Приписавшая себе древность и русские корни, запрещённая и реабилитированная, ёлка снова украшает города и сёла. И снова на детских ёлках всё пойдёт по прописям, рекомендованным дореволюционными педагогами для праздника сирот, с идеологическими вставками позднейших времён. Стоит разобраться, откуда и зачем пришла ёлка в Россию.
«Мама, там Снегурочка, — завопила дочь и добавила тоном ниже. — Она курит». Я выглянула в окно. Из такси выгружался пьяненький Дед Мороз. Снегурочка затоптала окурок, и они исчезли в соседнем подъезде.
Из глубины тысячелетий
Кокошник и сарафан Снегурочки, тулуп и борода Деда Мороза — фольклорная основа костюмов говорит о древности персонажей и их укоренённости в русской культуре. На самом деле Снегурочка на новогодний праздник пришла из пьесы Островского и существенно позже Деда Мороза, который был русским переводом Санта-Клауса и с середины ХIХ века поначалу один водил хороводы вокруг ёлки, дарил подарки. Мода ставить ёлки для детей под Рождество пошла из города (а фольклорные обычаи и поверья до сравнительно недавних времён неизменно шли из деревни в город). Образованные круги Петербурга переняли её у немцев, которые в те времена составляли чуть ли не треть жителей столицы.
Рождественская ёлка с самого начала была чисто семейным делом; но городские власти решили, что в сиротских приютах малютки тоже должны получить свой праздник. Тогда и были сочинены первые сценарии таких праздников; в них появились дополнительные фигуры: Снегурочка, снежинки, зайчики, белочки, волки, медведь — и некоторая драматургия. С тех самых пор, чтобы получить подарок, надо прочесть стишок или спеть; когда на советской уже ёлке в деревенской школе герой мемуаров не смог выжать из себя ни строчки, поначалу растерявшиеся учителя впихнули ему подарок чуть ли не насильно.
Ёлка репрессированная и реабилитированная
Сначала было не до неё: Гражданская война, голод. К. Чуковский записал в дневнике, как дети развесили на ёлку сбережённые для этого случая сухарики, чтобы порадовать родителей («Дети, которые готовят к Рождеству сюрприз для отца и матери! В следующем году выставлю у кровати чулок!»). Но выжить при новом рабоче-крестьянском строе у религиозного праздника шансов не было. Убрать его стало легче после реформы календаря, когда все на некоторое время перестали понимать, где Новый год, где Рождество. Яростные плакаты изобличали поповские хитрости (церковь, надо сказать, в своё время долго сопротивлялась ёлке с её явно языческим привкусом): притаившийся за деревом поп забрасывал крючок с конфетой, приманивая ребёнка.
Попытались заменить праздник комсвятками; выпустили директивный сборник «Комсомольское рождество» с указаниями, как проводить сатирический карнавал, изготовив маски Антанты, Колчака, Деникина, нэпмана, кулака. Нововведение провалилось; тогда решили проще: праздник запретили, торговлю ёлками перед Рождеством запретили и послали по улицам комсомольских и профсоюзных активистов заглядывать в окна, выяснять, кто заражён ёлочным оппортунизмом. На улицах стало темнее: в домах с ёлками окна плотно занавешивали.
Антиёлочная кампания прокатилась по всем детским изданиям. Питерский детский журнал «Чиж» в 1931 году приводит слова девочки, вернувшейся после очередного разъяснения на эту тему: «Нет, мама, я не буду плакать. Мы все вместе решили, что ёлки мы устраивать больше не будем».
Ёлка прожила в подполье чуть больше 10 лет. В конце 1935 года в газете «Правда» неожиданно появилась небольшая заметка кандидата в члены Политбюро ЦК ВКП(б) П. Постышева, призывавшая положить конец этому неправильному осуждению ёлки, нелепой выдумке левых загибщиков, и вернуть детям праздник. Декларативный тон, типичный для главной газеты страны, возымел немедленное действие: уже следующий номер «Правды» рассказал о телеграммах, разосланных на места, с распоряжением устраивать пионерам и школьникам ёлки в школах, детских домах, кинотеатрах, на катках, организовать заготовку ёлок, закупку игрушек. Оказалось, что заводы и фабрики уже готовят подарки детям.
Следующий после запретов Новый год с ёлкой был годом 1937-м. Встречали его очень весело. В этот год среди прочих арестовали и вскоре расстреляли Постышева.
