На этой неделе глава государства дал интервью «Новой газете». Разговор шел в основном о защите прав человека и развитии институтов гражданского общества в России. Медведев продолжил обсуждение этой проблемы на первом заседании обновленного Совета по содействию развитию институтов гражданского общества. Подчеркнутая демонстрация исключительного внимания президента к теме прав и свобод не случайна.
Поддержание имиджа либерального президента, выступающего ревностным защитником прав и свобод человека, обрело для Дмитрия Медведева новый смысл в преддверии государственного визита в Финляндию. Как известно, в 1975 году в Хельсинки страны — участницы Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе поставили свои подписи под декларацией, предписавшей оказывать уважение правам человека и основным свободам. Это обстоятельство стало отправной точкой для создания в Советской России первой правозащитной организации — Хельсинкской группы. На этой неделе глава государства наглядно продемонстрировал, что соблюдение прав человека не является для него пустым звуком.
Тема защиты прав и свобод стала центральной в первом интервью президента российскому печатному изданию. В течение года с момента избрания Медведев давал интервью преимущественно зарубежным СМИ. Правда, общения с главой государства удостаивались и центральные российские телеканалы. А вот печатные СМИ вынуждены были стоять в длинной очереди на интервью. Но на этой неделе справедливость в отношении газет была восстановлена. Первой побеседовать с главой государства посчастливилось «Новой газете». Президент исполнил обещание, данное ее главному редактору Виктору Муратову в конце января. Медведев пригласил тогда Муратова в Кремль, чтобы лично принести соболезнования по поводу убийства журналистки Анастасии Бабуровой. Неудивительно, что в интервью президент отдал приоритет гражданскому обществу. «Знаете, гражданское общество — это такая категория для России, которую мы еще не до конца научились правильно воспринимать. Гражданское общество во всем мире является оборотной стороной государства. Государство не только политическая машина, это такая форма организации жизни, которая основана на государственной власти и опирается на закон. А гражданское общество — это человеческое измерение любого государства», — дал определение этому понятию Медведев.
Впрочем, президент пошел дальше пространных рассуждений о сущности гражданского общества и отважился на личный контакт с правозащитным сообществом. В середине недели он провел в Кремле первое заседание Совета по содействию институтам гражданского общества и правам человека. В середине февраля Медведев своим указом обновил состав совета. Председателем этой структуры, как и прежде, осталась правозащитница Элла Памфилова. Открывая встречу с правозащитниками, глава государства счел необходимым первым делом высказать слова сочувствия по поводу их нелегкой доли: «Понятно, что работается вам непросто, есть масса случаев, когда деятельность неправительственных организаций ограничивается без достаточных на то причин. Конечно, это связано и с тем, что, собственно, в деятельности некоммерческих организаций, в деятельности неправительственных организаций многие чиновники видят и угрозу для своего безраздельного правления». Чтобы правозащитники чувствовали себя более уверенно, по мнению Медведева, нужно совершенствовать закон об НКО. Эта мысль пришлась правозащитникам по душе. Воспользовавшись шансом, Памфилова предложила полностью поменять идеологию существующего закона. По ее словам, в действующее законодательство изначально было заложено подозрение и вражеское отношение к правозащитникам. Закон, на ее взгляд, нужно изменить таким образом, чтобы он основывался на доверительном отношении к институтам гражданского общества. Правда, одного изменения закона для налаживания диалога между государством и обществом в условиях кризиса, по ее мнению, недостаточно. «Поработать над собой прежде всего должна российская элита, — считает Памфилова. — Что касается показателя качества нашей элиты, нашей отечественной элиты, — открытая декларация о доходах и собственности, надо признать, это очень важный шаг. Но очень важно и то, где находится эта собственность — в стране или за рубежом, и, что еще важнее, где учатся и работают дети нашей элиты, и идут ли они служить в российскую армию по аналогии с внуками английской королевы, и готовы ли они вообще связать свое будущее с Россией», — высказала свои претензии к представителям элиты правозащитница.
Пока глава государства продолжал общение с правозащитниками насчет соблюдения прав детей, стариков, инвалидов, заключенных, в Мосгордуме в это самое время происходили довольно любопытные события, напрямую затрагивающие эту тему. Депутаты фракции «Единая Россия» приняли решение упразднить пост уполномоченного по правам ребенка, который на протяжении семи лет занимал правозащитник Алексей Головань. Причем сделано это было в его отсутствие, так как, являясь членом президентского совета, он как раз находился на заседании в Кремле.
Депутаты Мосгордумы в среду обсуждали необходимость создания в Москве института уполномоченного по правам человека. С такой инициативой еще в 2007 году выступила фракция «Яблоко». Этот вопрос без особых сложностей получил одобрение во всех трех чтениях. Депутаты приняли решение, что институт появится в Москве с 1 октября этого года. Однако в бочке меда не обошлось без ложки дегтя. Руководитель фракции «Единая Россия» Андрей Метельский с голоса внес в повестку дня неожиданное предложение упразднить институт детского омбудсмена. Мотивировалось это тем, что раз в столице появится институт уполномоченного по правам человека, зачем дублировать его функции в виде института уполномоченного по правам ребенка и тратить лишние бюджетные средства. Впрочем, бюджет этой правозащитной структуры не такой уж и большой. Всего 25 млн рублей, деньги, для столицы не имеющие принципиального значения. Инициатива упразднения института детского омбудсмена вызвала вопросы даже у думских единороссов, с которыми предварительно на этот счет не посоветовались. Однако, подчинившись партийной дисциплине, они проголосовали за него.
«В последнее время президент Дмитрий Медведев большое внимание уделяет проблеме защиты детей. На совещании, посвященном этой теме, которое состоялось месяц назад, глава государства заявил о необходимости развития в стране института детского омбудсмена. Обсуждались эти вопросы в среду и на заседании Совета по развитию гражданского общества в Кремле. Депутаты Мосгордумы просто-напросто попали в политический впросак. И всё из-за стремления московских властей и «Единой России» сводить личные счеты с людьми, которые высказывают независимую точку зрения», — прокомментировал «Часкору» решение Мосгордумы яблочник Сергей Митрохин. Как рассказал «Часкору» сам Головань, московские власти не могут простить ему представленный в прошлом году доклад о состоянии в столице прав детей за 2007 год, который отличался жесткостью формулировок в отношении целого ряда московских чиновников. Уже тогда они затаили обиду, задумали отомстить и спустя два года выполнили свое намерение. Сделано это было даже несмотря на то, что Москва стала первым российским городом, где в 2002 году был основан институт детского омбудсмена. Более того, столица подписала договор с ооновским фондом ЮНИСЕФ об участии в международной программе «Города, доброжелательные к детям». Один из пунктов в этом договоре — обязательное наличие института детского омбудсмена. Впрочем, Головань утешает себя надеждой на то, что институт упразднен не будет, хотя, согласно принятому Мосгордумой решению, он перестанет существовать 1 октября, когда заработает институт уполномоченного по правам человека: «Мы попытаемся донести нашу позицию до мэра Москвы Юрия Лужкова, и, возможно, он как-то сможет повлиять на этот процесс».
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
