Пол Кронин. Знакомьтесь — Вернер Херцог. М.: Rosebud Publishing, 2010.

В одном из последних документальных фильмов немецкого режиссёра Вернера Херцога «Встречи на краю света», посвящённом жизни учёных в Антарктиде, появляется выражение «профессиональные мечтатели». Хотя сам посёлок колонистов во льдах и напоминает обычный шахтёрский городок, люди в нём совсем иные. Сюда со всех концов земли стекаются те, для кого обычная жизнь оказалась слишком пресной. Вот, например, успешный в прошлом банкир-американец, который теперь водит по тундре огромный автобус. Он совсем не увлекается модным в последние годы дауншифтингом, не бежит от ежедневного труда, не стремится облегчить свою жизнь. Просто этот взрослый мужчина остался мальчиком, способным мечтать о далёких странах и приключениях, и нашёл в себе мужество сделать свои мечты профессией. Вслух давая определение этому племени мечтателей, Вернер Херцог, озвучивающий все свои документальные картины, конечно, говорит и о самом себе.

Херцог, безусловно, один из самых интересных и необычных, даже невероятных современных режиссёров, работы которого сочетают в себе удивительную страсть к жизни и инвариантность сюжетов. Он снимает кино о «других людях», тех, кого неполиткорректные европейцы XIX века называли дикарями. Он снимает самих европейцев, путешествующих по таким местам, где европеец кажется неуместной шуткой природы. Ключевой автор для Херцога — это, конечно, Джозеф Конрад, чьё «Сердце тьмы» задаёт горизонт и глубину творчеству режиссёра. Херцог уникален, и он не стесняется говорить об этом: «Если вы увидите несколько секунд моего фильма по телевизору, вы сразу поймёте, кто его снял». Вот с таким человеком и беседует в своей книге Пол Кронин. Дискуссия, по признанию автора, строится непросто. Херцог сперва вообще отказывается говорить, затем говорит скупо. Но мистер Кронин настойчив, и вот уже режиссёру приходится оправдываться: «Напишите в своей книге, что я вовсе не такой болтун!»

Текст построен по стандартной, хорошо зарекомендовавшей себя схеме «диалога с творческой личностью». Автор берёт эту самую личность под руки и тащит его сквозь хронологию творчества, попутно заставляя философствовать и отшучиваться. Читатель узнаёт о своеобразной картине мира Херцога, где, например, до недавнего времени не было места продюсерам: немец занимался производством своих фильмов сам (впрочем, «Плохой лейтенант» 2009 года, кажется, положил этому конец). Отправляться в опасное путешествие в кинематограф лучше всего пешком. Путь режиссёра к творческому успеху, по Херцогу, лежит не через школу киномастерства, но через настоящую жизнь, общение с людьми. Может быть, ему стоит поработать на бойне или подрядиться разнорабочим на стройку. И уж точно ему необходимы скитания и страдания. Только они дают увидеть мир и поместить его в объектив кинокамеры. Сам Херцог впервые отправился в такой путь ещё подростком и тогда же начал снимать фильмы.

Перечислять даже игровые проекты режиссёра бессмысленно. «Карлики, начинающие с малого», «Агирре, гнев Божий» и «Фицкарральдо» имели, пожалуй, самый большой резонанс. Некоторые фильмы сопровождались скандалами, другие оставались почти незамеченными, но в любом случае они смотрятся сегодня абсолютно современно, ничуть не манерно и не вымученно. Херцог (в отличие от Джармуша) не мог стать иконой поколения хипстеров. В его фильмах нет ничего от городской романтики, он не заигрывает со зрителем, не предлагает ему разделить пустой остов культуры, чтобы после выхода из кинозала вновь превратиться в обывателя. Поэтому на Херцога всегда и со всех сторон сыпались шишки. Революционеры 1968-го обвиняли его в насмешке (а попробуйте посмотреть «Карликов...» сегодня в связи с актуальными событиями российской политики), критики шептались о том, что он подвергает жизнь своих актёров опасностям (Херцог отвечает: «Я всё пробую на своей шкуре, прежде чем заставляю актёра что-то сделать»). Херцога, крепко связанного с родной Баварией, легко заподозрить в провинциализме. Херцога, работающего в Голливуде, — в предательстве европейского авторского кино. Этот список преступлений режиссёра бесконечен.

