«Возвращение мушкетеров» — эдакий цирк с конями, пафосный трэш про оживших зомби-мушкетеров в исполнении Боярского со товарищи. И это совсем не смешно!

Вышло так, что я был первым журналистом, который увидел четвертый фильм Георгия Юнгвальда-Хилькевича о легендарной четверке мушкетеров.

Это случилось почти за месяц до премьеры, а пресс-показа вообще не было — моим коллегам был показан лишь фильм о фильме, после чего состоялась встреча со съемочной группой картины.

Обычно на пресс-конференциях киношники изо всех сил хорохорятся, с радостной улыбкой рассказывая, какой замечательный фильм они сняли и как они довольны результатом.

Так было и здесь. Исключение составлял, пожалуй, только Вениамин Смехов, с фирменной мрачностью Атоса остекленело вперивший взгляд в пол. И его настроение, как и то, что уже давно готовый фильм так и не показали прессе, вполне понятно.

Действительно, как презентовать картину, которая вообще имеет крайне опосредованное отношение к кино? Ведь «Возвращение мушкетеров» снято в эстетике, которая даже в конце 70-х выглядела архаично.

Но это даже не самое страшное!

Если рассматривать все в комплексе — сюжет, качество съемки, игру актеров, спецэффекты — это дорогостоящий костюмированный трэш-капустник. Ему место разве что на телевидении, давно и планомерно низводящем россиян до уровня питекантропов.

И уж никак не на экранах кинотеатров, да еще с такой навязчивой рекламой везде и всюду, которая в самое ближайшее время аукнется Юнгвальду-Хилькевичу, Боярскому и прочим тоннами вылитых на них фекальных масс.

Собственно, в этом уже можно убедиться — смердящий фитбек начал заполнять блогосферу.

Между тем старичков искренне жаль. Мне, во всяком случае. С оригинальным трехсерийным телефильмом «Д’Артаньян и три мушкетера», снятым — страшно подумать! — тридцать лет назад, у меня связаны самые теплые воспоминания.

В начале 80-х, когда я учился в начальных (простите за тавтологию) классах, отечественный кинематограф был для нас, советских школьников, светом в оконце.

Конечно, мы все по несколько раз ходили в кино на «Легенду о динозавре», «Конвой» и «Властелинов времени», но они успешно вытеснялись в нашем сознании «Приключениями Электроника», «Гостьей из будущего» и, конечно, «Мушкетерами».

Из тонких металлических прутьев, утащенных со стройки, мы делали себе шпаги, хвастаясь друг перед другом самодельными эфесами. Мои одноклассники регулярно собирались после школы на фундаменте одного из строящихся в нашем районе зданий и устраивали фехтовальные поединки (куда только взрослые смотрели?). Лучшие становились четверкой мушкетеров, остальные — гвардейцами кардинала.

После этого начиналось некое подобие игры «Казаки-разбойники» — мы носились по району со шпагами наперевес: мушкетеры скрывались, а гвардейцы их искали. У нас даже были Констанция и Миледи. Правда, девочка в нашей компании была одна, так что она играла эти две роли попеременно.

Песни Дунаевского про «пуркуа па» и «пора-пора-порадуемся» все знали наизусть. У моего приятеля даже была пластинка с инсценировкой по мотивам фильма.

И это, конечно, была неподдельная любовь, которая могла сравниться с любовью американцев к какому-нибудь Человеку-пауку или Супермену. Что, надо признать, не отменяет того факта, что вышедшие в 1992-м и 1993-м продолжения не принесли ничего, кроме разочарования.

Мало помогло даже привлечение в одну из этих поделок повзрослевшей Инги Ильм — Маши Старцевой из еще одной засмотренной до дыр телесказки «Приключения Петрова и Васечкина», — а ведь она была нашим первым «секс-символом» на пару с «гостьей из будущего» Наташей Гусевой.

Создатели «Возвращения мушкетеров» прекрасно знали о том, что значит для миллионов россиян картина 1979 года. И заработать на неувядающей любви, которая по сей день позволяет делать рейтинги телеканалам, в сотый раз показывающим «Д’Артаньяна и трех мушкетеров», было не такой уж плохой идеей.

Вопрос был лишь в том, как это сделать.

Глобальное осовременивание отвернуло бы от фильма поклонников оригинала, точное воспроизведение прежней эстетики отпугнуло бы основную массу потенциальных зрителей.

Что выбрала команда продюсера Олега Чамина?

Нетривиальное решение — попытаться усидеть на двух стульях. То есть в точности такой же фильм, как и тридцать лет назад, но с небольшими вкраплениями новых технологий.

Разбирать детали я тут не стану — это не рецензия, в конце концов. Скажу лишь, что при просмотре иногда хочется зажмуриться и уши заткнуть. И прежде всего когда Боярский падает на колени с песней-молитвой, и как следствие, мушкетеры возвращаются с «того света», обретя не поврежденную телесную оболочку.

В чей воспаленный мозг пришла эта идея? Того горе-писателя, который набрался наглости дописывать за Дюма? Или его к этому сюжетному ходу подтолкнули?

Хотя какая разница!

В «Возвращении» и без этого бредового хода хватает моментов хоть стой, хоть падай. Но неужели Чамин не в состоянии адекватно оценить то, что получилось? Неужели непонятно, что это продукт исключительно для преданных фанатов? И что все остальные гарантировано будут плеваться.

Ведь это тот самый случай, под который как нельзя лучше подходит знаменитое изречение Фаины Раневской «Деньги съедены, а позор остался». И именно позор заставлял Смехова смотреть в пол!

А вот кому точно не стыдно — это вечному мушкетеру Боярскому. В его диком, с годами настоявшемся как коньяк театральном наигрыше так и сквозит восторг от того, что он снова Д’Артаньян. Так что по крайней мере один благодарный зритель у фильма будет.

Боярский готов смотреть его один за всех.

Впрочем, едва ли свою профнепригодность по меркам кинематографа XXI века осознает и Юнгвальд-Хилькевич. И он такой не один, хотя тех его пожилых коллег, которые избрали для себя преподавание и административные функции, – к счастью, много больше.

В связи со скандалом вокруг декабрьского съезда Союза кинематографистов была обнародована статистика, по которой вышло, что в СК состоит какое-то несусветное количество режиссеров. И их там значительно больше, чем актеров. На первый взгляд странно.

Но только на первый.

Для многих действительно заслуженных, нередко безмерно талантливых режиссеров СК — последняя ниточка, соединяющая их с кино. Они пенсионеры, которые уже давно ничего не снимают.

И не только потому, что нет денег. Нет сил — творческих и физических! Все-таки в кино, как и в спорте, надо вовремя уйти, чтобы не марать свое имя. Увы, это не все понимают. Достаточно посмотреть, что сейчас делает Эльдар Рязанов, чьим последним удачным фильмом был «Гараж».

А ведь ничего не мешало, раз уж так хочется вернуть на экраны мушкетеров, просто привлечь к проекту молодых.

Юнгвальда-Хилькевича можно было назначить продюсером, а постановку отдать какому-нибудь Олегу Фомину. Почему-то кажется, что вышло бы чуть лучше. Да и обошлось бы дешевле.

Со свежей кровью у нас, правда, тоже все не слава богу, но это отдельная и очень неприятная тема.

В другой раз как-нибудь, в другой раз.

ОТПРАВИТЬ: