и пенсионеры с бюджетниками материально не выиграют и не проиграют, а внутри торгово-промышленного сектора относительно энергоэффективные предприятия получат выгоду за счёт неэффективных.
Лично я счёл бы подобную реформу большим благом для России, но надеяться на её осуществление не могу. Ведь для неё надо согласовать по срокам и масштабам три серьёзных меры: повышение тарифов на газ, рост налоговых сборов с «Газпрома» и — самое сложное! — комплексное снижение налогов и увеличение доходов для потребителей газа. Наша бюрократия в нынешнем виде, думается, была бы технически не способна сделать это даже при искреннем желании. И уж наверняка по ходу дела какие-нибудь чиновники «обогатили» бы план реформы деталями, которые позволят перекачать в чьи-то карманы несколько миллиардов долларов. Обычные люди судят обо всём, исходя из опыта, и сегодня общественное мнение склонно воспринимать любые разговоры о «повышении тарифов с денежной компенсацией» как наглый обман.
Поэтому власти, которые ощущают, что терпение народа небезгранично, избегают решительных шагов. В плане тарифного регулирования их амбиции сводятся к желанию убрать перекрёстное субсидирование. Для этого тарифы для населения должны быть подняты до уровня соответствующих производственных издержек. Когда это будет сделано, дальнейшая динамика тарифов начнёт совпадать с общими темпами инфляции. Однако до тех пор система будет переживать болезненное напряжение: трудно рапортовать о снижении инфляции до 8% в год и одновременно повышать с 1 января все коммунальные тарифы аж на 25%. И это повторяется, в сущности, на протяжении всего постсоветского периода. Сколько же ещё можно? Когда же наконец этот пресловутый уровень издержек будет достигнут?
Увы, вряд ли здесь возможен честный ответ. Ведь издержки в большей части ТЭК и ЖКХ, в свою очередь, постоянно растут. В существующей системе у менеджеров соответствующих предприятий нет стимулов снижать затраты, а у государства нет возможности проверять их обоснованность. Да и желания по большому счёту тоже нет. Кто в государственном аппарате проигрывает из-за повышения тарифов для населения? Главу ФСТ за такое повышение не уволят, премьер-министра не снимут, президент из-за такой мелочи выборы не проиграет. Мэр или губернатор в принципе может потерять свой пост из-за аварии на котельной, но не из-за высоких тарифов, обусловленных предполагаемой необходимостью вовремя отремонтировать котельную. И никто уже не разбирается, реальны ли эти расходы на ремонт и насколько они оптимизированы. То же самое имеет место и в западных демократических странах, где регулируемые тарифы, как правило, ещё выше, чем у нас.
Социалистический тупик и рыночная утопия
Единственная надежда, на мой взгляд, связана с отказом от догмы о «естественной монопольности» инфраструктурных отраслей. Их монопольное состояние не столько естественное, сколько навязанное государством. При невмешательстве властей конкуренция вполне возможна и в сфере инфраструктуры. Примеров тому немало: начиная с железных дорог и фиксированной телефонной связи в современных США и кончая множеством случаев из ранней истории электроэнергетики. Высокая капиталоёмкость инфраструктурных предприятий вовсе не означает, что на этот рынок никто не может войти, а предприниматель, осуществивший инвестиции первым, может почивать на лаврах. В отношении новых объектов всё совсем просто: ведь уже на стадии проектирования дома или завода строитель строго отбирает самые выгодные из всех мыслимых способов обеспечить его электричеством, теплом и водой и договаривается о тарифах сразу на весь срок существования инфраструктуры. Это и есть конкуренция: любой потенциальный поставщик понимает, что должен или предложить лучшие условия, или потерять заказ.
С теми объектами, которые построены ещё при нерыночных правилах игры, конечно, сложнее. Здесь дерегулирование означает прямой ущерб покупателю инфраструктурных услуг, который строился и заселялся с расчётом на низкие цены, а теперь должен вдруг столкнуться с их повышением. Проблема, однако, вполне разрешима: дерегулирование можно увязать с выпуском ценных бумаг поставщика, которые будут переданы потребителю и позволят ему получать доход, соответствующий ожидаемым потерям от повышения тарифов.
Логика рынка, предпринимательства и частной собственности устраняет главный изъян существующей системы: теперь поставщик материально заинтересован максимизировать качество и минимизировать себестоимость своих услуг. Повышение эффективности приносит ему прибыль, как во всех нормальных отраслях. Нужда в искусственном завышении издержек отпадает, потребители превращаются из обузы в желанных клиентов.
Если бы российское правительство рискнуло перевести инфраструктурные отрасли в режим свободного рынка и отменило регулирование тарифов, то при грамотном исполнении все потребители ощутили бы, что соотношение качества и цены используемых ими услуг поднялось. А вот что при этом произошло бы с ценами, взятыми отдельно, заранее сказать нельзя. Сегодня тарифы, как правило, ниже официально заявленной себестоимости, но как они соотносятся с реальной себестоимостью, можно только гадать. В разных местах могут быть разные ситуации, и если применительно к газу «освобождение цен» наверняка означает «подорожание», то для электроэнергии или железнодорожного транспорта нерегулируемый тариф вполне может оказаться ниже регулируемого.
Впрочем, пока всё это несбыточные мечты и нам остаётся лишь смириться с очередным новогодним подорожанием услуг. Безо всяких надежд на снижение их себестоимости и улучшение качества.
Справка
О тарифах в Москве
Горячая вода в домах с водопроводом и централизованным горячим водоснабжением подорожает с 354,30 рубля с человека в месяц до 444 рублей, а холодная вода — с 107,15 рубля до 137,66 рубля.
Отопление в квартирах москвичей при отсутствии приборов учёта будет стоить в 2010 году 19,04 рубля за 1 кв. м (сейчас 15,30 рубля). Увеличится и стоимость газоснабжения. Жители квартир с газовой плитой и централизованным горячим водоснабжением будут платить 29,04 рубля вместо 24,30 рубля (плюс 19,5%). Плата за электроэнергию увеличится с 2,11 рубля до 2,42 рубля (плюс 14%) для тех, у кого стоят электрические плиты, и с 3,01 рубля до 3,45 рубля для обладателей газовых плит.
Источник: «Газета.Ru»
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