Конструирование миров от немецкого мечтателя определённо является занимательным чтением, провоцирующим воображение и тюмо (термин греческой философии, реактуализированный недавно Питером Слотердайком и Славоем Жижеком и означающий волю к жизни, дух соперничества и стремление к славе). Неслучайно эпиграфом к книге о Херцоге выбрана фраза «Ich möchte als Reiter fliegen in einer blutigen Schlacht» («Я хочу как всадник летать в кровавой битве»), появляющаяся в одном из фильме Херцога и, в свою очередь, заимствованная им у немецкого поэта-романтика фон Айхендорфа. Для тех, кто уже знаком с Вернером Херцегом, книга Кронина станет отличным подарком, позволив превратить мимолётный интерес в глубокую интеллектуальную дружбу. Тем же, кто ещё не встречался с немцем, я завидую искренне.

Критика:
«Денис Шлянцев, «Взгляд.Ру»:
«Рассказ о приключениях чуть ли не уровня Майна Рида, а то и Жюля Верна в книге перемежается довольно спорными, но любопытными суждениями Херцога. Например, по поводу документального кино — cinema verite: «Кино, как и поэзия, способно открыть измерения куда более глубокие, нежели так называемая правда cinema verite — бухгалтерская правда, которая едва касается подлинной кинематографической правды». Для Херцога не существует границы между документальным и художественным кино, он с лёгкостью может вставить вымысел в свою картину — в «Звоне из глубины» рыбаки на замёрзшем озере выглядят так, как будто молятся, а для изображения паломников, пытающихся найти град Китеж, была нанята пара местных алкашей. Таким образом, по словам Херцога, он добирается до «сокровенной, внутренней, таинственной» правды. Притом, что характерно, «сцена с пьяными, высматривающими подо льдом город, — это глубочайшая правда о России, потому что душа этой страны находится в постоянном поиске Китежа».

Этот прагматичный, местами циничный и неправдоподобно скромный правдоискатель не просто вписал свою страницу в историю мирового кино, но и убедительно ответил на один из самых заковыристых вопросов: в чём заключается предназначение искусства? «Произведения великих поэтов и художников не меняют ход жизни, но делают её лучше. Просто напишите ЛУЧШЕ. И непременно большими буквами».

Блогеры:
Алексей Юсев:
«В общем, настоятельно рекомендую эту книгу к прочтению. Особенно если хотите узнать, как снимать актёров на площадке в состоянии гипноза в течение длительного времени. К сожалению, ситуацию портит редакторская подготовка издания. В книге отсутствует указатель, что происходит уже не в первый раз с литературой от издательства Rosebud Publishing. И куда смотрел (или не смотрел?) научный консультант Михаил Трофименков? Для такой книги, где нет внутренней систематизации текста по предмету обсуждения, просто необходим указатель (в идеале оба — именной и предметный (фильмы); иногда их совмещают). Если издатели и редакторы не в курсе, зачем это нужно, то поясню популярно. Хотите вы найти в книге слова Херцога про Чатвина. Что делать? Перелистывать всю книгу? Или про определённый фильм всю информацию отобрать, которая в двух-трёх местах по тексту раскидана... Уважаемые сотрудники издательства! Если в следующий раз вы опять не найдёте в себе сил и желания сделать подобный указатель, то я готов вам сам это сделать за бесплатно. Всё равно в случае частого обращения к книге время, затраченное на перелистывание и поиск необходимого фрагмента, превысит время работы над указателем, который для данного издания можно составить за 4—5 часов. Наличие указателя, если что, дорогие издатели, куда важнее, чем перевод ссылок, которые были сделаны для английского издания. Зачем нашему читателю расшифровывать, кто такой Геббельс, и приводить информацию, когда та или иная книга была переведена с немецкого на английский язык. В общем, работа над изданием неудовлетворительная. На странице 172 в сносках поясняется, кто такие 4 писателя и живописца (Сегерс, Гёльдрлин и т.д), повлиявших на Херцога. Абзацем ниже другие деятели из композиторов, не менее неизвестные (де Лассю, Чикония, Кодакс и т.д.), но также повлиявшие на режиссёра, уже не заслуживают сносок, хотя через страницу нам объясняют в сносках на полстраницы, кто такие Гриффит, Мурнау, Пудовкин, Бунюэль и Куросава. Так не делается, уважаемые редакторы! Либо про каждого пишите, либо какого-то принципа придерживайтесь, рассчитывая прежде всего на русскоязычного читателя! Куцая фильмография в виде приложения, которая занимает три страницы, смотрится бедно. В общем, дорогие издатели: если имеете научного консультанта, то хотя бы стремитесь более академично составлять свои книги! А за книгу — спасибо!»

