На днях мне нужно было сдать свою очередную «кризисную» колонку. Собрала материал — кому еще из моих коллег срезали зарплату на 30%, кого собираются уволить, а кто пока экономит только на новогодних корпоративах. Села, пишу. И так мне стало скучно!
Нет, я, конечно, моим уволенным и урезанным коллегам очень сочувствую: никто не застрахован. Сколько же можно жаловаться и ныть? Как говорилось в «Служебном романе», «с этим же надо как-то бороться!».
И как только я об этом подумала, к нам в редакцию (как и ко многим другим, кстати) пришло письмо от редактора отдела культуры журнала Madame Figaro, входящего в ИД «Бурда». Там создали профсоюз.
«Друзья, — говорится в письме (оригинальная орфография сохранена). — В свете происходящих вокруг «кризисных» событий, сокращений, уменьшений зарплат итд, мы решили не сдаваться совсем уж легко и создали в Madame Figaro профсоюз. Очень рекомендуем вам поступить в своих редакциях так же — это очень легко, занимает 30 минут времени, не требует никаких специальных документов, и значительно укрепляет ваши позиции в этот истерический момент.
Я готова ответить на все ваши вопросы в любой момент и помочь вам, чем смогу, в создании тн «первичной профсоюзной организации». Позже мы можем объединить эти организации (у первоначального профсоюза должен быть один работодатель, поэтому мы сейчас создали не общий профсоюз, а профсоюз работников нашего ИД — Burda).
Членство в профсоюзе делает почти невозможным, или, по крайней мере очень сильно осложняет работодателю возможность (незаконную по сути, что нынче никого не останавливает) понижения вашей зарплаты, увольнения, итд».
Далее уважаемый автор письма уточняет, что профсоюзы не стоит рассматривать как открытую войну с начальством, хотя оно и не может входить в одну профсоюзную организацию со своими сотрудниками. Это, дескать, просто инструмент защиты (читай «самообороны»).
Приятно все-таки встретить людей с активной жизненной позицией. Заниматься созидательным трудом для развития личности куда полезнее, чем саморазрушением, к примеру, напиваясь в «Маяке» и раздавая потом малоосмысленные интервью.
Так что после прочтения письма мне очень захотелось познакомиться лично с этими позитивно настроенными представителями женского глянца. Но тут меня ждало большое разочарование — автор письма с коллегами-журналистами не общается, если те хотят написать статью об этом благородном деле.
«У нас пока, слава богу, нету никакой острой ситуации на работе, так что раздавать сейчас интервью и давать комментарии как-то странно», — заявила мне основательница профсоюза. А организация, очевидно, создана только для подстраховки.
Взаимодействие возможно только ради создания профсоюзных организаций на местах, в смысле в других редакциях.
«Я хотела бы добиться некоего спокойного, бытового, простого комфорта на своей работе и вокруг, в идеале — хотела бы научиться по-настоящему уметь защищать свои права, не вступая при этом на тропу войны, но научиться отстаивать свои права цивилизованными методами, придуманными давно и не мной. На Западе профсоюзы такая же норма жизни любого предприятия, как, например, бухгалтерия», — объяснила редактор Madame Figaro.
Мы с коллегами по «Часкору» обсудили эту заманчивую перспективу, но поняли, что пока к такому союзу не готовы.
Между тем профсоюз может реально воздействовать на ситуацию только в том случае, если в нем состоит подавляющее большинство представителей отрасли. Приведу пример. В Madame Figaro решено снизить зарплаты. Сотрудники журнала начинают стачку. Их поддерживают Cosmopolitan, Vogue, Elle и «Лиза». Выпуск очередного номера Madame Figaro сорван. Зарплаты возвращают на прежний уровень. Понижать в других редакциях становится уже неповадно.
Второй вариант. Сотрудники Madame Figaro создают локальный профсоюз. Им решают снизить зарплаты, они отказываются работать за меньшие деньги, а в журнал нанимают новых работников, которые согласны работать на худших условиях. Благо из-за кризиса свободных кадров становится все больше. Обычно их, правда, называют штрейкбрехерами.
Так что профсоюз имеет смысл только как массовое явление. Это если забастовка происходит в трамвайном депо, можно худо-бедно быстро найти замену обнаглевшим водителям составов. С журналистикой все-таки сложнее. Скажем, объявят стачку все деловые ежедневки. Ну и кто будет вместо них каждый день добывать инсайды? Ответ, по-моему, очевиден.
Так что либо начинание Madame Figaro подхватит большинство отечественных изданий, либо — ничего. Ничего не изменится. В целом для отрасли и для каждого в отдельности.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