Легенды советской ёлки
Потом его, конечно, реабилитировали и сделали героем, особенно этой, ёлочной, эпопеи. Легенда о человеке, «вернувшем детям ёлку», складывалась в классическом житийном стиле с обязательным припевом «Павел Петрович очень любил детей». Повествовалось о его тяжёлом детстве, когда он, голодный и холодный, заглядывал в окна богатых домов и издали любовался разукрашенным деревом, — традиционный рождественский сюжет о малютке, который «посинел и весь дрожал». Позже, отвоевав детский праздник, он привёз из Москвы тяжело заболевшему сыну искусственную ёлочку с маленькими стеклянными свечками. Сын, разумеется, тут же выздоровел.
Но это из сравнительно поздних легенд времён оттепели и начала перестройки. Зато редкая детская книжка о Ленине обходилась без рассказов о двух ёлках, им устроенных: одна в голодной Москве, другая — в Горках. Оба случая действительно были и потому особенно нуждались в редактировании. В 1919 году ёлка никак не могла быть новогодней, но только рождественской, поэтому точную дату праздника никогда не называли. Ленин предварительно дал автору воспоминаний Бонч-Бруевичу деньги, сказав: «…доставайте где хотите пряников, конфет, хлеба, хлопушек с костюмами, масок». На празднике он ласково беседовал с детьми, которые доверчиво и весело смотрели на него, водил с ними хоровод, дети никак не хотели его отпускать, а дома уже волновалась Надя… Похожий рассказ о ёлке в Горках подтверждался явно смонтированной фотографией, на которой вождь гладил детей по головам парализованной рукой.
Как известно, Владимир Ильич тоже очень любил детей.
От Сталина до наших дней…
Как выяснилось позже, никакие заводы и фабрики к внезапному нашествию новогодних ёлок готовы не были: «В магазинах не было ни ёлочных украшений, ни ёлочных игрушек — их не производили. В школах, детсадах, семьях заволновались. Педагоги, родители, дети соорудили ёлку быстро, почти из ничего». Это из вступительной статьи сборника рекомендаций и программ проведения нового праздника. Книга пользовалась огромным спросом, её переиздавали: педагоги жаждали опереться на чёткие указания, а то как бы чего не вышло. Сборник опубликован в 1936 году. В 1940-м его сменила новая книга «Ёлка».
Доктор филологических наук Е. Душечкина в замечательной книге «Русская ёлка» сравнила предлагаемый к использованию материал с рекомендованным дореволюционными сборниками того же типа: совпадения слишком полные, чтобы быть случайными. Но всё это дополнялось часто совсем лобовыми, порой достаточно сложными символическими, но тем более безотказно действующими идеологическими мотивами.
Из лобовых — обязательный портрет отца народов и друга всех детей недалеко от ёлки; порой его в миниатюрном исполнении дети находили в своих подарках среди пряников и конфет; стихи — детские признания в любви и благодарности (они пригодились и позже, когда имя свергнутого кумира было заменено на уже неперсонифицированную партию).
О символических пишет Е. Душечкина: «Ёлка была поставлена на службу советской власти. Рождественское дерево превратилось в атрибут государственного праздника Нового года, одного из трёх (наряду с Октябрём и Первомаем) главных советских праздников. Скорому превращению ёлки в один из советских символов способствовала её архитектоника, напоминающая башни Московского Кремля, и звезда на её верхушке, превратившаяся из Вифлеемской в пятиконечную звезду, ассоциирующуюся со звёздами, горящими на башнях Московского Кремля».
Официальный новогодний праздник обрастал всё новыми сюжетными ходами. В 50-е в каждом классе перед праздником выбирали или назначали Снегурочку, и начиналась конкуренция хорошеньких отличниц. По всем городам и весям самым достойным ученикам, самым важным и «денежным» родителям вручали билеты на главную — кремлёвскую — ёлку страны (с оплатой проезда и проживания). К концу советского периода было снято несколько комедий о новогодних злоключениях артистов, игравших роли Дедов Морозов и Снегурочек. А в постперестроечное время вседозволенности кое-кто позволил себе даже намекнуть на геронтофилию юной снежной девушки и назвать её Лолитой.
А дети по-прежнему ждут ёлку. Щиплют друг друга в новогоднюю ночь, чтобы не проспать Деда Мороза с подарками, и всё равно умудряются его проспать. Пишут ему письма с просьбами. И долго, очень долго верят в него.
С Новым годом, дорогие товарищи!
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
