Подписаться на обновления
17 июляСреда

usd цб 62.8129

eur цб 70.6771

днём
ночью

Восх.
Зах.

18+

ОбществоЭкономикаВ миреКультураМедиаТехнологииЗдоровьеЭкзотикаКнигиКорреспонденция
Печать  ТВ и радио  Новые медиа  Медиабизнес  Стартапы  Кризис в СМИ  Информационное право  Facebook  Живой Журнал  Экономика знания  ВКонтакте  Общественное достояние  Ноосфера 
  среда, 13 марта 2013 года, 16:45

Профессор Михаил Гельфанд: «Пусть паленые диссертации превратятся в тыкву»
Об итогах работы министерской комиссии по расследованию «диссертационного скандала»и возможном развитии событий


Фото: Jonathan_W/ Flickr.com
   увеличить размер шрифта уменьшить размер шрифта распечатать отправить ссылку добавить в избранное код для вставки в блог




Все титулы Михаила Гельфанда не умещаются в одну строчку: биолог, генетик, профессор МГУ и заместитель директора Института проблем передачи информации РАН, один из основателей газеты «Троицкий вариант — наука», член Координационного совета оппозиции и член общественного совета при Министерстве образования и науки. А с недавних пор еще и член министерской комиссии, собранной специально для расследования «диссертационного скандала». По итогам работы комиссии министр образования Дмитрий Ливанов лишил ученой степени 11 человек, в том числе новоиспеченного директора СУНЦ МГУ, знаменитой «школы Колмогорова», Андрея Андриянова.

— Какие у вас впечатления от работы комиссии? Вы довольны или нет?
— Это очень предварительный успех. Теперь хочется его развивать и делать что-то с системой в целом. Главный идеальный критерий звучит так: пусть паленых диссертаций больше не будет, а существующие превратятся в тыкву. Понятно, что эта «программа максимум» сразу выполнена не будет. Есть такая болезнь — филяриоз, еще она называется «слоновья болезнь», когда в человеке живут маленькие червячки, и конечности распухают. Проблема в том, что если человека начать лечить, то червячки сдохнут, начнется массовое гниение, и человек умрет от заражения крови. Ситуация с диссертациями примерно такая же. Если сейчас разово отобрать все липовые диссертации и жестко дисквалифицировать их владельцев, то в некоторых областях науки и, по-видимому, в некоторых органах государственного управления случится коллапс. Допустим, некий человек становится профессором, если у него защитилось семь или восемь кандидатов. Он стал профессором, а впоследствии кандидаты оказываются липовыми. Человек перестает быть профессором?

— Видимо.
— А кто знает наверняка? Я не знаю. Или вот: в диссертационном совете должны заседать доктора наук. Потом половина этих докторов лишается степеней. Совет автоматически теряет возможность работать — это ясно, а люди, которые защитились в этом совете, теряют по этой причине свои степени? Или вот еще: на защите докторской степени, как положено, были три оппонента, все доктора наук. Один из них оказался липовым. Становится ли липовой защищенная в таких обстоятельствах диссертация? Есть ли у «липы» обратная сила?

— И этого никто не знает?
— Думаю, что нет. Вот бывают, скажем, истории о человеке, который объявил себя священником, обвенчал несколько пар, а потом выяснилось, что он никакой не священник. Эти люди, которых он «обвенчал» — они жили в грехе или нет? И все это надо прописывать сейчас, в свете вскрывшихся обстоятельств. Видимо, должна действовать «презумпция добросовестности»: человек отвечает за то, что он сделал сам (защитил диссертацию, был научным руководителем или оппонентом, писал отзыв, был членом диссертационного совета), но не отвечает за позднее вскрывшиеся обстоятельства, над которыми он не властен (его оппонент оказался жуликом и т. п.).