Фаланстер:
«Херцог — человек, находящийся в сложных взаимоотношениях с развитой цивилизацией. В своей родной баварской деревне, где он жил ребёнком начиная с середины сороковых годов, царила послевоенная разруха. Впервые Херцог воспользовался телефоном в 14 лет. В юные годы он попал ненадолго в США, где полгода жил в автомобиле на улице и где научился незаметно забираться для ночлега в пустующие дома. Потом он промышлял контрабандой на границе в Мексике, затем даже участвовал в родео, где укрощал быков, не умея ездить на лошади. Его безрассудность позволяла мчаться на другой край света, когда он узнавал, что на одном острове случится землетрясение и тот будет стёрт с лица земли. Интересовал его не коллапс, а один житель, который, по слухам, отказался покидать остров. Херцог хотел спросить его об отношении к смерти. Другими героями фильмов немецкого режиссёра (который нечасто бывал в Германии) были слепоглухонемые люди, женщина, единственная, кто спасся после авиакатастрофы в джунглях, военный, попавший в плен в Юго-Восточной Азии, и многие другие. Ко всем у Херцога имелся нестандартный подход. Его интересовали маргинальные личности, но часто его выбор истолковывался европейской критикой превратно, перемещавшей контекст работ в политическую область.

В общем, книга набита кучей историй, жизненный опыт которых уникален, так как мало кому на свете приходится в сжатые сроки решить вопрос покраски пяти тысяч крыс в другой цвет. Мало кто доверял оперные постановки тем, кто не владел нотной грамотой. Мало кому приходило в голову перетащить корабль по суше в джунглях Перу с одной реки на другую (вокруг при этом бушевала гражданская война, и съёмки заняли четыре года). Мало кто побывал на вершине одной горы, которая имеет высоту всего три тысячи метров, но первый раз её одолели лишь в начале семидесятых из-за крайне сложной доступности (самое пронзительное чтение в книге). В общем, оторваться от книги невозможно! Настоятельно рекомендуется к прочтению, особенно для любителей путешествий!»

ОТПРАВИТЬ:       

Статьи по теме:

• «Огни притона».
  13 февраля в ЦДЛ состоится премьера фильма Александра Гордона по сценарию его отца Гарри в программе «Закрытый показ» на Первом канале.
• Рано Кубаева: «О некоторых странностях «неженской» профессии».
  Стоя по ту сторону камеры, никто тебе не даст поблажки, потому что ты женщина, потребуют точно так же, как с мужчины.
• Шапито должно продолжаться.
  «Есть много ремиксов, а песня одна».
• Екатерина Дайс: «Новейшее время закончилось…».
  Беседа с культурологом о тайных культурных культах, мистериальной традиции в современной культуре, «рифмах френдленты» и половой принадлежности Бога.
• Голубые шахматы.
  Создать образ гения Холмса, подпустить комедии, закрутить боевик и два раза не вставать.
• Слишком оправданные ожидания.
  «Девушка с татуировкой дракона», Финчер.
• Лагерь Галича.
  Михаил Аронов. Александр Галич. Полная биография. 2-е изд., испр. и доп. – М.: НЛО, 2012.
• Фриц Ланг. Апология усталой смерти.
  5 декабря 1890 года родился режиссёр великих фильмов «Доктор Мабузе…», «Нибелунги», «Метрополис» и «М».
• Жизнь как жов.
  Ещё раз о фильме «Елена».
• Монтаж аттракционов.
  Минский кинофестиваль «Листопад» показал такой запредельно высокий уровень, какой и не снился ни Московскому, ни Токийскому, ни многим другим.