Авторы 24 диссертаций указали в авторефератах несуществующие публикации. У кого-то из них доля неподтвержденных публикаций составляет 33%, а у кого-то все 100%. При этом средний показатель липовых публикаций — 73,9%. В 5 случаях один и тот же источник некорректных заимствований фигурировал в двух заключениях об оригинальности. В трех случаях некорректные заимствования были взяты в том числе из научных работ официальных оппонентов по диссертациям соответствующих соискателей.

Хороший вариант развития событий примерно таков. Во-первых, чисто технически нужно увеличить срок давности при рассмотрении апелляций, или даже, в случае серьезных нарушений, отменять вообще. В 2011 году был введен нынешний срок в три года: если диссертация была защищена больше трех лет назад, с вами ничего нельзя сделать. До этого срок давности составлял 10 лет. Представьте себе человека, который защитился в 2007-м. Когда он защищался, срок давности был 10 лет, потом снизился до трех, а теперь, будем надеяться, станет опять 10. Тот факт, что где-то посередине был промежуток, когда срок снизился до трех лет, спасет обладателя липовой диссертации, который защитился в 2007 году? Кто-то убил свою бабушку, его не нашли, потом смертную казнь отменили, потом ввели обратно, и вот тут его нашли. Он идет на электрический стул? Вы смеетесь, но ни один из тех, кому я задавал этот вопрос, не сказал: смотри пункт такой-то.

— Пункт такой-то какого документа?
— Вот, опять-таки, я не знаю. В каком документе написано, что закон, ухудшающий положение лица, не имеет обратной силы в уголовном процессе? Я подозреваю, что в ситуации маятника, когда обстоятельства меняются то в одну, то в другую сторону, прямых указаний нет. В любом случае, десятилетний срок надо возвращать. Во-вторых, как бы ни решались эти казусы, ВАК — или та контролирующая инстанция, которая будет существовать, — должна выносить содержательные решения. Даже если формально нельзя лишить степени за истечением срока давности, нужно объявлять, что диссертация, защита и все, что с этим связано, было туфтой. Это будет иметь некоторое моральное воздействие. И третье — на самом деле, с этого надо было начинать — должна быть максимально жестко и подробно прописана процедура апелляции. Есть масса случаев, когда люди писали апелляции в ВАК, и ВАК ограничивался отпиской. Если есть содержательная апелляция с конкретными примерами заимствований, несуществующих статей и прочего, то по каждому ее пункту должен быть дан развернутый ответ: нет, заимствований не было, вам показалось; нет, все наоборот, это списали у диссертанта, а он цитирует сам себя; заимствование есть, но оно должным образом оформлено; или, наконец, это недолжное заимствование в достаточно большом объеме, и оно является автоматическим основанием для лишения степени.

У меня есть два наивных ожидания. Первое: если у человека есть степень, и он ее активно предъявляет миру — например, хочет стать профессором, — то найдется кто-то, кто захочет проверить доброкачественность этой степени. При наличии хорошей процедуры апелляции и лишения степени во всех сколько-нибудь спорных случаях найдется кто-то, кто, грубо говоря, стукнет. В этом смысле история вокруг Андриянова продемонстрировала мощь самоорганизующегося сообщества. Как только образовалась комиссия, обнаружилась масса людей, которые занимаются примерно одним и тем же. Кто-то проверяет чиновников городской администрации, кто-то — депутатов Государственной думы, кто-то — преподавателей и ученых. Если будет предъявлен работающий, с примерами, механизм, то найдется множество желающих заняться этой формой гражданской активности. Это психологически очень естественно: не на митинги ходить, а расчищать пространство вокруг себя — этакий Максим Кац, но не про скамейки и парковки, а про диссертации.

Моя вторая наивная надежда состоит в следующем: если окажется, что система контроля диссертаций работает в простых случаях, то в сложных случаях люди будут следить сами. Есть три типа недиссертаций. Первый и самый простой — очевидный фальшак: плагиат, несуществующие публикации. Второй — это диссертации, сделанные по заказу, но хорошо. А третий — это просто плохие диссертации. Нормальные, написанные самим кандидатом, но плохие. Я боюсь думать про медицинские, но точно знаю, что в технических науках такого очень много. Работы оригинальные в том смысле, что текст ниоткуда не украден, и одновременно совершенно неоригинальные, потому что все уже давно знают о том, что в них написано. Если сегодня мне приходит автореферат слабой диссертации, никакого отзыва я не пишу, потому что он ни на что не повлияет: если система не работает, человек защитится вне зависимости от моих отзывов. Я надеюсь, что люди захотят пользоваться системой для критики по существу. Тогда сам факт наличия некоторого количества отрицательных отзывов может стать сигналом для ВАК — диссертацию неплохо бы рассмотреть подробнее.

Диссертационные советы, которые пекут фальшаки, и советы, которые пропускают слабые диссертации, — очень часто одни и те же советы. Если мы разгоним «фальшивые» советы, то в значительной мере ослабим вал некачественных работ.

— А кто производит эти фальшивые работы?
— Есть три категории людей с фальшивыми диссертациями. Это те, кто остались в науке, чиновники и преподаватели. С учеными все просто, в науке все про всех понимают: факт наличия или отсутствия степени не очень существенен. С чиновниками интересная история. С одной стороны — опять-таки, рассуждая идеалистически, — человек, который получил фальшивую степень, обманул всех вокруг, и чиновником или депутатом такой человек быть не может. С другой стороны, они, возможно, не знали, что «так нельзя». Это было настолько принято, что мне легко представить условного честного чиновника, которому в какой-то момент понадобилась диссертация, и он ее заказал, ни минуты не подумав, что здесь что-то не так. Скорость тоже все превышают. Было бы странно вдруг начать строго наказывать за превышение скорости, допущенное год назад. «Все это время мы напрасно не следили за правилами дорожного движения, так что теперь мы тебя строго накажем». И было бы странно сейчас с позором и криками отбирать диссертации. Есть предложение профессора РЭШ Константина Сонина: попросить каждого человека, который хочет сохранить степень, написать об этом письмо в ВАК — кто не захочет лишний раз светиться, просто не напишет этого письма, и все. Второе предложение мое: всякий чиновник может тихо отказаться от своей ученой степени, если он считает, что она липовая, но по прошествии года любой чиновник с липовой степенью изгоняется с позором и со шпицрутенами. Это своеобразная «диссертационная амнистия». Скорее всего, и то, и то не сработает, и следует продумать менее идеалистические варианты.

Что-то вас смутило в трех моих последних абзацах, правда? Скрипнуло что-то... царапнуло, да? Ах вот же: ворованная диссертация депутата Игошина - "на примере ПИШЕВОЙ промышленности", а исходная диссертация Орловой - про КОНДИТЕРСКИЕ предприятия. Конечно, понятия близкие: второе, в некотором роде, можно считать составной частью первого, но все-таки это не совсем одно и то же. Как же тут тырить-то такими здоровенными кусками? Чего-то ж надо с этим делать?

Наконец, когда дело касается преподавателей, я убежден, что фальшивая диссертация должна вести к полной и окончательной дисквалификации человека, который преподает в вузе. Он, в отличие от чиновника, не может не знать, что он делает что-то не так. Он не может после этого учить студентов не списывать.

Между прочим, председатель разогнанного диссовета профессор Данилов — автор основной линейки школьных учебников истории. Как минимум некоторые из его соавторов имеют фальшивые диссертации. Есть учебник, среди авторов которого, по всей видимости, нет ни одного приличного человека — все так или иначе засветились. А в учебнике рассказывают, как быть патриотом. Но есть и хорошая новость: на недавнем совещании у Путина по поводу единого учебника истории не присутствовал ровно один автор школьных учебников. Угадаете кто?

— Угадаю.
— Кстати, многие из этих людей искренне убеждены, что они чисты. Тот же Андриянов сначала заявил, что все это клевета и он подает в суд, потому что вот они, эти статьи, которых якобы нет. И предъявил журналы, в которых якобы были напечатаны его статьи — по всей видимости, напечатаны в единственном экземпляре. Люди обратили внимание, что эти выпуски конкретных журналов отличаются от прочих полиграфически и, что уж совсем чудесно, в одном из журналов нечетные страницы были на левой стороне разворота. А дальше Андриянов неосторожно позволил сфотографировать оглавление этих журналов. Там оказались статьи людей, защитившихся в этом же совете, и тут все началось. Он, может, и дурачок, я не знаю, но вряд ли клинический идиот: если ты в курсе, что это фальшивый журнал, ты не дашь его сфотографировать, в крайнем случае помашешь перед носом. Моя реконструкция выглядит так: он заказал диссертацию, ему ее написали — с липовыми статьями. Выпускники Колмогоровского интерната обнаружили, что таких статей нет, написали апелляцию в ВАК, ВАК спросил «а что у вас вообще происходит?», Андриянов задал этот же вопрос тем, кто пек его диссертацию, и те принесли ему «его статьи». Это единственная логически непротиворечивая реконструкция, которая не предполагает в людях запредельный идиотизм: «Я знаю, что это фальшивая статья, но я всем ее покажу». А госпожа Баландина, доцент из Ставрополя, которая была оппонентом, по-моему, у Владимира Тора, просто-таки купила за свои деньги билет и приехала на заседание ВАК — и уехала только после того, как ей показали, что четырнадцать из ее якобы шестнадцати научных статей элементарно не существуют. Наконец, есть господин Федоренко, по поводу которого были сомнения. В списке причин для лишения его степени был ровно один пункт: МГУ не признал свой отзыв, который лежал в деле Федоренко. Федоренко сказал, что будет подавать в суд на МГУ, потому что его научный консультант лично забирал этот отзыв из университета. И даже успел подать заявление в ОВД, и его многие жалели как жертву недоразумения. Цирк в том, что его диссертация тоже местами переписана — просто на момент заседания комиссии это еще не было известно.

И тут мы возвращаемся к вопросу о том, чем я не очень доволен по итогам работы комиссии. Я не очень доволен тем, что степени были лишены всего 11 человек, хотя только через даниловский совет прошло около 80 сомнительных диссертаций, многие из которых даже по текущему положению могли посчитаться недействительными, ведь три года еще не прошло. Но комиссия физически не успела послать формальные запросы и получить ответы по поводу всех работ. Остался огромный пласт диссертаций, в недоброкачественности которых мы практически уверены, и очень хочется довести это дело до конца.

— Что сейчас происходит с комиссией?
— Комиссия находится в подвешенном состоянии. В приказе министра было сказано только, что к 1 февраля этого года комиссия должна представить свое заключение, но ни слова о том, что будет потом. Я думаю, что собираться она уже не будет, но если кто-то из членов комиссии, например я, захочет эту работу продолжать, то я не вижу, что им может помешать. Прежде всего, сейчас нужно разобраться с даниловским советом. Другое дело, что в какой-то момент надо остановиться: тянешь за одного человека, а оказывается, что у его научного руководителя защищались еще шесть человек с липовыми диссертациями, которые частично защищены здесь, а частично — в Астрахани… В том же МПГУ есть еще один совет по истории, где защищался главный археолог города Москвы, и очень похоже, что в его диссертации тоже есть ссылки на липовые работы. Кроме того, нужно усовершенствовать процедуры, об этом я уже говорил. Наконец, есть чудесные диссертационные советы по биологии и другим наукам. Когда человек переписывает историческую диссертацию, это просто плагиат. Когда человек переписывает биологическую диссертацию, это плагиат и публикация результатов. Если вы написали диссертацию про бабочек Ленинградской области, а кто-то другой украл ее и опубликовал как исследование бабочек Забайкалья, сохранив при этом весь текст, то это фальсификация данных. Это не анекдот — я только поменял географию и насекомых. Так что можно не добивать историков, с которыми и так все понятно, а разобраться с биологами и всеми остальными. Мне кажется, что министерство образования вполне серьезно хочет доделать это до конца.

— Вопрос в том, хотят ли этого все остальные министерства.
— Это вопрос очень интересный. Я вполне допускаю, что Ливанова снимут за развал детских садов или за что угодно, что не имеет к нему отношения, но несомненно развалено. Но верно и обратное: теперь его уже нельзя снять, за что ни сними — все равно скажут, что за диссертации.

— А почему это произошло именно сейчас?
— Потому что, во-первых, была политическая воля в достаточном объеме. Во-вторых, что называется, дурачок «спалил контору», иных терминов я не знаю. Если бы он не полез в директора Колмогоровского интерната, если бы он не начал размахивать несуществующими публикациями — кто знает, все могло бы обойтись. И дело даже не в том, что просто спалил — он сделал это очень нагло, и люди озверели и начали проверять всех вокруг. За несколько дней набрался огромный ком из Андриянова, каких-то спортсменок, оппозиционеров, полицейских, начальников управ — целый зоопарк. Кроме того, уж больно очевидная ситуация. Несуществующая публикация очень легко ловится, за нее легко тянуть. Кроме того, в руководстве министерства оказались достаточно решительные люди.

— Эта история с диссертациями наносит удар прежде всего по репутации гуманитарных и общественных наук. Что с этим делать?
— Я говорил об этом историкам — коллегам по комиссии: степень доктора биологических наук осталась степенью доктора биологических наук, степень доктора исторических наук превратилась в анекдот, это ваша поляна, обороняйте ее. Между прочим, в печально знаменитом даниловском совете защищались и вполне нормальные люди. На последнем заседании совета было намечено три защиты. Двое снялись, один остался. Про двоих все понятно, а вот один оставшийся защитился, и я уверен, что это настоящая диссертация. Если хотите писать психологический этюд, разыщите этого последнего из могикан, спросите, как он себя чувствует. Нормальный человек может всю жизнь проходить с клеймом историка, защитившегося в даниловском совете.

Удары по репутации общественных наук наносились все эти годы. Лет двадцать назад доля диссертаций по общественным наукам в общем потоке диссертаций была примерно 10%, а сейчас их почти половина. Если учесть, что количество естественно-научных диссертаций за эти годы более-менее не менялось, то возникает понятная гипотеза: весь рост гуманитарных и общественных наук происходил за счет «липы». Это тысячи диссертаций.

Сейчас важно критически оценить качество журналов по гуманитарным и общественным наукам, которые входят в список ВАК. С математикой-физикой-биологией проблем меньше: практически все хоть сколько-нибудь приличные издания индексируются в международной системе Web of Science или в профильных базах данных, а, скажем, с русской филологией так не получится. Нужно составить новый, качественный список ВАК. По-хорошему, это дело самих представителей гуманитарных наук — иначе за них это сделает ВАК, и потом будет больно и обидно.

Участники дискуссии: Владимир Кайгородов, Сергей Тимофеев, Сергей Любимов, Наталья Сафронова

Источник: snob.ru




ОТПРАВИТЬ:       



 




Статьи по теме:



Не сразу строится

История проекта «Ноосфера» и глобальные перспективы открытого доступа

Ассоциация интернет-издателей была создана в 2010 году объединением единомышленников, которые считали важным обеспечить русскоязычным пользователям доступ к культуре и знаниям. Ключевыми направлениями работы стали поддержка в России открытых лицензий Creative Commons и привлечение внимания к вопросам общественного достояния и сохранения культурного наследия. Опыт и результаты исследований привели к «Ноосфере» — проекту, вобравшему в себя все теоретические наработки в области авторского права и новомедийных практик.

31.05.2019 21:50


Библиотека по-новому

Современное учреждение культуры — это не только книги, но и мероприятия

Алексей Емельянов, директор Костромской областной универсальной научной библиотеки, рассказал «Частному корреспонденту» о важности цифровизации и модернизации библиотек.

31.05.2019 16:00, Татьяна Струкова



Открытый – значит, нужный

О музеях и библиотеках, открывших доступ к своим архивам для широкой общественности

Все больше организаций культуры предоставляют пользователям возможность безвозмездно использовать материалы своих архивов и экспозиций. Политика открытости помогает музеям и библиотекам интегрироваться в цифровое общество и привлекать новых пользователей. Видимость коллекций при таком раскладе только растет, как и известность организаций культуры.

30.05.2019 16:37


«Главная цель библиотеки — продвижение книг и чтения»

О развитии современных библиотек и оцифровке библиотечных архивов

Заместитель директора по внедрению новых информационных технологий Магаданской областной универсальной научной библиотеки им. А. С. Пушкина Николай Бабиченко рассказал «Частному корреспонденту» о сложностях оцифровки произведений, защищённых авторским правом, и о важности присутствия библиотеки в медиа-пространстве.

28.05.2019 16:00, Татьяна Струкова


Исходный код

Как работают сервисы открытого доступа?

Сегодня стала очевидной потребность в открытости не только в области результатов деятельности исследователей и разработчиков, но и в области исходных данных. «Частный корреспондент» рассказывает о десяти успешных сервисах открытого доступа и о моделях их монетизации.

27.05.2019 16:00


«Библиотека должна использовать любые площадки, которые могут повысить эффективность её деятельности»

Какой должна быть современная библиотека

Заместитель директора по библиотечной работе Ставропольской краевой универсальной научной библиотеки им. М. Ю. Лермонтова Татьяна Москвитина считает, что современная библиотека должна быть удобной, мультиплатформенной и доступной любому пользователю вне зависимости от его географического положения. Но для достижения этого библиотекам еще многому предстоит научиться.

26.05.2019 16:00, Татьяна Струкова


Оцифровка культуры

Как работают национальные проекты по оцифровке культурного наследия в России и за рубежом

С начала года в России должна была развернуться обширная работа государственных структур по цифровизации культурной среды. В планах развития до 2024 года — строительство новых центров культуры, виртуальных концертных залов, улучшение качества культурной среды, проведение фестивалей детского творчества и многое другое.

25.05.2019 16:00, Татьяна Струкова


«Государство должно вывести учреждения культуры из сферы услуг»

О важности библиотек как культурно-просветительских учреждений и их трансформации в современном мире

«Частный корреспондент» поговорил с директором МБУК Иркутская «Централизованная библиотечная система», заслуженным работником культуры РФ Натальей Кустовой и узнал, каким будет будущее библиотечного дела и как на него повлияют государственные реформы.

24.05.2019 14:15, Татьяна Струкова


Надежный доступ

О функциях библиотек в современном обществе и представлении об идеальной электронной библиотеке

Куратор проекта электронной библиотеки, заведующий сектором Центральной городской публичной библиотеки имени В. В. Маяковского Иван Прозоров считает, что библиотека остается идейно прежней и в электронную эпоху. Присутствие в интернете — прямое продолжение «вечных задач» любой библиотеки: создания фонда документов и обеспечения доступа к информации.

15.05.2019 19:00, Татьяна Струкова






 

 

 

 

Календарь

Олег Давыдов

Колесо Екатерины

Ток страданий, текущий сквозь время

7 декабря православная церковь отмечает день памяти великомученицы Екатерины Александрийской. Эта святая считалась на Руси покровительницей свадеб и беременных женщин. В её день девушки гадали о суженом, а парни устраивали гонки на санках (и потому Екатерину называли Санницей). В общем, это был один из самых весёлых праздников в году. Однако в истории Екатерины нет ничего весёлого.

Ив Фэрбенкс

Нельсон Мандела, 1918-2013

5 декабря 2013 года в Йоханнесбурге в возрасте 95 лет скончался Нельсон Мандела. Когда он болел, Ив Фэрбенкс написала эту статью о его жизни и наследии

Достижения Нельсона Ролилахлы Манделы, первого избранного демократическим путем президента Южной Африки, поставили его в один ряд с такими людьми, как Джордж Вашингтон и Авраам Линкольн, и ввели в пантеон редких личностей, которые своей глубокой проницательностью и четким видением будущего преобразовывали целые страны. Брошенный на 27 лет за решетку белым меньшинством ЮАР, Мандела в 1990 году вышел из заточения, готовый простить своих угнетателей и применить свою власть не для мщения, а для создания новой страны, основанной на расовом примирении.

Молот ведьм. Существует ли колдовство?

5 декабря 1484 года началась охота на ведьм

5 декабря 1484 года была издана знаменитая «ведовская булла» папы Иннокентия VIII — Summis desiderantes. С этого дня святая инквизиция, до сих пор увлечённо следившая за чистотой христианской веры и соблюдением догматов, взялась за то, чтобы уничтожить всех ведьм и вообще задушить колдовство. А в 1486 году свет увидела книга «Молот ведьм». И вскоре обогнала по тиражам даже Библию.

Максим Медведев

Фриц Ланг. Апология усталой смерти

125 лет назад, 5 декабря 1890 года, родился режиссёр великих фильмов «Доктор Мабузе…», «Нибелунги», «Метрополис» и «М»

Фриц Ланг являет собой редкий пример классика мирового кино, к работам которого мало применимы собственно кинематографические понятия. Его фильмы имеют гораздо больше параллелей в старых искусствах — опере, балете, литературе, архитектуре и живописи — нежели в пространстве относительно молодой десятой музы.

Игорь Фунт

А портрет был замечателен!

5 декабря 1911 года скончался русский живописец и график Валентин Серов

…Судьба с детства свела Валентина Серова с семьёй Симонович, с сёстрами Ниной, Марией, Надеждой и Аделаидой (Лялей). Он бесконечно любил их, часто рисовал. Однажды Маша и Надя самозабвенно играли на фортепьяно в четыре руки. Увлеклись и не заметили, как братик Антоша-Валентоша подкрался сзади и связал их длинные косы. Ох и посмеялся Антон, когда сёстры попробовали встать!

Юлия Макарова, Мария Русакова

Попробуй, обними!

4 декабря - Всемирный день объятий

В последнее время появляется всё больше сообщений о международном движении Обнимающих — людей, которые регулярно встречаются, чтобы тепло обнять друг друга, а также проводят уличные акции: предлагают обняться прохожим. Акции «Обнимемся?» проходят в Москве, Санкт-Петербурге и других городах России.

Илья Миллер

Благодаря Годара

85 лет назад, 3 декабря 1930 года, родился великий кинорежиссёр, стоявший у истоков французской новой волны

Имя Жан-Люка Годара окутано анекдотами, как ни одно другое имя в кинематографе. И это логично — ведь и фильмы его зачастую представляют собой не что иное, как связки анекдотов и виньеток, иногда даже не скреплённые единым сюжетом.

Денис Драгунский

Революционер де Сад

2 декабря 1814 года скончался философ и писатель, от чьего имени происходит слово «садизм»

Говорят, в штурме Бастилии был виноват маркиз де Сад. Говорят, он там как раз сидел, в июле месяце 1789 года, в компании примерно десятка заключённых.

Александр Головков

Царствование несбывшихся надежд

190 лет назад, 1 декабря 1825 года, умер император Александра I, правивший Россией с 1801 по 1825 год

Александр I стал первым и последним правителем России, обходившимся без органов, охраняющих государственную безопасность методами тайного сыска. Четверть века так прожили, и государство не погибло. Кроме того, он вплотную подошёл к черте, за которой страна могла бы избавиться от рабства. А также, одержав победу над Наполеоном, возглавил коалицию европейских монархов.

Александр Головков

Зигзаги судьбы Маршала Победы

1 декабря 1896 года родился Георгий Константинович Жуков

Его заслуги перед отечеством были признаны официально и всенародно, отмечены высочайшими наградами, которых не имел никто другой. Потом эти заслуги замалчивались, оспаривались, отрицались и снова признавались полностью или частично.